Глава 74. На волоске от разоблачения

Месяц пролетел незаметно. Каждый день Линь Цюн с утра до вечера сопровождал съёмочную группу на промо-мероприятиях. Популярность понемногу росла — хоть и не сильно, но его страница на Weibo уже не выглядела как кладбище ботов.

После очередного насыщенного дня он сидел в холле отеля и смотрел расписание на ближайшее время. Одна из следующих точек промо-тура как раз проходила недалеко от его дома.

На большом экране в холле крутились финансовые новости. Линь Цюн не особо в них разбирался, так что сначала не обращал внимания, но, услышав упоминание «группы Фу», всё же поднял голову.

На экране появилась ведущая с аккуратным макияжем и в деловом костюме:— Судя по колебаниям акций за последнее время, группа Фу уже два месяца демонстрирует стабильное падение. Один из проектов в сфере недвижимости был приостановлен — пока неизвестно, будет ли он продолжен. Убытки невозможно точно подсчитать.

Линь Цюн задумался над услышанным и пришёл к выводу: группа Фу теряет деньги.

Подошёл Ван Чэн и, заметив выражение его лица, спросил:— Чего улыбаешься?

Линь Цюн поднял в руках расписание:— Через несколько дней вернусь домой.

Ван Чэн тоже взглянул: и правда.

— Домой к своему старому малышу, да?

Линь Цюн кивнул:— К одному из них.

— А ещё кто?

— Гидромассажная ванна.

— ...

Ван Чэн посмотрел в расписание:— Скоро уже Новый год. Говорят, после этой остановки дадут два дня отдыха, а потом снова выезжаем.(Китайский Новый год, если не путаю он у них в феврале)

У Линь Цюна сразу загорелись глаза:— Серьёзно?

Тот кивнул.Так как точную дату возвращения он сам не знал, поэтому ничего Фу Синъюню не сказал. Проведя в городе ещё несколько дней, Линь Цюн сел на самолёт и отправился на следующую промо-точку.

На этот раз он не стал заселяться в отель. Фотограф -качок удивлённо спросил:— Братик, ты чего не регистрируешься?

Линь Цюн радостно ответил:— Я дома жить буду.

Фотограф удивился:— У тебя тут квартира есть?

Цены в этом мегаполисе, да ещё и в первом эшелоне — просто заоблачные.Линь Цюн кивнул:— Можно и так сказать.

— Снимаешь?

— Нет, у меня тут прописка есть.

— !!!

Линь Цюн уже собирался отправить сообщение, чтобы сообщить о возвращении, как вдруг фотограф мечтательно сказал:— Братик, если бы мы не были одного типажа, я бы точно влюбился в тебя.

Линь Цюн: ???Какого ещё «типажа»?

Фотограф продолжил:— Не знаю, сколько ещё продлится моя одинокая жизнь...

...Из-за нехватки времени Линь Цюн так и не успел отправить сообщение. Но мероприятие закончилось днём, так что времени вернуться домой было достаточно.

Он собрал вещи и сел в знакомый скрипучий микроавтобус, возвращаясь домой.

Тихонько набрал код от двери — хотел сделать сюрприз. Переобулся и почти на цыпочках прокрался в дом. На первом этаже никого — он с облегчением выдохнул и поехал на лифте на третий этаж.

Как только двери лифта открылись, он столкнулся с медсестрой, наводившей порядок. Их взгляды встретились — у той глаза сразу расширились, будто увидела привидение.

— Линь...

Он поспешно прикрыл ей рот рукой и приложил палец к губам:— Тсс, я хочу сделать Синъюню сюрприз.

Медсестра посмотрела ему в глаза и кивнула. Линь Цюн убрал руку.

Но стоило ему отпустить, как она изо всех сил заорала:— МИСТЕР ЛИНЬ ВЕРНУЛСЯ!!!

Линь Цюн: ...Это что сейчас было?

Эхо от её крика наверняка прокатилось не только по третьему этажу, а по всему дому.

После этого из кабинета раздался грохот, затем — панические шаги и звук падения. Линь Цюн уже хотел идти туда, но медсестра схватила его за руку.

— Мистер Линь!

— Что такое?

— Давно вас не видели... — попыталась сгладить ситуацию, — вроде немного поправились.

Он посмотрел на себя:— Правда? Вроде нет.

Собрался идти в кабинет, но звуки оттуда не прекращались.

— Мистер Линь, вы правда хотите туда зайти?! — с паникой сказала медсестра.

В это время в кабинете двое в панике искали инвалидное кресло, пот градом лил с лба. Когда Линь Цюн наконец вошёл, то увидел Фу Синъюня, сидящего в кресле и читающего книгу.

— Синъюнь, я вернулся! — позвал он.

Фу Синъюнь поднял голову. За месяц Линь Цюн почти не изменился, но эмоции внутри Синъюня буквально взорвались.

— Когда приехал?

— Только что, — Линь Цюн кивнул в сторону чемодана у двери.

И вдруг, словно что-то заметив, сказал:— Синъюнь, ты...

Фу Синъюнь сглотнул и мельком посмотрел в сторону, где были спрятаны трость и костыль.— Что?

Врач незаметно сдвинулся, чтобы прикрыть плохо спрятанные вещи.Линь Цюн прищурился:— Ты...

Фу Синъюнь сделал глубокий вдох.

— Ты держишь книгу вверх ногами.

Фу Синъюнь: ...

Он перевернул книгу и сухо сказал:— Спасибо.

Линь Цюн улыбнулся, похлопал его по плечу:— Не за что.

После чего повернулся и пошёл в комнату разложить вещи.Спокойный, как мастер с тайным знанием.

Когда он вышел из комнаты, врач как раз собирался уходить.— Уходите?

— Да, мистер Линь.

— Спасибо вам за всё это время.

— Не за что. Если всё в порядке, мы пойдём.

Будто бы избегали его, как чумы.Линь Цюн нахмурился:— Синъюнь в последнее время хорошо восстанавливается?

Врач натянуто улыбнулся, покачал головой:— Мы старались изо всех сил.

Улыбка Линь Цюна увяла:— Ничего, главное — старались.

Смотря в спину уходящего врача, Линь Цюн быстро начал анализировать. Согласно книге, к этому моменту Фу Синъюнь уже должен был восстановиться... Почему же нет?(Мне очень интересна что было в оригинальной версии.)

Он бросил взгляд в сторону кабинета:Ну и ладно. Если не восстановится — не разведётся. А если не разведёмся — я останусь жив.

С такими мыслями он, как пёстрый мотылёк, залетел обратно в кабинет:— Синъюнь, как прошёл месяц?

— Терпимо.

— Я так по тебе скучал, что спать и есть не мог. Не веришь?

— Верю. — ответил Фу Синъюнь без выражения, но, глядя на слегка округлившиеся щёки Линь Цюна, не удержался и ущипнул его.— Округлился немного.

— Это от скуки по тебе.

— От скуки до такой степени?

— От стресса отскочило обратно.

— ...

Фу Синъюнь знал, что это наверняка враньё, но всё равно слушать было приятно.

— Работу закончил?

Линь Цюн взял с фруктовой тарелки грушу с жёлтой мякотью:— Нет, но взял пару выходных.

Линь Цюн откусил кусочек груши и обнаружил, что она довольно сладкая.Он поднял руку, чтобы поднести её к губам другого — за последние полгода у него уже вошло в привычку делиться с Фу Синьюнем всем вкусным, что попадалось ему на пути.Сначала мужчина этому сопротивлялся, но со временем привык.

Обычно Линь Цюн выбирал место, которое сам не надкусывал, но в этот раз забыл. Фу Синъюнь уже хотел было открыть рот, но груша внезапно исчезла.

— Что случилось? — удивлённо спросил он.

Линь Цюн откусил ещё раз и с серьёзным видом сказал:— Я забыл, что грушу нельзя есть вдвоём. Это к плохому.

— Предрассудки, — спокойно ответил Фу Синъюнь.

— Так ты будешь? — снова протянул ему фрукт Линь Цюн.

Фу Синъюнь промолчал.Хотя он и говорил, что это всё выдумки, но на деле так и не попробовал.

На следующий день, когда Линь Цюн вернулся с работы, Фу Синъюнь поинтересовался:— Завтра работа есть?

— Нет, съёмочная группа дала мне три выходных. Все три дня свободен, — покачал головой Линь Цюн.

Фу Синъюнь кивнул:— Тогда завтра пойдём со мной.

Линь Цюн удивился:— Куда?

— На благотворительный аукцион.

Услышав это, Линь Цюн мгновенно округлил глаза — эта сцена подробно описывалась в книге. Именно там злодей, сделав определённые успехи в реабилитации, впервые встретил главного героя-шоу. С этого момента его увлечение этим человеком только росло.(Шоу это пассив , гонг это актив)

Герой же в свою очередь проявил участие, поддержал злодея в его восстановлении, став для него светом в этом холодном мире. Это было то чувство, которое Фу Синъюнь никогда прежде не испытывал — словно луч солнца, пронзающий тьму, свет в переходе между ночью и рассветом. После этого он полностью увяз, словно дикий зверь, отказавшийся от борьбы, как охотник, погружённый в трясину.

Линь Цюн скривился. Потом, взглянув на Фу Синьюня, мысленно буркнул:«Этого ледышку согреть?! Да он раньше растает, чем почувствует тепло. Вредно для здоровья».

Увидев, что у Линь Цюна испортилось настроение, Фу Синъюнь кашлянул:— Если не хочешь...

— Хочу! Почему не хочу?! — ответил Линь Цюн с напором. Ему тоже хотелось увидеть, что это за "солнышко в человеческом обличье", которое растопит арктическую глыбу.

Аукцион должен был пройти вечером. Линь Цюн заранее поел, чтобы не мучиться от голода, и теперь стоял у шкафа, выбирая костюм.

Фу Синъюнь ждал у двери, и, увидев, как Линь Цюн вышел, приподнял бровь:— Ты на свадьбу собрался?

Линь Цюн вздрогнул:— Так не шутят!

— А? — не понял Фу Синъюнь.

— Это подсудное дело, — серьёзно сказал Линь Цюн. — Двоежёнство!

Потом окинул Фу Синьюня взглядом:— Ты подштанники то надел?

Мужчина замер.Ответа не последовало, и Линь Цюн тут же понял, что нет. Он быстро метнулся в комнату, вытащил комплект термобелья:— Надень это.

Фу Синъюнь: ...

В итоге, одевшись как велел Линь Цюн, он всё же вышел из дома.

По дороге они заехали за Цинь Хэном. Тот, едва сев в машину, заметил торчащую из костюма Фу Синьюня термобелье:— Твою мать! Лао Фу, ты, блин, в кальсонах?!

Фу Синъюнь напрягся.Цинь Хэн с трудом сдерживал смех:— Да ты, чёрт возьми, серьёзно их носишь?! Ха-ха-ха...

Линь Цюн тут же рявкнул с серьёзным лицом:— Ты ничего не понимаешь! Это предмет первой необходимости!

Потом наклонился к уху Фу Синьюня и тихо прошептал:— Не слушай его. Когда ты заправляешь термобельё — ты самый крутой!

Фу Синъюнь: ...