Глава 2

Страх заползает так глубоко в душу, что не достать. Он выпускает свои чёрные щупальца и сжимает ледяными тисками сердце. 

  Страх парализует. Он сворачивается мрачными осколочным клубком возле самых слабых точек и бьёт. Бьёт так, что не вздохнуть, не выговорить ни слова.

 Надеюсь, никто из вас никогда с этим не сталкивался. С этим… настоящим страхом, когда ваша жизнь висит на волоске.

  Дуло пистолета всё крепче прижималось к виску, обжигая холодным металлом. В виске пульсировало, руки тряслись, а на глаза набегали слёзы после щелчка предохранителя. 

– В чём же дело, Эдвард? – вновь послышался тот же голос и дуло пистолета убрало прядку волос с моего лица. 

 Я не сводила с родителей глаз, прося помощи, но те молча сидели на месте.

  Эдвард сжал ладонь в кулак, но с невозмутимым видом смотрел за меня, на остальных людей. Он молчал. Также как и испуганная мать.

– Вот так родители переживают за свою дочурку? – мужчина приблизился к моему уху, шепча это, но не сводил взгляд с Мэри и Эдварда. – Ты девственница, Эмили? 

 Я молчала. Мне было страшно. Больно. Отвратительно.

Но моё молчание ему не понравилось, и меня грубо оттянули за волосы назад. Я поджала губы, не издав ни звука. Я не могла ничего сделать. 

– Ты девственница, Эмили? – уже раздраженно спросил тот, и я снова промолчала. – Сучка.

 Почувствовав пощёчину, меня столкнули с кресла, и я сразу отползла подальше от этого места, к стене. Щека горела, висок пульсировал; мысли, мгновенье назад проносящиеся в голове с молниеносной скоростью, вдруг замерли, а затем испарились. Все до единой. 

Видя мой страх, мужчина рассмеялся и, обойдя кресло, уселся в него. Расслабленно откинулся на спинку, скользя взглядом по моим родителям, и мне стало страшно не только за себя, но и за них в первую очередь.

Только сейчас у меня получилось рассмотреть этого ублюдка. 

Высокий, широкоплечий, в костюме. Брюнет с резкими чертами лица: скулы, прямой нос, густые брови, карие глаза. Ничего необычного.

– Он недоволен, Эдвард. – наконец произнёс мужчина, не сводя глаз с моего отца. – Играем в кошки-мышки? Как по-детски. – слегка сморщился и обвёл гостиную глазами, вновь останавливаясь на мне. – Мы могли бы списать твои долги…

– Нет. – послышался холодный голос, на что “гость” широко улыбнулся, отводя взгляд от меня к Эдварду. 

– Нет? – переспросил, склонив голову на бок. 

– Нет. 

 Поднявшись с кресла, неизвестный не спеша подошёл к моей матери, проводя пальцем по её щеке. Мэри отдёрнула свою голову, после чего послышался резкий звук пощёчины. 

– Тогда смотри, Эдвард. Смотри и наслаждайся. 

 В голосе брюнета послышались странные нотки, после чего тот взял Мэри за волосы и заставил подняться на ноги. Кинул её на пол, кивнув своим псам, которые тут же подошли к матери, удерживая её руки, ноги, срывали с неё одежду, пока она кричала, отбивалась и просила у отца помощи. Но что он может сделать против четырёх ублюдков?...

– Остановись! – крикнул Эдвард, а я забилась в угол, не зная, что делать. 

Было страшно, больно за маму. Хотелось думать, что это всё сон, но увы. 

– Ещё немного, и в игру подключится твоя дочурка. Ты предпочтёшь умереть или наблюдать за этим? – спросил мужчина, подходя к отцу, который встал на ноги, но в ту же секунду послышался оглушительный резкий звук.

 Выстрел. 

 По лицу стекала капля пота. В расширенных от ужаса глазах отражалось бездыханное тело в алой луже крови. Мой взгляд нервно бегал из стороны в сторону в поисках подмоги. В голове пульсировала одна и та же мысль: «Она мертва!»

– Мэри!! – выкрикнул отец, подбегая к безжизненному телу своей жены. Упал на колени, обхватил ее руками и прижал к своей груди, будто пытаясь привести её в чувства. Руки дрожали, глаза блестели от подступающих слёз. Но уже было поздно. Очень поздно.

– Я приказывал её убивать?! – гневно поджал губы главарь этой шайки, смотря на подчинённых, а те что-то негромко сказали ему, на что брюнет фыркнул и перевёл взгляд на меня. 

 Хищный, голодный взгляд, пронизывающий до самых костей. 

– Ну что, детка, поиграем? – широко улыбнулся, медленно приближаясь ко мне. 

 Подскочив на ноги, я отходила назад, пытаясь сморгнуть пелену перед глазами. Мама мертва… Сумасшедший блеск в его глазах заставил меня быстро-быстро заморгать, внутри что-то сжалось, предчувствуя опасность. 

 Шаг назад, второй. Но уже поздно, противник, управляемый гневом, преодолевает это расстояние быстрее.

– Жаль твою мамочку. Мы бы прекрасно провели с ней время. – послышался низкий голос возле моего уха, когда этот ублюдок грубо прижал меня к стене без возможности отойти куда-либо.

Злость закипала в венах, заставляя чуть ли не трястись от гнева. Да, я была не в выгодном положении, но чувство самосохранения будто покинуло меня вместе со смертью матери. 

 Я плюнула ему в лицо, после чего почувствовала удар по лицу.

Первый, второй, третий. Мужчина бил сильно, яростно, остановившись лишь когда я сплюнула кровь со рта. 

– Успокоилась? – прорычал брюнет, а я фыркнула, вытирая свои губы и нос от багровой жидкости. 

– Ублюдок. 

 Неслабый удар в область солнечного сплетения. Из глаз брызгают слёзы, и я сгибаюсь, машинально обхватив живот руками.

 Теряя равновесие, падаю на спину, ударяясь затылком о что-то твёрдое. Перед глазами плывут круги, голова раскалывается, но ноги слабо толкаются о землю в надежде отползти назад. 

– Эмили!! – послышался крик отца, после чего вновь…

 Выстрел. Второй. Третий. Вскрик, хрип, грохот. 

Я не понимала, что происходит вокруг, не могла открыть глаза, не могла пошевелиться. Казалось, всё моё тело отказало, отключаясь даже после попыток мозга «пробудить» его.