Глава 12.2. Ревность

Следующим пунктом дня был совместный обед. Ровно в 13:00, что, к слову, Розанна считала слишком рано. И хотя Розэ постоянно опаздывала на него, в этот день пришла ровно в 12:59 и уже наблюдала знакомые лица за столом. Адам просматривал какую-то старую газету прошлонедельного выпуска, трепетно ища в мелких буквах какую-то информацию. Отец, как и мать, попросту ожидал, пока подадут еду. Только Дженни по-прежнему не было, хотя спустя пару секунд она появилась прямо за спиной у Пак, слегка врезавшись в ее спину.

— Ой, извини, — улыбнулась Дженни, поправляя прямоугольные очки на переносице. Розанне никогда не приходилось заставать девушку брата в очках, но теперь она понимала, что те придавали ей больше сексуальности и доминантности.

И она была уверена, что этот "случайный" жест произошел не так уж и случайно.

— Очки для красивого вида? — спросила младшая, и, к счастью, Ким успела услышать ее тихий голосок.

— Возможно, — обернулась она лишь на секунду.

В следующую же минуту легкий рыбный суп уже был подан и ароматный запах обволакивал ноздри Пак, заманивая ее сделать первый глоток. Как же давно она не ощущала этот вкус у себя на языке.

— Ну, Дженни, расскажи же, как ты провела время в Париже? — с улыбкой спросила миссис Пак, потирая губы салфеткой, казалось, настраиваясь на долгий, увлекательный рассказ.

— Это было замечательно...

Она рассказывала о многом, но только малую часть Розанне удалось уловить: она рассказывала о том, как посещала показы мод, о прогулках с родителями возле Эйфелевой башни, о своем псе, который живет с родителями, о хорошей погоде, о завтраках в пекарне с круасанами и кофе, о том, как выходила на балкон своей квартиры и рисовала утренний, только пробудившийся ото сна Париж.

О многом. Кажется, она провела там много хорошего времени. И этого хватило Пак, чтобы понять, что Ким там ни капли не страдала.

В отличие от Розанны.

Вот в чем была их разница.

Дженни, невзирая на все события, продолжала жить, а Розэ — просто существовать.

Они были разными.

Как дождь и солнце.

Как сладкое и соленое.

— А что насчет того француза... Генри, кажись, на показе мод? — голос мистера Пак буквально разбудил Розэ, которая теперь смотрела на хорошо открытый ей профиль лица Руби Джейн, сидящей напротив.

И, на удивление Розэ, Адам выжидал ответа своей возлюбленной с большим интересом, даже не посмев пойти против отца. Теперь шатенка осталась одна на по крайней мере двух голодных гиен.

— Ах... Генри... Он просто мой хороший знакомый. Да, родители хотели нашего с ним брака, но это было до наших отношений с Адамом. Сейчас они не контролируют мою личную жизнь.

— И все же... Он целовал твою руку. Достаточно открытый жест, не так ли?

— Во Франции это обычное проявление уважения, мистер Пак.

— Но ты ведь не просто так с ним встретилась там?

Растерянное лицо Ким и ее бегающие туда-сюда зрачки Розанна приметила еще сразу, хотя была убеждена, что старшая справится без чьей-либо помощи.

— Спасибо за обед, — встала из-за стола Пак, спасая свою подругу. — Но нам с Дженни пора уходить. Мы должны обговорить детали по поводу моего портрета... Дженни будет рисовать меня.

— Правда? — подхватывая мотив, мать блондинки мило улыбнулась девушкам.

— Да. Дженни сама предложила мне, но как же можно отказаться от такого предложения? Поэтому мы спешим.

— Это может подождать пару минут, Розанна, — недовольно глазея на стоящих рядом друг с другом девушек, мужчина сделал глоток простой воды со стакана.

Розэ, не задумываясь, нащупала запястье Дженни позади себя, сжимая его, якобы говоря: «Все в порядке».

— Нет, пап, это не может ждать... Устраивать допрос гостю за столом — это дурной тон.

Не дожидаясь разрешения отца, девушка потопала на второй этаж, потащив за собой шатенку. И как только дверь комнаты закрылась, Розанна позволила себе ленивую улыбку.— Ну... По крайней мере, я заинтересована узнать, кто же этот Генри.

По крайней мере, светловолосая уже была наслыхана о нем от Ким Джису, правда имела желание услышать версию от самой покорительницы сердец.

— Интересно? — Ким склонила голову набок. — Я уже сказала, кто это.

Пак кивнула.— Богатый, привлекательный парень, с которым ты переспала сразу после показа мод?

Она и сама не ожидала, что сможет когда-либо сказать такое в лицо той самой мисс Дерзости. Но, черт возьми, она ревновала.

Дженни приподняла брови, изображая удивление, но не могла удержаться дольше. Ее лицо озарила улыбка.— Ты догадливая, Розэ.

Она точно заставила заткнуться младшую на несколько секунд.— А что? Расскажешь Адаму?... Можешь сделать это, но смысла не будет, — ее алые губы медленно расплылись в ухмылке. — Я имею право трахаться с кем хочу, где захочу, когда захочу, и как захочу... И я имею право переспать с Генри еще раз, хоть в этом особняке... В соседней комнате.

Она разжигала огонь внутри Розанны, она знала и наслаждалась этим. А та, в свою очередь, сжимала зубы, пятаясь не сорваться и не оставить на старшей столько меток, сколько хватит для того, чтобы все поняли: Дженни уже занята.

— Но мы пришли обсуждать твой портрет.. — шатенка медленно выдохнула, казалось, от скуки, и села на стул рядом с балконом. — Поэтому я с радостью сделаю это, Розэ... Ты же знаешь, как я хотела написать твой портрет.

— Я рада, что предложение еще в силе, — улыбнулась Пак сквозь разгоревшуюся злость, присаживаясь на кровать напротив собеседницы.

Но не прошло и нескольких минут, как во взор младшей кинулся засос на шее той. Розэ смотрела на нее с хищной жадностью, пока Ким что-то бормотала...

— Ты слушаешь меня? — прервала она прямолинейный взгляд подруги, заставив ее взглянуть в ее глаза.

— Да, продолжай.

— Я задала вопрос, Розэ.

— Ой, повтори, пожалуйста.

— Ты пялишься на мою шею, — поставила ее перед фактом Ким. — Я не могу сосредоточиться под таким жадным взглядом.

— Что?! — она отшатнулась. — Я просто кинула туда мимолетный взгляд! Мне нельзя?

— Ты смотришь на меня так, словно хочешь сделать со мной что-то извращенное, но не ты ли еще час назад твердила мне о том, что нам нужно притвориться, будто ничего нет?

Розэ вздохнула... И правда, у нее не было оправдания. — Уходи из моей комнаты.

— Но мы обсуждаем детали портрета.

Пак поднялась на ноги, подойдя к двери, открыла ее.— Проваливай отсюда, Дженни, — взгляд устремился на персону, которая только закатила глаза, тихо вздохнув, но поддалась девушке. Но остановилась прямо возле светловолосой, напоследок раздражительно кинув:— Хватит уже убегать от самой себя.

Дверь захлопнулась прямо у нее за спиной.

— Хватит уже нервировать меня, — она не осмелилась сказать это громко, но это стало только началом всего ее гнева.