Глава 42. Заражение. Признание

POV Ия.Я проснулась оттого, что дико захотела в туалет. Открыв глаза, я поняла, что вообще не осознаю, где я. Но самым ужасным оказалось то, что я не смогла вспомнить даже своего имени. Нет, я не стала паниковать, потому что потребность для меня на тот момент оказалась важнее всего. Я находилась в каком-то странном белом помещении, напоминающем больничную палату. Видимо, это она и была. Я поднялась с кровати, которая довольно громко скрипнула. На мне оказалась какая-то белая ночная рубашка, под которой ничего не было. Подойдя к двери, я осознала, что она заперта. Я начала стучаться в нее, чтобы за мной пришли и отвели наконец в туалет.Через пару минут мое желание исполнилось. Пришла женщина на вид лет тридцати и спросила, что мне нужно. После моего ответа она аккуратно взяла меня за плечо и повела куда-то. По пути я видела людей, одетых так же, возле которых крутились мужчины в синих медицинских одеяниях, видела врачей, который почему-то косились на меня... Когда меня привели в туалет, я ждала пока женщина выйдет, чтобы справить нужду, но она вовсе не собиралась этого делать.— Может, вы уже оставите меня одну? — тихо спросила я, потому что громко говорить мне было больно.Горло отчего-то сильно болело.— Нет, я не могу оставить тебя. Теперь за тобой будет установлено круглосуточное наблюдение, — сообщила она мне новость.Справив нужду, я вместе с этой странной женщиной вернулась в палату под номером двенадцать и улеглась на кровать.— Сейчас к тебе придет сестра, которая будет следить за тобой.Следить?.. Зачем?.. Я что, такая важная пациентка, что за мной нужно следить?... Что я вообще натворила такого?— Извините, — обратилась я к уходящей женщине. — А кто я? И как я здесь оказалась?Женщина повернулась ко мне, затем подошла и села на край кровати.— Тебя зовут Лиза. Елизавета Александровна Фролова. Тебе семнадцать лет. С тобой произошел несчастный случай. Тебя кто-то толкнул с лестницы, и ты упала, ударившись головой, поэтому ничего и не помнишь. — Но зачем кому-то толкать меня с лестницы?Женщина недовольно вздохнула.— Уж этого, моя дорогая, я не знаю. Извини, мне пора. Она ушла, но уже через минуту пришла другая, более молодая, с черным цветом волос, как у меня и лицом, выражающим какое-то недовольство.— А почему за мной нужно следить? — поинтересовалась я.— За тобой не следят, а просо наблюдают, как протекает твоя амнезия, — нехотя ответила девушка.Я была в полной растерянности. Мне хотелось задать огромное количество вопросов, но девушка явно не хотела на них отвечать.— А память скоро вернется?— Не знаю. Может, вообще не вернется.От ее последней фразы мне стало еще страшнее.— А почему мне сказали, что я упала с лестницы, но у меня нет ни синяков, ни шишек?Она посмотрела на меня недовольно-пронзительным взглядом.— А ты не слишком много вопросов задаешь?И мне пришлось замолчать. Если предстояло пребывать с этой девушкой ближайшие сутки, то не стоило раздражать ее. Лучше бы за мной наблюдала та, что водила в туалет. Она понравилась мне гораздо больше.POV Ева.Я не понимаю, в каком я была состоянии. Мне было более, чем плохо. Я даже думать нормально не могла. В голову постоянно приходили мысли, что я здесь лишняя, что я никому не нужна, что из меня никогда ничего путного не получится и... что мне лучше умереть. Наверное, я не осознавала, что делаю. Наверное, я правда считала, что так будет лучше.Дождавшись, пока Олег пойдет в душ после очередного дня тяжелой работы с вирусом, я пробралась в библиотеку так, чтобы никто не заметил этого. Предо мной было несколько столов с пробирками и множество бумаг с формулами. Среди всего этого, почти у самого края я нашла запечатанную пробирку с надписью "D.M. образец 1". Мною уже заранее был припасен шприц, который я стащила из домашней аптечки. Мне казалось, что все было словно в тумане... Я и обдумать толком ничего не успела, как распечатала пробирку с желтоватой жидкостью. Набрав в шприц все ее содержимое, я пару раз щелкнула по нему, сбивая пузырьки. Избавившись от воздуха внутри, я положила шприц на стол. Мне нужно было что-то, что я могла использовать в качестве жгута. На глаза мне попалась толстовка Олега, но рукава у нее были слишком толстые для этой цели. Мне пришлось оторвать продолговатый кусок от собственной белой домашней футболки. Перетянув левую руку с помощью правой и зубов, я начала сжимать и разжимать кулак. Когда из-под кожи выглянули венки, я выбрала из них самую прямую и ввела в нее иглу. Прямо так. Даже без какой-либо дезинфекции. Было больно, и я чуть не потеряла сознание, но вовремя успела сесть на кресло Олега. Я никогда раньше не делала уколы, но удосужилась прочитать об этом в интернете. Я знала последствия... Я знала, что вакцины от вируса нет. Я знала, на что иду. На самоубийство.Я развязала лоскут и закончила вводить жидкость, вытащив шприц. Тем же лоскутом я зажала ранку и согнула руку в локте. — Что ты делаешь? — послышался голос.Я повернулась на кресле и увидела Олега, который, оглядев меня, сорвался с места и подбежал. Волосы у него были мокрые, и он был в домашней одежде. — Что ты наделала? — Он схватил пробирку, затем шприц, после чего разогнул мою руку и осмотрел ранку от укола.— Ты опоздал.Тогда я впервые назвала брата на "ты". Мне было уже все равно, что со мной будет. Я знала, что умру в мучениях, но, быть может, это помогло бы брату создать вакцину, чтобы спасти Филиппову.Я знала, что ее жизнь была куда дороже моей. С ее умом она могла бы достичь многого. А что могло получиться из меня? Даже Ян сказал, что от меня одни проблемы. Лучше бы меня и правда не было в его жизни никогда.— Идиотка... Ян! — воскликнул он. К счастью, родителей дома не было, поэтому они не сбежались на его крик.— Ян, ты мне нужен!Через несколько секунд Ян залетел в библиотеку со словами:— Что случилось?Я же продолжила спокойно сидеть и наблюдать за происходящим.Олег подлетел ко мне и снова схватил меня за руку, чтобы показать брату след от укола.— Она ввела себе вирус.Ян сначала не понял эти слова и в недоумении перевел глаза с Олега на меня.— Ты серьезно?.. — задал он вопрос Олегу.— Мне жаль...— Ты ебанулась, Воскресенская?! — Ян не смог сдержать себя и кричал очень громко.Моментально он подлетел к столам и схватил бумаги с них.— Ты хоть знаешь симптомы этого ебучего вируса?! Ты понимаешь, во что ты превратишься?! — В ту же секунду листы разлетелись по воздуху.Не знаю, почему, но я смотрела на него и улыбалась. Я практически не слушала то, что он говорил. Мне было все равно, в отличие от него.— Идиотка тупорылая! — Он рухнул на диван и закрыл лицо руками.Олег покинул комнату. Похоже, он все-таки не выдержал этого напряжения, которое меня совершенно не трогало.— Зачем ты это сделала? — уже более спокойно спросил Ян, подняв на меня голову.— Какая разница, зачем? — с усмешкой ответила я. — Ты все равно уже ничего не изменишь. — Какая же ты тупая! — Он снова начал повышать голос.— Да почему?! — Меня начал бесить его тон. — Ты сам говорил, что лучше бы меня не было! Тебе будет лучше, если меня не станет! Как ты этого не понимаешь?! — Я вскочила и начала кричать на него. — Я понимаю, что отравила тебе жизнь! Прости меня!!! — Я говорила абсолютно искренне. — Я не хочу больше жить в мире, в котором никому не нужна, и ты, Ян, в этом не виноват!— Ебанутая! — перебил он меня.— Нет! Я поступила так, как я хотела! Ты был прав! Я вся сгнила изнутри от своего образа жизни! Я ничего из себя не представляю! — У меня наворачивались слезы. — Так всем будет лучше!— Да кому, всем?!— Тебе, придурок!— Нет!— Да почему?!— Да потому что я люблю тебя!В момент прекратилось все: наши крики растворились в воздухе.Я... Я просто не знала, что сказать, и он, наверное, тоже. Мне вдруг захотелось вернуться в свою комнату, что я и сделала. Просидев в исступлении полчаса, я поняла, что меня одолевает слабость. Пришлось прилечь. Похоже, вирус начинал действовать.Меня разрывало от любопытства, что Ян имел в виду. Быть может, он влюбился в меня, а может, успел привязаться и любил как друга, как сестру. Боже, да о чем я? Разве с сестрой целуются?И я вспомнила все. Буквально все, что он сделал для меня. Вспомнила, как возился со мной, когда напилась, как защищал от тех ублюдков ночью, как поддерживал, когда умерла бабушка и поехал со мной на похороны, как защитил от Антона в его первый визит к нам. Я хотела, но не могла уснуть. Глаза не смыкались. Мои мысли все больше утопали в пучине кошмара происходящего. Наступила ночь, и я услышала, как вернулись родители. Им теперь надо бы было признаться во всем. А пришлось бы это делать Олегу. Наверное, он чувствовал себя виноватым. Все эти мысли не давали мне покоя.Вдруг ноги сами подняли меня и понесли за пределы комнаты. В квартире уже было темно, но дверь комнаты Яна была приоткрыта. Я осторожно схватилась за ручку дрожащей рукой, но все еще сомневалась, стоит ли идти к нему. И все таки решила войти.В его комнате было тускло. Горела одна лишь настольная лампа. Сам Ян лежал на кровати и смотрел в потолок. Он перевел взгляд на меня. Я долго смотрела ему прямо в глаза. Он делал то же самое. Мы словно боялись пошевелиться, чтобы не спугнуть момент. Я все поняла. Я наконец разобралась в своих чувствах. Слезы навернулись на мои глаза. Ян вскочил, в несколько миллисекунд оказался возле меня и крепко обнял.— Прости меня, — прошептал он, закапываясь носом в мои волосы. — Прости, что не сказал раньше.Я всхлипывала. Слезы катились из глаз.— Ненавижу тебя за это, — пропищала я, пытаясь ударить его в грудь.На него это не действовало. Он продолжал прижимать меня к себе еще сильнее.— Это я во всем виноват. — Он взял в руки мое лицо и начал пальцами стирать слезы, поток которых не прекращался. — Я так тебя люблю...У меня лишь хватило сил на то, чтобы уткнуться ему в плечо носом. В момент братик схватил меня на руки и положил к себе на кровать. Сам он лег рядом, положив мою голову себе на плечо. От слабости и сонливости я быстро отключилась. Наверное, это был лучший вечер в моей жизни.