+16 Штокхаузен

Меня давно просили написать что-то в подобном ключе. А также что-то еще более эротишное. Все напишется, конечно же. Надеюсь, что глава получилась неплохой, так как я долго думала, что именно написать. Посвящается фанатам Михаэля Штокхаузена, самой милой немецкой булочки с корицей.

Когда Т/И только пришла работать на Предприятие, Штокхаузен даже не заметил ее. Но это продолжалось ровно до того момента, пока Сеченов не назначил ее личным помощником Штока. Тогда они впервые встретились лицом к лицу.— Вызывали, товарищ Сеченов? - спросил Штокхаузен, заходя в кабинет.Академик оторвался от своих бумаг и подошел к коллеге.— Да. Ты давно говорил, что не успеваешь со всем справляться. Поэтому я нашел тебе помощницу, - сказал мужчина. — Она будет секретарем.— Помощницу? - удивился немец. Он, конечно, "жаловался", но не думал, что ему и правда дадут помощника.— Именно, - академик посмотрел на балерин. — Правая, приведи ее.Пока девушка не появилась, Шток пытался возражать, но это бы ему и не помогло.Вскоре в кабинет вошла Правая, а следом за ней Т/И.До этого она и немец никогда не виделись. Только слышали и читали доступные личные дела.Как только Т/И зашла в кабинет, Штокхаузен замер, у него слегка приоткрылся рот. Он даже забыл, как моргать.Девушка, когда встретилась глазами с ним, тоже замерла, ее глаза расширились, дыхание сперло, а сердце ускорило свой ход.Мужчина думал о том, какая она милая. Совсем молодая, но настолько умна, что подает большие надежды в науке. Да еще и в реальной жизни оказалась красавицей. Лучше, чем на фото. Просто воплощение "Спортсменка. Красавица. Комсомолка"В кабинете наступило молчание, которое нарушил сам академик.— Это товарищ Т/И. Именно она и будет твоим помощником, - начал мужчина, подойдя ближе к ней. — А это Михаэль Штокхаузен, ваш начальник.Парочка еще пару секунд молчала. От чего Сеченов слегка по-отцовски улыбнулся.— Приятно познакомиться, - сказала Т/И, протягивая руку для рукопожатия.— Взаимно, - отозвался немец, пожимая руку.В этот день они впервые работали вместе. И оба не могли выкинуть друг друга из своих мыслей.Т/И не ожидала, что мужчина окажется именно таким. Красивый, статный, в идеальном костюме, воспитанный и довольно сдержанный. А акцент придавал ему изюминки, и девушка была рада, что он не скрывал того кто он.Первое время, работая вместе, они немного смущались друг друга и чаще молчали. Но через какое-то время подружились, так как имели общее хобби - рисование.Парочку часто можно было застать беседующую в кабинете или в столовой. Они обсуждали рисование во всех его проявлениях. Периодически работники видели, как они вместе рисуют. Это всех только умиляло. Каждый раз, когда кто-то из них рисовал, второй человек внимательно рассматривал первого. Как будто пытался запомнить профиль.В один из вечеров, Шток и Т/И были в его кабинете. Она рисовала графин, что стоял на столе. А он внимательно за ней наблюдал. В какой-то момент он приблизился слишком близко к ее лицу, сдерживая желание коснутся ее волос.Закончив рисовать, Т/И повернулась к мужчине и замерла. Их губы были в паре сантиметрах друг от друга. Она чувствовала его дыхание на губах и с удивлением смотрела на немца, который, в свою очередь, не отрывал взгляд от ее губ.— Герр Штокхаузен, - шепотом позвала его Т/И. Но он как будто не слышал. Мужчина коснулся ее губ, а осмелев, взял ее лицо в ладони, притягивая ближе.Сердце забилось в тысячу раз быстрее. Кровь прилила к лицу и, несмотря на свое смущение, девушка ответила на поцелуй, положив свои ладошки ему на плечи.Парочка целовалась, пока у них не кончился кислород. И как только они оторвались друг от друга, то тут же от испуга отпрыгнули на края дивана. В кабинете повисло молчание. Нарушила его сама девушка. — Мне пора домой. Рабочий день уже закончен, - она убрала свои принадлежности для рисования и стала собираться.— Я подвезу тебя, - непривычно уверенным голосом заявил Штокхаузен, беря со стола ключи от машины.— Хорошо, - кивнула Т/И.По пути домой они молчали. И только когда девушка собиралась выходить, она сказала:— Спасибо, что подвезли. Удачного вечера, - и быстро чмокнув немца в щеку, Т/И выскочила из машины и забежала в подъезд дома. Она пыталась восстановить сбитое дыхание, бешенное сердцебиение. Но при этом с лица не сходила широкая улыбка.Шток же был поражен этим действием настолько, что еще 10 минут сидел в машине, прикрыв рукой лицо. Он также пытался унять сердцебиение, а также дрожь, что пробрала его.Вскоре после мужчине стали сниться очень странные сны. В них была Т/И, и, если сначала это был флирт как с ее, так и с его стороны, то через неделю это было шоу явно не для детей.Девушка каждый раз была все более раскрепощенной и более раздетой. — Du bist zu schön.... Du machst mich verrückt..., - шептал Шток, прижимая Т/И ближе к себе. Во сне немец был намного смелее, чем в реальности. И каждый раз после таких снов он почти подпрыгивал в кровати, смущенный и с сильным стояком. — Mist! - каждый раз повторял он.В этот раз сон был настолько реальным и откровенным, что Михаэль до самого утра не мог успокоиться.А днем все стало только хуже, так как Т/И часто заходила к нему с бумагами. И каждый раз при ее виде, немец опускал глаза, начинал тяжелее дышать, а в голове всплывали картинки из сна. Какое-то время Шток держался, он не хотел портить отношения с Т/И и уж тем более не хотел прослыть насильником или каким-то извращенцем.Однако, сдержаться немец не смог. В очередной раз видя Т/И, он не выдержал. Только девушка, в очередной раз, оказалась в кабинете у Штока, как тот прижал Т/И к двери, закрыв ее на замок.— Сколько же можно сводить меня с ума? - послышался басистый голос. А акцент только добавлял очарования. Немец крепко держал ее за талию, а второй рукой за шею. Откуда он знал как придушивать человека - загадка. Но Шток делал это безопасно. И если бы Т/И сказала нет, прекратил бы. Но девушка не сопротивлялась.Он целовал грубо, но отчаянно. Мужчина прижимался ближе, что она даже двинуться не могла. А Т/И и не хотела этого делать. Одной рукой она схватила его за галстук, чтобы немец не смог отстраниться, а второй зарылась в его волосах.От таких эмоций, оба сходили с ума. Касания рук заставляли мурашки пробегать по телу. Вскоре Михаэль расстегнул ее рубашку, оставляя на шее и ключице яркие засосы, параллельно задрав юбку, он сжимал ее бедра и ягодицы. Т/И не отставала от мужчины и, расстегнув его рубашку, касалась руками торса, спускаясь к паху.Оба тяжело дышали и были готовы сорваться в любой момент. Когда губы Штока коснулись ее груди, девушка издала стон.— Was für eine Stimme... ich möchte, dass du meinen Namen sagst, - и он продолжил целовать Т/И в шею, поглаживая уже внутреннюю сторону бедра.Конечно, девушка исполнила его желание, почти простонав на ухо его имя.Штокхаузен, только услышав это, задышал чаще, было даже заметно как его вены на руках вздулись, а в штанах стало совсем тесно.Кто знает до чего дошла бы парочка, если бы в кабинет не постучали.— Товарищ Штокхаузен, - послышался голос одной из балерин. — К вам академик Сеченов.— Сейчас, - немного нервно отозвался немец.Парочка быстро оделась. Т/И села с бумагами за стол возле дивана, а Шток вернулся на свое место.Вскоре зашел Сеченов. Мужчины обсуждали рабочие вопросы, но, заметив сильно растрепанные волосы у немца и пару засосов на шее у Т/И, все понял и, хитро улыбаясь, вышел.Парочка же глянула друг на друга и смущенно отвернулась.

Пс. Шток - Mist! - можно использовать как "черт"

- Du bist zu schön.... Du machst mich verrückt... - Ты слишком прекрасна.... Ты сводишь меня с ума....

- Was für eine Stimme... ich möchte, dass du meinen Namen sagst - Какой голосок... я хочу, чтобы ты произнесла мое имя