~ Глава 43 ~

~ Т/и

- У тебя был секс.

Я сердито смотрю на Виенну. Она садится на деревянный столик, за которым я жду, когда у парней закончится тренировка.

- И тебе привет.

- О, у тебя точно был секс, и теперь твой моральный компас сломан.

Я кладу руки на колени.

- Что ты несешь?

- У тебя эмоциональный перегруз, ты в плохом настроении, а я по опыту знаю, что все это связано с пенисом.

Я непонимающе смотрю на нее, и она чуть-чуть отодвигается.

- С вагиной? - Виенна косится на меня.

Я смеюсь и закатываю глаза.

- Я не лесбиянка. Но сейчас мои проблемы не имеют ничего общего с членом.

Ее глаза загораются, и она пересаживается со стола на скамейку, оседлав ее, чтобы быть на одном уровне со мной.

- Так секс все-таки был?

- Чего это ты так интересуешься? - Я ощетиниваюсь, и Виенна поднимает руки.

- Прости. Забыла. Ты не умеешь дружить. - Она смеется и достает из рюкзака упаковку чипсов. - Слышала, Теодор возил тебя вернуть одежду Мэлло?

- Да. Я понятия не имела, как ее найти, но вдруг выяснилось, что Джейсон точно знает, где она живет. - Я смеюсь, а Виенна улыбается.

- Еще бы!

- Как дела в приюте?

Она пожимает плечами.

- Все как обычно. Скучная рутина... но зато там безопасно.

Я киваю.

- Смотрите-ка, шваль собралась.

Слева от нас стоит Хлоя со своей свитой.

Мы молчим, и она закатывает глаза.

- Ходят слухи, что ты целовалась с Коллинзом Грейвеном на прошлых выходных в «Башне».

Поставив локоть на стол, я подпираю подбородок рукой, совсем не впечатлившись ее жалкими попытками вывести меня из себя.

- Тогда ты должна была слышать, как потом приехали парни, жутко на него разозлились, надрали ему задницу и украли Золушку. - Виенна широко улыбается ей.

У миньонов Хлои округляются глаза, а сама она, наморщив лоб, облизывает губы.

Эту часть она не слышала.

Ее маленький крот нарыл ей лишь только половину правды.

- Будь осторожнее, Т/и. Я могла бы избавиться от тебя, сделав лишь один телефонный звонок. - Она поднимает бровь, и я прищуриваюсь.

- Сдайся уже, Хлоя, - грубо отвечает ей Виенна. - А знаешь, не надо, и ты не будешь липнуть к парням, которые плевать на тебя хотели.

Хлоя притворяется, что не слышала ее, и, презрительно ухмыляясь и покачивая бедрами, удаляется.

- Это...

Но я не успеваю договорить, прерванная чьим-то голосом, зовущим меня по имени. Я поворачиваюсь влево и вижу одного из парней из команды Теодора. По-моему, его зовут Рон.

Видимо, тренировка только что закончилась.

- Привет.

- Я... еще увидимся, Т/и. - Виенна шутливо шевелит бровями и уходит, и я разворачиваюсь лицом к парню.

- Ты идешь на сегодняшнюю вечеринку?

- Да.

- Какого цвета будет твоя одежда? - Я поднимаю голову, и он усмехается.

- Я не понимаю, о чем ты.

- Тема вечеринки - светофор, - объясняет он. - Красный цвет означает, что ты занята, желтый - что ты еще не определилась. Ну а зеленый - что ты свободна.

- А как насчет черного, который будет означать, что мне это не интересно?

Он непринужденно улыбается мне, смотрит за мое плечо, потом снова на меня.

- Увидимся вечером.

Рядом со мной останавливается Теодор, наблюдая, как уходит этот Рон. Потом он опускает взгляд на меня.

- Готова ехать?

- Готова.

***

~ Теодор

Она снова смеется, толкая его в плечо, когда он наклоняется, чтобы что-то сказать ей. Да, здесь чертовски громко и нужно кричать, чтобы тебя услышали, но я уже устал от этого ублюдка и его одержимости ею. Я сказал этому говнюку, чтобы он не вился рядом с ней. Должно быть, этот идиот решил, что я шучу, и это выводит меня из себя.

На самом деле меня бесят все придурки, которые подкатывают к ней как ни в чем не бывало, словно она свободна, а ведь это совсем не так. Но хуже всего то, что Т/и почему-то оказалась одета в зеленый, хотя я сказал ей надеть красное - правда, не сказал почему, но кого это, черт возьми, волнует. _____

_____

Мне казалось, до нее уже дошло, что она не просто девушка из нашей компании, которую мы оберегаем, но с которой могут мутить другие парни. Наверное, я неясно выразился.

Пора преподать им урок.

А ей пора уже признать это.

Я встаю и направляюсь прямо к Т/и.

Она стоит спиной ко мне, но Бишоп видит, что я приближаюсь, и его улыбка медленно увядает. Это заставляет ее оглянуться через плечо, и ее взгляд останавливается прямо на мне.

- Еще увидимся, - говорит ей Бишоп и уходит, как должен был сделать уже давно.

Но она даже не удостаивает его вниманием.

Ее глаза цвета грозового неба не отрываются от меня, пока она медленно поворачивается ко мне лицом.

Я обнимаю ее рукой за талию, просовываю пальцы под ее джинсы и притягиваю к себе.

Т/и прикусывает кончик языка, опустив веки в молчаливой просьбе.

Я наклоняюсь ближе, и она судорожно вздыхает, и все равно на ее лице по-прежнему дерзкое выражение.

Она упряма и не хочет сдаваться мне полностью, но и сдержаться тоже не может.

Я начинаю танцевать, и Т/и следует за моими движениями, ее бедра идеально перекатываются вместе с моими - наши тела теперь очень хорошо знакомы друг с другом.

Наконец она поднимает руки и по-собственнически обхватывает меня за шею, как я ее за талию.

«Покажи им, детка. Пусть они увидят.»

Ее пальцы легкими движениями скользят по моей ключице, а потом медленно поднимаются и запутываются в моих волосах.

Черты ее лица разглаживаются, а пальцы впиваются в мою кожу - с каждой секундой она хочет меня все больше.

Но песня меняется, и она, очнувшись, опускает руки и кладет ладони на мою грудь.

Я наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо, но Т/и отталкивает меня, нечаянно заставив меня потерять равновесие. Мне удается удержать равновесие, но теперь внимание всех присутствующих приковано к нам.

Я медленно надвигаюсь на нее до тех пор, пока она не ударяется с легким стуком о музыкальный центр.

- Прости, здоровяк, - шепчет Т/и. - Но это твое шоу было каким-то уж слишком показным.

- Скажи, что ты моя, - требую я, и ее брови взмывают вверх. - Покажи, что ты моя. Хватит, твою мать, позволять им думать, что это может быть не так.

Т/и хмурится.

- Это... не так.

- Нет, так. Скажи это.

Она фыркает и шипит:

- А что потом? Я «принадлежу» тебе? Я твоя «собственность»?

- Хочешь вести себя как ребенок, ладно. - Я распрямляю плечи. - И то и другое.

- Что тебе нужно от меня? - выдавливает она.

- Все, что захочу.

Т/и, стиснув челюсти, отворачивается.

- Я не согласна.

- Чушь собачья! - Я провожу рукой вдоль ее ребер и обхватываю ягодицу. Ее грудь непроизвольно прижимается к моей груди, и она проглатывает поднимающийся стон. - Ты больше никого не хочешь, так дай мне то, что хочу я. - Я сжимаю ее ягодицу, и она выгибает спину. - Только тогда я смогу продолжать давать то, что нужно тебе.

Т/и сглатывает и бросает на меня сердитый взгляд.

- Ты мне не нужен.

- Докажи.

Она усмехается и распрямляет спину. Ее ухмылка медленно перерастает в предупреждение, но пока я придумываю собственное, Т/и отходит вправо и обнимает за шею Мака.

Я хмурюсь, наконец поняв, что она собирается сделать.

Я бросаюсь к ней, но он уже развернул ее, а она прижимается губами к его рту.

Его руки непроизвольно впиваются в ее волосы, и он целует ее так, словно, блин, хочет проглотить целиком.

Но я уже рядом и оттаскиваю его от нее.

Мак выворачивается из моей хватки и оборачивается посмотреть, кто посмел подойти к нему. Увидев меня, он поднимает руки. Я тоже. Одну. И она летит ему прямо в челюсть.

Музыка останавливается, и в комнате повисает мертвая тишина. Но лишь до тех пор, пока моя заноза в заднице не открывает свой прелестный ротик.

- Теодор! Какого черта?! - кричит Т/и, переводя взгляд с Мака на меня.

- Я же сказал, ты моя! - кричу я в ответ, и она тут же закрывает рот.

Т/и готова наброситься на меня, хоть и старается держать себя в руках. Ей не нравится быть в центре внимания.

Что ж, чертовски жаль.

Я медленно разворачиваюсь на сто восемьдесят, раскинув руки в стороны.

- Все слышали? - Я оглядываю комнату. - Т/и, мать ее, Карвер принадлежит мне! Если кто-то из вас прикоснется к ней хоть пальцем, я сломаю ему челюсть. - Я бросаю быстрый взгляд на Мака. Он мой друг... но она моя девушка. - Позволите ей подойти слишком близко? Я сломаю вам нос. В любом случае вы проиграете, а она по-прежнему будет моей.

Я поворачиваюсь к Т/и, которую прямо-таки трясет от гнева - слабо ей будет сказать что-то теперь? Затем я выхожу из комнаты.

Она пойдет за мной.

***

~ Т/и

«Вот же ублюдок!»

Он уходит с таким видом, словно я не пойду за ним.

Теодор поворачивает налево и идет прямо по коридору. Я почти сразу за ним.

- Ой-ой, Т/ишка зли-и-ится, - дразнит меня Джей.

- Кое-кого отшлепают, - присоединяется к нему Кэп.

- Ты на кого ставишь?

Оба кретина начинают ржать, поэтому я останавливаюсь рядом с ними, вырываю у них из рук напитки и выливаю им на головы, а стаканчики бросаю в лицо.

Они недовольно мычат, но я ухожу дальше по коридору и снова слышу их идиотский смех.

Я нахожу Теодора в последней комнате слева. Он стоит спиной ко мне, упираясь ладонями в стену. Я вхожу и собираюсь закрыть дверь, но мне мешает Джей.

Он ухмыляется, как последний дурак, и смотрит то на меня, то на брата.

- Уходи, - говорю я ему.

- Но это же будет весело.

Я продолжаю сердито смотреть на него, он вздыхает, разворачивается и уходит, бросив:

- Обломщица.

«Что за ребенок!»

Стоит мне запереть дверь, как я оказываюсь припертой к ней. Теодор прижимается к моей спине.

Он трется о меня своим возбужденным членом, и это невыносимо.

- Твои губы, - шепчет Теодор мне в шею. - Твои руки и даже, может быть, твои глаза не должны касаться другого мужчины. - Он кусает меня за ключицу, и я запрокидываю голову ему на плечо. - Ты... моя. Точка.

- У тебя проблемы, - задыхаясь, говорю я, и Теодор двигается, заставляя меня сжать свои бедра.

- Я в курсе. Это ничего не меняет, - сердито рычит он. Но его теплое дыхание обдувает мою шею, а его руки соскальзывают с моих бедер к изгибу моей талии, и его пальцы находят мои трусики под поясом джинсов. - Стоит мне напомнить тебе, почему ты хочешь быть моей, Белоснежка? Потому что я могу всю ночь, если ты выдержишь.

Из меня вырывается стон, и я поворачиваю голову, пытаясь поцеловать его, но он прижимается губами к моему плечу.

- Из этого ничего не выйдет, - предупреждаю я его. - Особенно если ты хочешь чего-то большего, чем есть сейчас.

- Почему?

- Я же говорила тебе. Я все время все порчу.

Его рука опускается, обхватывает мою киску, и он вжимается в мою попу. Меня словно охватывают языки пламени.

- Я тоже.

- Я никому не доверяю..

- Как и я.

Его вторая рука расстегивает пуговицу на моих джинсах, и мои ноги раздвигаются, словно умоляя его пальцы скользнуть внутрь.

- Ты не слушаешь меня, - тяжело дыша, говорю я, уже готовая почувствовать его в себе. - Я знаю, что со мной можно хорошо подурачиться, но не надо копать глубже. Ты не найдешь ничего, за что можно ухватиться. Трахайся со мной сегодня, да, но только смотри не влюбись.. потому что завтра может случиться так, что это я трахну тебя.

- Тогда сегодня скажи это так, как оно есть. А о завтра я позабочусь потом.

- Я... м-м-м... - Стон вырывается из моего горла, когда его свободная рука обхватывает мою грудь. Я прижимаюсь ладонями к двери. - Я не шучу.

Теодор берет меня за подбородок и поворачивает к себе мое лицо. Он смотрит на меня ясными глазами, но в его чертах сквозит напряжение.

- Я тоже. Скажи это, Т/и. Ты принадлежишь мне. Не Нотт, не нам троим. - Его потемневшие глаза вглядываются в мои, и в его взгляде я вижу как неуверенность, так и скрытую решимость. - Только мне.

Я отталкиваюсь от двери, и напор Теодора ослабевает. Я разворачиваюсь к нему лицом.

Облизав губы, я прижимаюсь плечами к двери. Теодор подходит ближе, его рука скользит вверх по моей груди и шее. Он удерживает мою голову под идеальным углом, наши губы всего в нескольких миллиметрах друг от друга, глаза смотрят в глаза.

Я кладу руки ему на грудь, и в этот момент где-то далеко в моей голове раздается голос, который приказывает мне оттолкнуть его, но я заглушаю эти крики и, как всегда, делаю то, что хочу.

Я притягиваю его к себе.

Теперь он прижимается ко мне, его губы, лоб, нос - все соприкасается с моими.

Его руки скользят по моему телу, он обхватывает мою попу и подталкивает. Я подпрыгиваю и обвиваю его ногами за талию.

- Ладно, здоровяк, - шепчу я, потом облизываю его и только тогда легонько целую. - Пусть будет по-твоему.

Теодор рычит и грубо прижимается своими губами к моим.

Он целует меня долго и неистово, до тех пор, пока я не начинаю тереться о него, желая большего. Он чувствует это и вдруг садится в раскладное кресло.

Теодор заставляет меня встать, но сам остается сидеть. Сначала он снимает свою футболку, потом расстегивает джинсы и, приподнявшись, стягивает их вместе с боксерами. Его член выпрыгивает наружу, осуждающе указывая на меня, умоляя разрядить его.

И я это сделаю.

Я сбрасываю обувь, и Теодор наклоняется вперед, стягивая мои джинсы и нижнее белье, пока кончики моих пальцев ласкают головку его члена.

Я наступаю на свои джинсы, чтобы стянуть их до конца, и совершенно голый Теодор откидывается назад, не спуская с меня глаз.

Его взгляд скользит по мне с головы до ног, и он берет свой член, высовывая язык, чтобы облизать губы. Прикрытые веки медленно поднимаются, и наши взгляды встречаются.

- Сядь на меня, детка.

Клянусь богом, от его слов во мне закипела даже кровь.

Теодор запрокидывает голову на спинку кресла.

Он соединяет колени, чтобы мне было удобнее, но я разворачиваюсь, упираюсь руками в его мускулистые бедра и опускаюсь на него.

Теодор с шумом втягивает в себя воздух, а потом, издав рык и сев прямо, стягивает с меня футболку и лифчик.

Одна рука поднимается к моей груди, обхватывая одно из полушарий, а вторая проскальзывает между моих ног.

Я опускаюсь еще ниже, и мы оба стонем.

Я начинаю скакать на нем в позе перевернутой наездницы, следуя ритму музыки, доносящейся из-за двери. Это медленная чувственная мелодия, которая идеально подходит для моей эротической скачки.

А то, как Теодор касается моего тела, - просто блаженство.

Он стискивает мой сосок, его ладонь ласкает одну мою грудь, а вторая прижата его предплечьем.

Рука между моих ног хлопает по внутренней стороне моего бедра, и я, повинуясь его молчаливой просьбе, раздвигаю для него ноги. Его пальцы скользят вниз по складкам моего лона, по погруженному в меня члену, а потом возвращаются обратно к клитору. Мое тело начинает дрожать. Он снова и снова повторяет свои движения, а затем надавливает на мой клитор, откидываясь вместе со мной назад, пока его спина не упирается в спинку кресла. Я оказываюсь киской кверху, его рука накрывает ее. Наши обнаженные тела трутся друг о друга, мы трахаемся как бешеные.

Мои ноги начинают дрожать, мои стоны становятся все громче и громче.

Он не заставляет замолчать и вскоре тоже начинает стонать.

Наши потные тела двигаются в чувственном экстазе.

Его член начинает пульсировать внутри меня, стенки моего лона сжимаются вокруг него, и Теодор рычит мне в ухо и кусает его.

Я поджимаю пальцы на ногах, он сдвигает бедра, и вместе мы кончаем: жестко, долго и с наслаждением.

Только когда наше дыхание выравнивается, я понимаю, что сегодня вечером дала Теодору именно то, чего он так хотел.

Если я не буду осторожна, он может забрать у меня еще больше.

Я подавляю слабый голосок, который говорит мне, что Теодор уже сделал это.______________________________________________

🔞🔞🔞