Глава 3

То, что происходило дальше, во второй половине апреля, походило на охоту за случайными встречами с Синей Чёлкой и фактами из его биографии. Действоать нужно было осторожно, я это чувствовала. Настоящего его имени узнать не удалось. Были лишь полуправдивые слухи и воспоминания, напоминающие обрывки случайно подслушанной речи. "...он выступал в прошлом году на конкурсе талантов...""...пели что-то на русском, но я еле разобрал слова...""...гей...""...рокер...""...дешёвый позёр...""...на прошлой неделе играл на автобусной остановке...""...панк...""...наркоман...""...красавчик...""...кажется,у него есть девушка...""...самовлюблённый...""...сопьётся...""...забыл,что рок мёртв...""...псих...""...хочет, чтобы все смотрели только на него...""...прикольный..."Из этого всего я могла сделать два конкретных вывода: во-первых, он оставил о себе не самое идеальное впечатление, хотя можно найти людей, которые без ума от него, во-вторых, Синяя Чёлка будет выступать на конкурсе военнопатриотической песни, посвящённом девятому мая.Участвовали в этом конкурсе обычно все классы, чаще полностью, но иногда небольшими группами из самых активных учеников класса (читай между строк - "из желающих послюнявее лизнуть задницу преподавателя и тех, кто не успел убежать"). Я отношусь ко второй категории. К категории сверхответсвенных учеников, не способных отказать учителю. В том году от нашего класса выступало человек семь. И я в их числе. Помню, как в начале мая стояла перед выступлением, изнывая от жары, в парадной форме, с георгиевской ленточкой на груди, вцепившись в книгу "Крестовой поход Паркера". Позади было с десяток репетиций исполнения песни "Здесь птицы не поют, деревья не растут". Для выступления данную песню выбирают редко, в этом и была суть нашего козыря.Актовый зал медленно наполнялся учениками в парадной форме - белый верх, чёрный низ. Кто-то выступал: класс младше нашего. Я не волновалась. Мы каждый год занимали последние места, и очередной проигрыш не стал бы новостью. Просто вычеркнуть из жизни два часа: как просто, два часа в год, плюс часов шесть репетиций. Четверо суток за одиннадцать лет. Жизнь без четырёх дней... Энди металась туда-сюда, злая, взлохмаченная, готовая растерзать любого, кто приблизится к ней хоть на метр. Прочие одноклассники занимались своими делами: болтали, играли в телефон, один даже спал с открытыми глазами. - Боже, какая жарища! - сказала Энди и чуть не сбила с ног какую-то щуплую девочку. - Простите, - добавила одноклассница, обернувшись к жертве собственной задумчивости с улыбкой Дракулы. Девочка шарахнулась от неё и исчезла между рядами. Я посмотрела ей вслед.А что, если в моих расчётах ошибка? Хотя какие тут расчёты, это была банальная догадка, слабый проблеск логики. Глупость. - Смотри, Эмили! Твой панк пришёл, - раздался словно из-за стенки голос Энди. - Что? - не поняла я. - Муза твоя явилась... Я подняла глаза и тут же впала в ступор. В сопровождении одноклассников (позже я выяснила, что это была его "свита"), в дверях возник Синяя Чёлка. За спиной у него была гитара в чехле, а на галстуке красовался значок с Риком. "Так вот ты какая, парадная форма", - подумала я. Он стоял рядом со мной, всего лишь в каком-то метре, максимум, в двух. Я могла подойти и познакомиться с ним, но мой мозг как будто кто-то отключил. Я жадно хваталась за каждую секунду, когда могла просто наблюдать. Рассматривать. Подмечать мелкие детали. Гадать, заметит меня или нет. - Ух ты! - воскликнул какой-то мальчик лет девяти и выдернул из моих рук книгу. Он прочитал название и с разочарованным возгласом "А" сунул её обратно мне и убежал. Я посмотрела на то место, где стоял Синяя Чёлка, но его там уже не было. Тогда я стала озираться, ища его глазами. Вдруг Энди взяла меня за локоть. - Пора. Наш выход, - сказала она. Я повиновалась и пошла на сцену. В тот день наш класс впервые победил. Все были невероятно счастливы и удивлены. Козырь сработал! Как так?!. Я решила, что больше не увижу СЧ. Но, уходя из школы, заметила, как он заходит в актовый зал.Я бы хотела вернуться. Но побоялась, что мои одноклассники начнут спрашивать, зачем я вернулась, и потому ушла домой вместе со всеми. Это была победа. Но почему-то хотелось плакать. И только дома я осознала, что потеряла ещё один шанс.