Глава 32

Фу Цзиньлин с недоверием уставился на собеседника — в такой момент тот не просто не стал его утешать, а ещё и вылил на него ведро холодной воды.

— Ты бессердечный! Ты что, не видишь, что я только что расстался?! — возмущённо воскликнул Фу Цзиньлин.

— Вижу, — спокойно ответил Линь Цюн.

— Тогда почему ты меня не утешаешь?!

Линь Цюн похлопал его по плечу:— Я верю, что ты справишься сам.Если ты не можешь пережить боль от любви, то как потом переживать боль от жизни?

Фу Цзиньлин сник и с каменным лицом опустился на сиденье:— Ты такой же бесчувственный, как и мой дядя.

Линь Цюн смущённо опустил голову:— Вышла за курицу — живи с курицей, вышла за собаку — живи с собакой.

— ...

Он протянул ему рюкзак:— Пошли в школу.

— Я не хочу, — отмахнулся Фу Цзиньлин, не желая сталкиваться с реальностью.

Линь Цюн нахмурился:— Так дело не пойдёт. А потом чем ты собираешься питаться? Ветер с севера и запада хлебать?

Фу Цзиньлин: ...

В конце концов, он стиснул зубы, схватил рюкзак и пошёл в школу.

Когда Линь Цюн вернулся домой, Фу Синъюнь сидел в гостиной и смотрел новости.

— Синъюнь, я вернулся, — сказал он.

Мужчина обернулся и посмотрел на него.

Линь Цюн сел рядом:— Твой племянник, похоже, расстался?

На лице Фу Синъюня отразилось лёгкое недоумение.

Линь Цюн продолжил:— Его использовали как банкомат и называли идиотом.

— ...

Но на лице Фу Синъюня не промелькнуло ни капли злости:— Пусть получит по шапке — хоть запомнит урок.

Они едва успели посидеть, как раздался звонок с лежащего неподалёку телефона.

Фу Синъюнь протянул руку и взял трубку.

— Алло, это родитель Фу Цзиньлина?

Фу Синъюнь нахмурился:— Да, это я. Что случилось?

— Это классный руководитель Фу Цзиньлина, — на том конце линии голос звучал с некоторым смущением. — У него произошёл инцидент, нужно, чтобы кто-то из родителей пришёл в школу.

— Понял, — отозвался Фу Синъюнь и повесил трубку.

Линь Цюн подполз поближе, как любопытный ребёнок:— Что там?

Фу Синъюнь повернулся и уткнулся взглядом в чистые и полные недоумения глаза Линь Цюна, рефлекторно откинулся назад, а затем ответил:— С Цзиньлином что-то случилось в школе, нужно сходить.

— Тогда я пойду вместо тебя, — вызвался Линь Цюн.

Фу Синъюнь взглянул на него и промолчал.

— Ты мне не доверяешь?

— Нет.

— Тогда почему молчишь?

— ...

— Вот опять молчишь.

— ...

В итоге они вдвоём доехали до школы, Фу Синъюнь остался в машине, а Линь Цюн вошёл внутрь.

Подходя к кабинету классного руководителя второго курса старшей школы, он услышал оттуда громкие голоса. Зайдя внутрь, он сразу увидел Фу Цзиньлина, сидящего в углу.

Фу Цзиньлин, увидев его, тут же отвернулся, стараясь спрятать лицо с ссадинами — явно не хотел, чтобы его видели. Но чем больше он прятался, тем пристальнее Линь Цюн его рассматривал. Спокойным тоном, совсем не таким, как ожидал Цзиньлин, он спросил:— Подрался?

Фу Цзиньлин молчал, сжав губы.

Видя, что тот не хочет говорить, Линь Цюн тоже не стал допрашивать.

Прошла секунда, две, десять...

Фу Цзиньлин не выдержал:— Ты чего не спрашиваешь про драку?

— Ты же сам не хочешь говорить.

— Но это не значит, что ты не должен спрашивать!

— Понял. Ты победил?

— ...Да, победил.

— Ну и отлично.

Фу Цзиньлин резко поднял голову и с изумлением уставился на Линь Цюна:— Ты меня не будешь ругать?

— За что?

— За то, что подрался.

Линь Цюн кивнул, нахмурился и с серьёзным видом произнёс:— Только в этот раз.

— ...

— Ладно, я пойду поговорю с твоим классным.

Сказав это, он ушёл, не дожидаясь ответа.

Фу Цзиньлин остался сидеть, глядя на удаляющуюся спину Линь Цюна, и долго не мог прийти в себя.

Из-за драки Фу Цзиньлина временно отправили домой на трёхдневное саморазмышление, в то время как остальных участников инцидента наказали строгим выговором.

Когда они вышли за пределы школы, Линь Цюн спросил:— Чего это ты так на меня пялишься?

— Я ведь подрался, а ты меня даже не отругал...

— Тебя ведь тоже побили. Уже получил урок.

Слова Линь Цюна заметно подняли настроение Фу Цзиньлина.

Тот продолжил:— Хотя я и не ругаю тебя, это не значит, что ты поступил правильно.Кулаками и грубой силой всё не решишь. Нужно, чтобы люди тебя уважали.

— А если я всё объяснил, а он всё равно не уважает?

— Тогда бей, пока не начнёт. Но только если ты прав. Как сегодня, например.

Он протянул руку и несколько раз потрепал Фу Цзиньлина по голове:— Когда вернёмся домой, обязательно извинись перед мамой. Она тебя простит. Ведь в этом мире никто не сравнится с мамой.

Когда они сели в машину, Фу Цзиньлин с опаской поглядел на дядю и рефлекторно втянул голову.

Фу Синъюнь бросил на него взгляд и спросил:— Ну что, как там?

Линь Цюн радостно подхватил:— Победил!

— ...

Голос его был таким радостным, будто он сам выиграл бой.

Фу Цзиньлин исподтишка посмотрел на дядю, опасаясь, что тот разозлится. Но тот лишь с лёгким смешком, полным безысходности, взглянул на Линь Цюна, а затем... неожиданно встретился взглядом с племянником.

Уголки его губ тут же опустились, и он, нахмурившись, произнёс:— В следующий раз чтоб не повторялось.

Фу Цзиньлин: ...

Я не должен был садиться в машину. Я должен был лечь под неё.

Они привезли его домой, где у дверей их уже ждала женщина в простом, но изысканном наряде с мягкими чертами лица.

Линь Цюн посмотрел на неё, потом на Фу Синъюня:— Что случилось?

— Ничего, просто подумал, что твоя сестра выглядит очень мягкой и нежной, — сказал Линь Цюн. — Совсем на тебя не похожа.

— ...

Линь Цюн и сам не ожидал, что у такого старого интригана, как Фу Синьюнь, может быть такая мягкая на вид сестра.

Женщина, увидев сына, сразу подошла и начала благодарить их за эти несколько дней, потом обратилась к Фу Цзиньлину:— Цзиньлин, за те дни, что ты ушёл, мама тоже поняла, что была неправа. Я тоже вела себя неправильно.

Линь Цюн смотрел на эту мягкую женщину и никак не мог понять, почему такой мятежный Фу Цзиньлин постоянно ссорится с матерью.

В следующую секунду он услышал, как женщина продолжила:— Так что ты сначала зайди и встань на колени, а мама перед тобой извинится.

— ...

Фу Синьюнь скользнул взглядом по нему:— Всё ещё думаешь, что она нежная?

Лицо Линь Цюна постепенно застыло.В конце концов, яблоко от яблони недалеко падает — в этой семье вообще нет нормальных.

После того как они доставили Фу Цзиньлина домой, Линь Цюн и Фу Синьюнь поехали обратно.

Когда простуда у Фу Синьюня прошла окончательно, Линь Цюн приготовил на ужин мясо — любимое блюдо мужчины.

Смотря на две тарелки, наполненные почти до краёв, Линь Цюн вдруг задумался.

С надутыми щёками он сказал:— Синьюнь.

Фу Синьюнь взглянул на него:— Что такое?

— Мы едим одинаково много, почему у тебя есть пресс, а у меня нет? — сказал Линь Цюн, сжав свою мягкую складочку на животе.

Небеса несправедливы.

Видя недовольное лицо Линь Цюна, Фу Синьюнь спокойно ответил:— Потому что я каждый день тренируюсь.

На втором этаже у него был спортзал, и хотя он сейчас не может двигать ногами, упражнения для верхней части тела он всё ещё выполнял.

Услышав это, лицо Линь Цюна приняло выражение предательства:— Ты тайком от меня тренировался!

— Нет.

— Тогда почему я тебя никогда за этим не видел?

— Это тебе нужно себя спросить.

— Себя? О чём?

— Почему ты каждый день спишь после обеда.

— ...

Линь Цюн почувствовал приступ поражения и решил, что с завтрашнего дня начнёт бегать по вечерам.

— Почему с завтрашнего? — спросил Фу Синьюнь.

— Ты не слышал поговорку?

— Какую?

— Диета всегда начинается с завтрашнего дня.

— ...

На следующий вечер, после ужина, Линь Цюн действительно переоделся в спортивную форму, собираясь на пробежку.

Перед выходом он сказал:— Не хочешь выйти проветриться? Я тебя покатаю.

Фу Синьюнь решительно отказался:— Не надо.

Линь Цюн вышел, но даже к десяти часам вечера так и не вернулся.

Фу Синьюнь, закончив работу, взглянул на часы, нахмурился — прошло уже три часа. В порыве беспокойства он покатился в гостиную, взглянул в тёмное окно и включил телевизор.

Шли вечерние новости: В последнее время в нашем городе участились случаи ограблений и нападений по ночам. На сегодняшний день зарегистрировано уже несколько инцидентов. Жителям рекомендуется не выходить в одиночку и избегать тёмных переулков. В случае нападения — незамедлительно звонить в полицию».

Фу Синьюнь: ...

Он поменял канал, но вскоре взял телефон и позвонил.

— Ж-ж-ж... — завибрировал смартфон, оставленный на столике.Фу Синьюнь посмотрел на него, немного подождал, потом поехал на лифте на третий этаж. Но, оказавшись в постели, так и не смог уснуть.Уже почти половина одиннадцатого.Когда Линь Цюн наконец вернулся, он увидел Фу Синьюня, всё ещё сидящего в гостиной и смотрящего телевизор.

— Синьюнь, ты почему ещё не спишь? — спросил он с удивлением. Обычно в это время тот уже давно спал.

Фу Синьюнь спокойно взглянул на него, немного помолчал и спросил:— Где ты был?

Линь Цюн отвёл взгляд: — На пробежке?

— Правда? — взгляд мужчины стал острым.

Линь Цюн рефлекторно прикрыл живот:— Правда.

Мужчина не упустил этот жест, посмотрел на него со значением, затем — на его живот.

— У тебя есть что мне рассказать?

Линь Цюн замялся, потом сказал:— Ночной бег — это тяжело. Я пойду отдохну.

Сказав это, он быстро направился к лестнице, будто скрывая какую-то тайну.

— Линь Цюн, — позвал мужчина.

Тот обернулся, лицо было немного натянуто:— Что?

— У тебя в уголке рта — соус.