Бал

 ,,- Злодей,- невольно срывается с моих губ глухое оскорбление. Я с неимоверным трудом пересиливаю себя и отвожу взгляд от своего брата, флиртующего с моей однокурсницей по вокальному классу. Она была настолько мила, что мне порой становилось невообразимо стыдно, находясь рядом с ней; стыдно желать быть для неё чем-то большем, чем стеснительный друг, с привлекательной внешностью, но слабым характером... Но, видимо, брат не испытывал этого немого стыда, а напротив, разговаривал с ней свободно на совершенно бесполезные темы. Она смеялась над его тупыми шутками, пыталась, невзначай, коснутся его широкого плеча, заглянуть как можно глубже в его бездонные глаза... Она хотела подчинить моего брата своей миловидностью, но может ли её пытливый ум догадаться, что она его очередное, мимолетное увлечение? Что его снисходительного внимания к её персоне, всего лишь веселое времяпровождение, которое закончится через каких-то пару часов. Не знает... Иногда мне до боли в сердце жалко каждую брошенную братом девушку. Его жестокие игры с их чувствами приводят меня в ярость, а его пустой трёп о слишком,, разной" жизненной позиции вызывает у меня приступы рвоты. Он был невозможен до безобразия, но его любили таким каким он был: высокомерным и безнравственным. И я его любил таким, потому что он был моей полной противоположностью... - Скучаешь? - Раздается над моим ухом насмешливый и до боли знакомый голос. - Отстань,- произношу я, не удостоив своего любимого братца даже острого взгляда. - Слушай, здесь столько красивых девушек, а ты сидишь один... Я уже начинаю сомневаться в твоей ориентации, братик. - На его губах появляется ненавистная мне усмешка, но я сдерживаю себя от очередного выплеска гнева. - Не лезь ко мне, Дэнвель, и вернись к своей,,новой девушке",- проговорил я, вложа в эти слова весь свой, накопившиеся за этот вечер, яд. Он снова усмехнулся, глядя мне в глаза светлым взглядом. Казалось, что в этом взгляде читалось забота и понимание... Нет. Это всего лишь плод моего бурного воображения. - Она тебе нравится?- тихо спросил он, усаживаясь рядом со мной на роскошный, обитый дорогим бархатом, диван. - Не понимаю о чём ты,- солгал я, отводя взгляд в большое окно размашистого холла. - Почему не сказал раньше? Я бы даже не заговорил с ней... Знаешь, она немного...скучная, поэтому ты много не потерял. Она не пара тебе. Я скалюсь, всеми силами пытаясь абстрагироваться от общения с ним, но получается не очень. Мне становится душно. Ярость и ненависть всплывают страшным огнём. - Я знаю её больше, чем ты. Сколько ты с ней обещался, чтобы понять, что она мне не подходит?- проговорил я, наконец обращая свой взгляд на назойливого брата. - Стефан, я знаю тебя больше, чем ты знаешь её и я знаю её, вместе взятых. Мы близнецы, хотя и очень отличаемся, в любом случае мы остаемся братьями, и уж поверь...она не подходит тебе. Она пустая, хотя очень не глупа; у неё меловидное лицо, но уродливая душа; на ней богатая одежда, но в голове дешевые помыслы. Эта девушка не для тебя, Стефан. Я замираю, внимательно всматриваясь в знакомые черты лица своего брата. Он говорил искренне и открыто, а в глазах ни капли притворства, ни капли укора или насмешки. Его спокойное лицо было обращено куда-то в зал, но глаза, словно через призму наблюдали за весёлыми людьми. Он не видел ничего, да и не хотел видеть. Таким был мой брат: высокомерным, но честным; безнравственным, но верным; буйным, но заботливым. Таким был мой брат. Противоречивый, но родной... - И какая же девушка должна быть рядом со мной?- задаю вопрос я, устремляя взгляд туда же, куда и брат: в пустоту. - Она должна быть... Чистой. Душевно и мысленно, она должна быть чиста. И знаешь, возможно, морально она будет сильнее тебя, но это не значит, что на её фоне ты будешь слабым...нет, брат, именно такая женщина может вдохновить мужчину на что-то поистине героическое... Она станет твоей силой. Основой твоего мира... " Я вздрагиваю, уперевшись прямо в намеченную дверь нашей с Милой спальни. Из моей груди вырывается тихий выдох. Ты был прав, брат. Тогда ты, как никогда, был прав. Мои теплые руки касаются дверной ручки, а сердце стучит как бешенное, боясь невидимого врага, скрывающегося в нердах моего сознания... Я рывком открываю дверь. На мгновение, я забыл, как дышать... Передо мной стояла средневекового девушка, в благородно- черном, с золотыми узорами, пышном платье; её плечи были соблазнительно открыты, привлекая своей незримой нежностью и стыдливой страстью; волосы были заплетены в своеобразную сетку, усыпанную золотой россыпью, придавая образу дорогую утонченность... - И долго ты будешь,, так " смотреть на меня? - подала голос Мила и скромно улыбнулась. Я несколько раз моргнул, немного придя в себя. Невольно, на моём лице появилась широкая улыбка. Мои глаза снова и снова рассматривали каждую деталь образа моей невесты... Как же она была прекрасна! Я медленно приблизился к её нежному стану, и мои руки приобняли её гибкую талию... Она опустила свои серые глаза на мою, обрамленную светлой рубашкой, тихо вздымающуюся грудь, а на её губах играла озорная улыбка. - Только попробуй испортить мне платье... - прошептала она, наконец подняв свой игривый взгляд на меня. - Ничего не могу обещать... И я впился в её манящие, розовые губы...

*** - Помни, ты обещал мне танец, - произнесла я, ещё сильнее прижавшись к широкому плечу своего любимого человека. - Помню, но только один.- Раздается над моим ухом его насмешливый голос и я вскидываю голову, вглядываясь в его тёмно-карие глаза, в которых виднелся спасительный свет коридорных ламп. С каждым шагом мы становились всё ближе к холлу, откуда доносились звуки тихой музыке, невосебя, напоминающей мне о моей старой жизни...жизни, где музыка была главным гарантом счастья. - Вредина,- шёпотом произношу я, за что получаю острый взгляд жениха, но блеск его глаз не казался зловещим, а само лицо выражало спокойствие и даже чуточку игривости. - Ты же знаешь, я не любитель подобного... Прости, я-музыкант, а не танцор. Из моей груди вырвался обреченный вздох, но на губах вдруг заиграла улыбка, а душа испытывала неистовую радость... - Мне нравится, что ты открыта говоришь об этом, Стефан; что признаешь себя, как человека искусства - это прекрасно! Мне почему-то захотелось рассмеяться звонким, податливым смехом, заразив и его. Хочу услышать его смех. Очень хочу. - Рад, что угодил тебе сегодня,- довольно произнёс он, чуть коснувшись своими тёплыми ладонями моей руки. От этого движения я бесшумно вздрогнула, а сердце умело поддакивала на каждое его действие. Но вдруг, неожиданный страх проник в мою сентиментальную душу... Я боялась лишится этих нежных касаний; боялась потерять душевную тёплоту, невидимыми нитками связывающую нас; боялась, что с истечением времени наша любовь не выдержит под натиском семейных тягот; боялась любить до конца, зная, что конец может наступит слишком скоро; боялась свадьбы, потому что с той минуты, как мы поклянемся друг другу в чистой и вечной любви, нас возненавидет Бог, если мы не сдержим клятвы; я боялась потерять Стефана, задушенного в моей любви... Мне хотелось заплакать, так громко, чтобы каждый, кто сейчас находился в зале, был оглушен и повержен. Я была одинока. Одинока многие годы, пока в моей жизни не появился плод моих мечтаний, верный и понимающий мужчина. Им и стал Стефан... Когда у тебя ничего нет, ты не боишься потерять, потому что, собственно, терять нечего. У меня не было ничего, кроме веры в лучшую жизнь. Моя лучшая жизнь началась тогда, когда он показал мне мир, где я могу дышать полной грудью... Он дал мне ту самую, лучшую жизнь, о которой я так страстно мечтала. Он подарил мне мечту. Он был моей мечтой. - Сегодня нас ждёт самый нудный и показушный день в нашей жизни,- с тяжёлым вдохом произнёс Стефан и, как настоящий джентльмен, предложил мне свою руку, останавливаясь перед входом в холл. Я выдавила из себя улыбку, пытаясь скрыть бушующий страх внутри. - Это зависит от нам, а я не намерена скучать,- со смешком произнесла я, пытаясь скрыть нервные нотки в голосе и придать нам уверенности. - И от выпитого вина,- в той же интонации проговаривает Стефан, неотрывно вглядываясь мне в глаза, словно желая уловить моё волнение. - Идём,- наиграно-уверенным голос говорю я и крепкой хваткой цепляюсь за локоть любимого. Он кивает, втягивая в свои легкие как можно больше воздуха и решительно делает шаг, заставляя сделать и меня... Яркий свет, в этот раз, на удивление не порезал мои глаза, а напротив, приманивал и успокаивал мой кроткий взгляд. Я зашла, словно в другую эпоху, нежели в холл особняка Лоренс. Все гости были одеты в старинные наряды, и даже их движения казались пришли из далеко прошлого. Музыканты играли какую-то затяжную, классическую мелодию. Я замерла от невообразимого великолепия, а сердце билось быстро, набирая с каждой секундой новый темп. - Показушники... Я перевожу взгляд на Стефана, мрачно осматривающего помещение, при этом его губы сложись в неестественный оскал. - Хотя бы попытайся вести себя доброжелательно, - говорю я, нахмурившись. - У меня нет на это ни сил, ни желания. Я вздыхаю, отрывая взгляд от угрюмого лица жениха, возвращаясь к украшенному залу. Мы стояли на кроне золотой лестницы, ещё незамеченные гостями, но уже чувствовали неловкость и неуверенность. ,,Это всего лишь люди и всего лишь вечеринка, всё будет хорошо..."- мысленно вторила я, пытаясь обуздать ненавистный мне страх. - Пошли, - проговорил Стефан, потянув меня вниз по ступеням. Я опустила глаза, боясь заметить чей-нибудь пристальный взгляд, или уловить чью-то злую усмешку. Всё стало настолько неправильным, что мне хотелось сбежать... Откуда страх? Откуда волнение? Откуда пугающее чувство стыда?.. Да, я не привыкла к аристократическому обществу, к их привычкам и устоям, но я же не дикарка... Хотя, для них я скорее всего такой и являлась. По крайней мере для одного аристократа я всегда останусь,, дикаркой". Для высокомерного и гордого мистера Дэнвеля Лоренса... - Успокойся, на нас никто не смотрит,- словно прочитав мои мысли, произнёс Стефан, буквально спрыгнув с последней ступени роскошной лестнице. Я последовала его примеру и теперь стояла на паркетном полу, на котором уже около получаса топтались аристократы, попивая шампанское и вино. Неуверенно, мой взгляд скользнул по присутствующим в зале и, невольно, зацепился за небольшой группой мужчин: двое из них были средних лет, в светлых костюмов и с доброжелательной внешностью; ещё двое более молодые, оба в черных костюмах и оба брюнета, один из которых стоял к нам спиной и что-то говорил второму; последний, но думаю, самый важный из мужчин-это неизменный хозяин величественного дома...мистер Лоренс. Он сидел на коляске, в дорогом костюме и с неизменным величием вглядывался в лица своих собеседников. Волшебная рука визажиста сделала своё дело: от безжизненного лица мистера Лоренса ни осталось и следа, наоборот, теперь казалось он был здоров и бодр, и никакая болезнь в данную секунду не съедает заживо его ещё нестарую плоть. - Костюм... - раздается рядом со мной злостный голос Стефана. Я недоуменно перевожу взгляд на него, а тот в свою очередь прожигает кого-то в толпе. Мне оставалось лишь проследить за его огненным взглядом, как я снова возвращаюсь к той группе, но теперь я отчетливо вижу причину негодования своего любимого. Один из двух более молодых людей теперь стоял к нам со Стефаном в пол-оборота, давая рассмотреть столь узнаваемые черты, ни только внешности, но и костюма. Там стоял Дэнвель. Два брата были одеты в совершенно идентичные, как и их лица, костюмы, за исключение только того, что цвета были различны. Стефан - белый цвет, то есть день и добро; Дэнвель- черный цвет, то есть ночь и зло. Как по мне, образы подходили идеально. - Теперь я чувствую себя ещё глупее,- сквозь зубы произносит Стефан и, глубоко вдохнув пьяный воздух, двинулся куда-то в глубь холла, потянув за собой и меня. - Куда мы?- спрашиваю я, попутно рассматривая великолепные наряды аристократок. - К барной стойке. Его ответ совершенно меня не удовлетворил, но я сдержалась от резкого комментария, моля Бога о чуде. Вдруг перед нами, словно из неоткуда, появился молодой мужчина с темными волосами и светлыми глаза. На губах незнакомца была добрая улыбка. - Неужели это сам мистер Стефан Лоренс? - с добрым ехидством, спросил мужчина, внимательно всматриваясь в лицо ничего не понимающего Стефана. Мой жених нахмурился и задумчиво рассматривал лицо мужчины, и вдруг в его глазах блеснул огонёк озарения. - О Господи... Ты ли это, Кельвин?- удивленно проговорил Стефан, всё ещё недоуменно разглядывая его с ног до головы. Улыбка мужчины стала ещё шире, а взгляд ещё добрее. - Я рад видеть тебя, Стефан,- с неизменной улыбкой произнёс Кельвин, заражая и меня своим позитивом. - Как же ты, однако, постарел...- удивленно произнёс мой любимый, ошарашенно округлив глаза. - И это говорит мне старик в молодом теле? Он сказал это так просто, без задней мысли, но отчего-то от этих слов мне стало не по себе... ,,Старик в молодом теле,,- проносилось раз за разом в моей голове и никак не хотело исчезнуть. Старик...возможно, некоторые черты характера Стефана и правда напоминают брезгливого старика, ненавидящего мир вокруг, считая виноватым в его проблемах. Неужели он всегда был таким? Кто такой этот Кельвин? Как давно они знают друг друга? С какого времени началось,, старение" моего Стефана?.. - А это Мила-моя невеста,- представил меня Кельвину, Стефан. Мужчина улыбнулся мне и протянул свою широкую ладонь для рукопожатия. Я быстро пожала её и попыталась ответить Кельвину самый милой улыбкой, на которую я вообще была способна. - Мне очень приятно познакомиться с Вами. Я так понимаю, вы старые друзья?- проговорила я, по-доброму вглядываясь в глаза Кельвина. - Мы учились вместе в университете, потом работали вместе, да и в группе играли. Он говорил это открыто и ясно, а глаза светились. У него был приятный голос, но чуть низковат для вокалиста, скорее всего этот невысокий, но красивый мужчина был гитаристом. - Группа? - Стефан не говорил Вам?- негодующе произнес Кельвин и перевел удивленный взгляд на поникшего Стефана. Я отрицательно покачала головой, с интересом ожидая ответа. - Думаю, я не смогу рассказать Вам всё, а вот Стефан... Кельвин улыбнулся, а моя улыбка сникла... Стефан ничего мне не расскажет, посчитав это глупостью, о которой нет смысла говорить. Я потупила взгляд, не в силах больше вести беседу с новым знакомым. Вокруг меня так много людей и рядом любимый человек, но почему-то это угнетающее чувство одиночества всё больше и больше проникает в моё изнеможденное сердце...

*** Родилось монотонная музыка. Пары построились в заученный веками ряд и начали танцевать. Этот старинный и красивый танец, полностью заворожил девушку. С каждым новым па, её сердце вздрагивало, а душа рвалась туда, в самый центр танцпола. Партнёры менялись, музыка становилась всё громче, веселье и задор царил среди присутствующих, даже несмотря на излишнюю чопорность и аристократические замашки. Все они были просто людьми. Мила тяжело вздохнула, завистливо наблюдая за танцующими парами. На её лицо то появлялась, то угасала мечтательная улыбка. Ее переполняло желание закружиться в танце с любимым человеком, но Стефан вёл неинтересную для неё беседу со старым другом. - Стефан, кажется, ты обещал мне танец?- спросила Мила, отвлекая своего жениха от разговора. - Мила, мы ещё успеем потанцевать. Отдохни пока,- произнёс Стефан, продолжая пустую болтовню с другом. А пары всё кружились, создавая ласковый вихрь, задевший томно-взыхающую Милу... Её взгляд снова упадал на танцующие пары. Её нежное сердце пропустило удар. Она видит их. Она видит своих родителей...