Прогулка под дождем без зонтика

[Заказ]Что смогла придумать, то и придумала

Пс. ПРИЕМ ИДЕЙ ЗАКРЫТ. КОГДА ОТКРОЮ СТОЛ ЗАКАЗОВ, Я СООБЩУ

Дмитрий СеченовЛивень обрушился внезапно, как неожиданное открытие,  перечёркивающее все расчёты. Т/И вскрикнула, когда ледяные капли хлестнули по лицу, но Сеченов лишь медленно поднял голову, будто изучая это явление.  — Выпьем кофе, - сказал он неожиданно, указывая на маленькое кафе через дорогу.  — Сейчас? - она растерянно оглядела свою промокшую блузку.  — Температура тела падает, горячее питьё логично.  Он перешёл улицу, не обращая внимания на потоки воды. Т/И побежала следом, спотыкаясь о мокрый асфальт. В кафе было пусто. Сеченов заказал два эспрессо, затем достал блокнот и начал что-то записывать.  — Что вы пишете?  — Скорость падения капель. Интересный феномен.  Она посмотрела в окно, дождь стучал по стеклу, за которым мир расплывался в серых потёках.  — Вы всегда всё превращаете в уравнение?  Он на секунду оторвал взгляд от записей.  — Нет. Не всё.  И вдруг протянул ей свой пиджак.  — Наденьте. Вы дрожите.  Кофе остывал. Дождь не прекращался. Но в этот момент девушка впервые почувствовала, что за его холодной логикой, скрывается что-то ещё.

Михаэль Штокхаузен Дождь начался как предупреждение, редкие тяжёлые капли, затем хлынул стеной. Т/И замерла под этим небесным водопадом, но Штокхаузен шёл вперёд, будто не замечая стихии.  — Нам нужно укрытие! - крикнула она.  Он обернулся, его лицо было скрыто мокрыми прядями волос.  — Бегство бессмысленно. Мы уже промокли.  Он продолжил идти. Т/И, стиснув зубы, последовала за ним. Вода заливалась за воротник, стекала по спине, но он не ускорял шаг.  — Вы... Вы вообще чувствуете что-то? — вырвалось у неё.  Штокхаузен остановился.  — Да. Холод.  Он снял плащ и накинул ей на плечи. Тяжёлая ткань пахла дождём и чем-то ещё — металлом и кожей.  — Но это не важно.  Ливень ревел вокруг, но в этом моменте было только его дыхание ровное, спокойное, и её сердце, стучащее вразнобой. 

Сергей Нечаев — Чёртов май! Чёртов дождь! - Нечаев пнул лужу, обдав брызгами стену.  Девушка фыркнула:  — Вы как ребёнок.  — А ты как мокрая кошка, — огрызнулся он, но вдруг резко дёрнул её под навес.  Гром грянул прямо над головой. Т/И невольно вжалась в стену.  — Боишься? - его ухмылка была злой, но глаза горели.  — Нет!  — Врёшь.  Он шагнул ближе. Дождь стучал по крыше, а его пальцы сжали её запястье.  — Знаешь, что я люблю в грозу?  — Что? - она прошептала.  — То, что она стирает всё. Как огонь.  И вдруг поцеловал её, жёстко, без спроса, под рёв ливня. 

Виктор Петров Петров шёл медленно, будто каждый шаг давался с трудом.  — Вы не хотите укрыться? — спросила Т/И.— Нет.  Он смотрел вперёд, но видел что-то далёкое.  — Когда-то, мы с женой бегали под дождём. Дурачились.  Девушка замерла. Он никогда не говорил о личном.  — А теперь?  — Теперь я просто промокаю.  Она не знала, что сказать, поэтому просто взяла его руку.  Петров вздрогнул, но не отстранился. Дождь лил и лил, смывая границы между прошлым и настоящим. 

Николай Холмецкий — Давай! - Николай рванул и потащил её за собой прямо в центр лужи.  — Ты сумасшедший! - закричала Т/И, но уже смеялась.  Вода хлюпала в ботинках, дождь заливал глаза, но он кружил её под потоками воды, как на балу.  — Нравится?  — Нет! - врала она.  — Тогда вот так!  Он обнял её за талию и резко наклонил назад, так что дождь хлынул прямо в лицо.  Девушка завизжала, цепляясь за его плечи.  — Я тебя убью!  — Попробуй!  И они бежали по улице, две мокрые тени, оставляющие за собой брызги и смех.