Глава 98

После того как Линь Цюн что-то прошептал ему на ухо, он поднял глаза на мужчину:— Мо... можно? Только до конца не доводить, просто помочь тебе. Всё равно я сам не умею...

Сказанное им шепотом ранее было бы слишком откровенным даже для проверки на Цзиньцзян, поэтому после слов его лицо залилось румянцем, сердце колотилось как сумасшедшее.В голове невольно заиграл саундтрек — песня Лян Цзинжу «Смелость», подарившая ему храбрость.

Фу Синъюнь смотрел на него и мягко провёл пальцами по щеке.–– Выключить свет ––

А тем временем в Weibo тоже было жарко.

Один сотрудник отеля поделился:

«Тот самый "босс", о котором все говорят, сегодня заказывал еду в отеле — практически всё, что говорил сидящая рядом "маленькая фея", он сразу заказывал. Сумма счёта — как моя месячная зарплата.P.S.: законная супруга могла бы подать в суд на эту маленькую фею и заставить вернуть деньги!»

Но комментарии к посту начали принимать совершенно другой оборот:— Хахахах, посмотрите на этого наивного!— Надо всем скинуться и провести ему интернет, не благодарите, я просто добрый человек, не могу смотреть на таких жалких.— Линь Цюн, я третье лицо... я сам! ХАХАХА— Автор, удали пост, не потому что страшно, а вдруг Линь Цюн правда поверит, что за это деньги платят.— Линь Цюн: «Есть и такие щедрые дела?»— Автор, ты что, без интернета?— Нет интрижки никакой, он сам — законный супруг.— Жизнь тяжела... вздыхает Линь Цюн— Девятый уровень сочувствия... даже когда Линь Цюна хейтят, он всё равно смешной.— Он тогда спас кого-то и сказал: «У меня денег полно» — теперь ясно, что это была правда.— Линь Цюн — настоящий вдохновляющий пример. Любит деньги — и целенаправленно нашёл себе богатого мужа. Завидую.

⸻

На следующее утро Линь Цюн проснулся рано из-за предстоящего мероприятия. Хотя встал он рано, лёг он поздно, поэтому сидел на кровати, размышляя о жизни.

Решив умыться, он взглянул на всё ещё спящего мужчину. Не удержался и стал разглядывать его. Высокая переносица, резкие черты лица — человек, долгие годы находившийся в мире власти, даже во сне излучал холодное величие и отчуждённость.

Линь Цюн сидел, зачарованно глядя на него, потом только начал собираться.

Он принял душ, вышел — Фу Синъюнь всё ещё спал. Вдруг зазвонил телефон, Линь Цюн в панике отключил вызов.

Ван Чэн: ...

Линь Цюн краем глаза посмотрел на спящего мужчину. Звонок был громким — он боялся разбудить его. Подошёл ближе, убедился, что всё спокойно, и только тогда выдохнул с облегчением.

Собрался уходить, но в тот момент, когда сделал шаг, словно ноги прилипли к полу.

Они встречаются меньше 48 часов, но уже так не хочется расставаться...Он обернулся, подошёл к кровати и аккуратно поцеловал мужчину в щёку.

— чмок, — губы издали лёгкий звук.— Всё, теперь можно идти на работу.

Но во второй раз, уже почти выйдя, он вернулся и поцеловал в другую щёку — для симметрии.

А за вторым поцелуем последовал и третий... Он раз за разом отходил к двери и возвращался. Так тянул время, пока не зазвонил телефон — только тогда он поспешно вышел.

Дверь закрылась с щелчком «клац» — в этот момент Фу Синъюнь открыл глаза.

⸻

Выйдя из отеля, Линь Цюн увидел Ван Чэна.

— Почему не берёшь трубку? — первым делом спросил тот.

— Потому что... любовь, — застенчиво опустив голову, сказал Линь Цюн.

— ...

— Мой старенький малыш спал, не хотел его будить.

Ван Чэн с мёртвым выражением лица смотрел на него. С тех пор как он узнал, что «тот извращенец» — это Фу Синъюнь, всё его мнение резко изменилось.

— Вы же разводились?

— Уже помирились.

Ван Чэн хотел что-то сказать, но промолчал.

— Что ты хотел сказать? — поинтересовался Линь Цюн.

— Ничего.— Говори.— Только не злись.

Линь Цюн кивнул.

— Я раньше думал, что ты связался с каким-то старым, уродливым извращенцем с диковинными вкусами. Думал, ты оступившийся юноша, упавший в грязь, и хотел тебя спасти.

— И почему не спас?— А ты сам не в курсе?— ...

Любовь к деньгам доводит до безумия.

— Продолжай.— Когда ты сказал, что подаёшь на развод, я был так рад, думал, что ты наконец-то освободишься. А вчера узнал, кто такой Фу Синъюнь на самом деле — и у меня всё перевернулось.

— И что теперь думаешь?— Думаю, ты просто не ценишь счастья.

— ...

⸻

В гримёрке Линь Цюна ждал мускулистый фотограф.

— Братик!— Сестричка! — ответил Линь Цюн.

Фотограф подскочил к нему:— Ты слишком!— Прости... раньше скрывал от тебя.

— Сколько у тебя этих «Фу-зонгов»?!

— Что?

Фотограф показал экран телефона — там был рейтинг голосования. Имя Фу Синъюня было на первом месте.

— Что это?— Рейтинг мужских богов в отрасли!— В каком круге?— Никаких уточек!

— ...

— Ты так ранишь нашего Фу-далао!

— И как он?— В каком смысле?(взгляд с блеском в глазах)— В том смысле...

Линь Цюн сразу понял и, вспомнив сумбур прошлой ночи, смущённо отмахнулся.

⸻

Вечером, около семи, Линь Цюн, как порхающая бабочка, вернулся в отель.

— Синъюнь! — с порога закричал он, — я вернулся!

Фу Синъюнь подошёл и обнял его.

Линь Цюн рассказал о планах:— По расчётам Ван Чэна, всё займёт около недели.

Они расстаются на неделю. Фу Синъюнь выглядел расстроенным.Линь Цюн прошептал:— В следующий раз, когда встретимся, давай уже по-настоящему...

Фу Синъюнь опешил.

Линь Цюн поднял грудь:— До того времени я буду усердно учиться!

⸻

На следующее утро Линь Цюна разбудило солнце. Он попытался накрыться, но не нашёл ничего и нехотя проснулся.

Повернулся — Фу Синъюнь, полунакрытый одеялом, спал. Его обнажённая грудь и мускулы заставили Линь Цюна уставиться на него несколько минут.

Затем он высокомерно вскинул подбородок:— Ну и что, просто способ обольщения...

Сбросил одеяло, пошёл в ванную. Через мгновение зазвучали шаги — вошёл Фу Синъюнь, полуобнажённый, ленивый и красивый.

Он прошёл мимо, поцеловал Линь Цюна в щёку — ничего не говоря, пошёл в душ.

Когда Линь Цюн собрался, позвонил Ван Чэн:— Всё готово?

— Почти, — глядя на полный чемодан, сказал он.

— Тогда скоро заеду.

Линь Цюн посмотрел в сторону ванной — не хотелось уезжать. Хоть они были женаты год, настоящих чувств между ними было всего несколько дней...

— Самолёт — самый поздний?

— Да, последний на сегодня.

— Уже полдень...

— Почему спрашиваешь?

— Да просто так.

— Думаешь, я поверю?

После звонка Фу Синъюнь вышел.— Сегодня улетаешь?

Линь Цюн кивнул.

Фу Синъюнь достал из кармана ту самую золотую карту, которую Линь Цюн оставил, решив уйти.

Тогда он оставил всё, даже кольцо.

— Возьми.

— Не надо.

— Обмен.

Он достал свою зарплатную карту — ту, что Линь Цюн вытащил позавчера.

— Это мне, — сказал он, вложив карту Линь Цюну. — А это — тебе.

Хотя на ней было в десятки раз меньше денег, чем на золотой карте.

— Ты уверен?

— Уверен.

— Тогда... трать с умом.

— ...