***

Как у разбитого корыта,Сидит, не поднимая взгляд, Мальчишка в синяках, побитыйНогой пиная порваный рюкзак.

Подступает к горлу кашель,Дождь моросит, ну так и что жОн знает, не пойдет обратноТам, где цена ему лишь грош.

Щенком поскуливая тонко, Он вжался в лавочку сильней, Тепло ушло оставив толькоСвет ярко-рыжих фонарей.

Он не просил у них пощады,Не смеялся, слёз не лил.Он лишь стоял, смотря в дощатыйПол, где малышом ходил.

В груди его рыдали ивы,Гремели грозы, злился ураган.Храпели кони и копытом били, Пропуждая пепельный вулкан.

Парниша встал, размял колено,(Ещё болит от батиных сапог) Потом пошёл так не умелоЗавалясь на правый бок.

Кругом спешила жизнь рекоюСтрана встречала Новый год, Снега не было, водоюВесь календарь лился в трубопровод.

Переулки, переулки, Переулки без конца, Крик и стоны эхом жуткимНастигают беглеца.

Страх объял и не вернуться, Сейчас бежать только вперёд, Уж лучше завтра не проснуться, Чем жить, всё зная наперёд.

Малыш утёр манжетом сопли. Вот конец. Дни сочтены. В ушах уже звучали вопли, Его безчувственной родни.

Прочь рюкзак, долою куртку, Где свестит карман дырой. Малыш взлетел подобно утке, Улетавшей с мостовой.

Секунда. Всплеск.И кольца рябиЛегли на гладь встревоженной реки, Мир забыл и помнят толькоРюкзак да куртка у скамьи.