~ Глава 46 ~

~ Т/и

Когда я следующим вечером спускаюсь, в комнате как раз заканчивает телефонный разговор Бас. Весь день я провела в кровати, потому что все тело дико болело. Кэп встречает меня у последней ступеньки, держа в руках бутылку воды и ибупрофен, а Джей протягивает мне две стопки.

- Ей нужны болеутоляющие, а не это дерьмо.

Я беру таблетки, хлопаю Кэптена по плечу и забираю стопки у Джейсона.

- Мне нужно и то и другое.

Я залпом выпиваю алкоголь. Потом сажусь напротив Баса, Теодор остается стоять, а Джей и Кэптен занимают диван.

Бас кивает, окидывая меня взглядом. Я целый час провела в ванной, чтобы привести себя в божеский вид - этим трюкам я научилась у своей матери.

- Ты как?

- Нормально. - Я смотрю на него, и он хмурится. - Ты попросил меня прийти, и вот что получилось. Кто еще знал о нашей встрече?

- Только мой парень.

- Что еще, на хрен, за парень? - рычит Теодор.

Я стараюсь с осторожностью подбирать слова. Если упомянуть о видео, они придут в ярость и в итоге сами же пострадают.

- Бас сказал, что ему позвонили и рассказали, что кто-то хочет создать мне проблемы.

Лицо Баса мрачнеет, но он не выдает меня.

Теодор с подозрением прищуривается, пытаясь понять, не вру ли я.

Он ничего не заметит. Я мастер скрывать правду за недоговорками, особенно если у меня нет другого выхода. Особенно если мне нужно защитить их.

- Кто он? - сердито спрашивает Джейсон, придвинувшись к краю дивана.

- Бенни. - Бас переводит взгляд с меня на парней, словно решает, о чем может говорить в моем присутствии, а о чем нет.

Но даже если бы я уже давно не сложила два и два, вчера он сам проболтался о том, что Теодор платит ему.

Значит, за подпольными боями на складах стоят Нотт. Вот почему они хотели, чтобы я там не появлялась, и почему никто не должен был увидеть их там. Это чертовски противозаконно, а сейчас проблемы с законом нужны им меньше всего.

И именно поэтому нельзя, чтобы это видео где-нибудь засветилось.

- Он приезжий. Работает там, где платят.

- А значит, он предан только себе, - добавляет Теодор.

Я пожимаю плечами, и он тут же впивается в меня взглядом, когда я сказала:

- Это нормально для тех, кто ни там, ни здесь. Самосохранение.

Теодор переводит взгляд на Баса, и они начинают говорить о том, кто этот парень и чем он занимается, но я не обращаю на них внимания. Я спровоцировала их разговор. Потому что уже знаю, кто руководит игрой.

Когда я проснулась и туман прошлой ночи рассеялся, ответ стал очевиден.

Я прекрасно расслышала, что сказал мне тот мудак перед тем, как убежать, и, черт возьми, разве не странное совпадение, что совсем недавно те же слова я услышала и от другого?

А Коллинз Грейвен - тот еще тип.

Он устроил ловушку, нашептав нужным людям, чтобы они передали информацию Басу. Все, что нужно было сделать, - это установить за ним слежку и ждать, пока я приду. Готова поспорить, он очень гордится, что провернул все это на территории Ноттов.

Тогда, в туалете, Коллинз намекнул, что у него кое-что есть на меня, но я думала, что он просто пытается заставить меня обратить на него внимание.

Я чувствую на себе взгляд Кэптена, но не осмеливаюсь поднять на него глаза. Он слишком остро чувствует других, у него тоже есть интуиция.

Я вытаскиваю из кармана худи косяк и машу им перед ними, чтобы никто из них не впал в истерику, потом встаю и выхожу из комнаты.

Они продолжают разговаривать. Я сажусь, свесив ноги с крыльца, и смотрю на темные деревья.

Только я выдыхаю первую затяжку, как рядом опускается Кэптен.

- Что ты задумала?

Я молчу, и он вздыхает.

- Не разрушай это, Т/и. - Я собираюсь покачать головой, но он продолжает: - Ты понятия не имеешь, что для нас значит то, что ты здесь, с нами.

- Кэп... - Я закрываю глаза, всем сердцем желая, чтобы он перестал говорить.

- Пожалуйста, - просит он, даже сам не понимая, о чем просит.

Он даже не догадывается, какая опасность висит над ними и что это дело рук того же человека, который организовал нападение на меня. По правде говоря, я понятия не имею, будет ли видео, которое есть у Коллинза, достаточно, чтобы раз и навсегда разобраться с Ноттами, тем более с тремя.

Последствия для парней могут быть любыми - от незначительных до огромных. Но я не хочу оставлять это на волю случая. Особенно если знаю, как это исправить.

Вот почему я прикидываюсь дурочкой, когда он говорит:

- Мы это выясним. Вместе.

Я дергаю ногой, меня начинает подташнивать. На глаза наворачиваются слезы.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, Кэп.

Поколебавшись, он встает и поднимает меня, чтобы нежно обнять.

- Ты должна быть здесь, с нами. Ты часть нас, а это значит, что мы справимся со всеми проблемами как команда.

Он медленно входит в дом, и по моей щеке ползет первая слеза.

Я предупредила их, что от меня будут лишь неприятности. Мне даже не пришлось пытаться, они сами меня нашли.

Мне бы хотелось, чтобы я перестала действовать импульсивно. Чтобы я могла остановиться и подумать, но мой мозг устроен по-другому. Меня нельзя ни контролировать, ни убедить в чем-то.

Предупреждения и угрозы проходят мимо моих ушей, и каждое мое действие вызвано лишь одной причиной.

Той, что я так хочу, и к черту последствия.

Они будут в бешенстве, но сейчас мне нужно беспокоиться не об этом.

Я должна остановить это и точно знаю как.

***

Я стучу в дверь и оглядываюсь через плечо.

Уверена, что они начали меня искать сразу же, как только я скрылась за деревьями. Заработали двигатели, сад наполнили крики. Они снова и снова звали меня по имени, ругались, сыпали проклятиями, но наконец сели в машины и умчались. Мне пришлось бежать боковыми улочками, чтобы добраться до района по другую сторону моста.

Мои легкие словно сжались, в голове стучит, но ждать больше нельзя.

Это последнее место, куда бы они отправились меня искать, по крайней мере, сегодня вечером.

Я не новичок в таких делах, поэтому понимаю: то, что я собираюсь сделать, - только начало. Что странно, потому что больше похоже на конец.

Эта мысль не должна была оставить такую пустоту в моей груди. И все же я стою здесь, такая сильная, высокая и чертовски уверенная в себе, и впервые за все время в моей голове вдруг раздается пронзительный крик, который изо всех сил умоляет меня повернуть назад, вернуться к ним.

Поверить, что Теодор сможет все исправить. Поверить, что он захочет этого.

Но опять же, я не новичок и знаю, как все происходит. Я знаю, что должна стоять там, где стою, до тех пор, пока угроза не исчезнет.

Я уже знаю, что это будет не игра в кошки-мышки, а противостояние змеи и дикого животного. Воспитание улиц против долларовых знаков.

Только вот на улицах нет слишком высокой цены, как и нет слишком низких ставок.

Мы получаем то, что хотим, независимо от цены. И я говорю не о деньгах.

Дверь медленно открывается, с усталым выражением на лице он смотрит за мое плечо.

- Я одна.

Он расслабляется, довольный моим ответом, и прислоняется к дверям.

- Чему обязан визитом, Нотт?

Грудь сдавливает, но я стараюсь ничем не выдать своих эмоций.

- Я хочу, чтобы ты уничтожил то видео и все его копии.

Сначала он притворяется, что не понимает, о чем речь, но потом медленно кивает.

- И что я получу взамен?

Его высокомерный тон свидетельствует о том, что он прекрасно понимает, что я у него в клетке, но только ключ у меня. Я могла бы уйти прямо сейчас, и ему пришлось бы попрощаться с победой, на которую он рассчитывал, но, даже если бы я это сделала, ему все равно удалось бы одержать верх. Видео по-прежнему будет принадлежать ему, но я не могу этого допустить.

Проглотив подкатившую желчь, я молча молюсь богу, если он действительно существует, и прошу его дать мне сил выдержать то, что произойдет дальше.

- То, что ты хочешь получить.

Он тут же хмурится.

- Так просто?

- Так просто.

«Это ради них..»

На его лице появляется злодейская улыбка, он открывает дверь шире и отступает назад.

- Входи, Т/и. Поболтаем.

Я переступаю порог, зная, что, войдя внутрь, откажусь от всего, чего хотела до недавнего времени, и стану тем, кем никогда не хотела стать.

Дочерью своей матери.

Они решат, что я предала их, обманывала и лгала им, и этого почти достаточно, чтобы развернуться и убежать прямо сейчас. Но поступить так, когда я могу им помочь, будет верхом эгоизма. А так единственным, что они потеряют... буду я.

На глаза наворачиваются слезы, но я прогоняю их вместе с последней мыслью.

«Простите, мальчики..»______________________________________________

💔💔💔