Реакция на то, что Т/И чуть не погибла

Пс. ПРИЕМ ИДЕЙ ОТКРЫТ. МОЖЕТЕ ПИСАТЬ ИХ В КОММЕНТАРИЯХ

Ичиго КуросакиТьма. Холод. Давящая тишина. Т/И не чувствовала земли под ногами только бесконечное падение сквозь слои разбитого бетона и ржавых арматур. Где-то вверху мерцал бледный лунный свет, но он лишь подчеркивал бездну под ней.Развалины завода, вокруг них был запах окисленного металла. Девушка осторожно ступала по шатким плитам, прислушиваясь к странному гулу в воздухе. "— Здесь что-то есть"Ее пальцы непроизвольно сжали рукоять дзанпакто. Внезапно пол под ногами затрещал, и мир перевернулся. Очнулась она от пронзительного холода. Что-то скользкое обвивало запястья, вытягивая силы. В полумраке шевелились силуэты остатки Гаргуанты, все еще жаждущие плоти."— Двигайся, надо двигаться"Но тело не слушалось. В глазах темнело. Грохот. Вспышка. Знакомый голос, перекрывающий вой ветра:— Т/И!Она приподняла голову и увидела его, пламенеющий меч, разрывающий тьму, и те золотистые глаза, в которых читался немой укор. —Опять, - прошептать она, но Ичиго уже подхватил ее на руки, прижимая к груди так крепко, что боль от ран смешалась с теплом его рейацу.— Ты идиот, - хрипло сказала она ему в плечо.— Зато живой идиот, - парировал он, но его руки дрожали. Внизу, в глубине руин, тени наконец утихли.

Урахара КискеШкатулка была прекрасна. Слишком прекрасна для подвала, заваленного пыльными свитками. Черный лотос на крышке будто дышал, притягивая взгляд.— Урахара-сан, что это? - девушка потянулась к шкатулке.— Опасная игрушка, - ответил Урахара, не поднимая глаз от разобранного мода-души. — Не тр..Щелчок. Мир вспыхнул алым.Первое, что она осознала, вкус меди на языке. Второе, что не может пошевелить пальцами. Где-то рядом звенел разбитый сосуд, а по ее руке ползли черные прожилки."— Я умираю?"— Ай-яй-яй, - над ней склонилось знакомое лицо в тени шляпы. Но сегодня в его улыбке не было привычной легкости. — Придется тебя немного переделать.Боль от укола заставила вскрикнуть. Последнее, что она запомнила, его пальцы, стирающие каплю крови с ее щеки.Очнулась она под тяжелым одеялом. На тумбочке дымилась чашка чая, а на стене красовалась новая дыра от кулака. — В следующий раз будешь слушать? - раздался голос с порога.— Нет, - хрипло ответила Т/И.Урахара рассмеялся. В этот раз искренне.

Бьякуя КучикиБелый. Все вокруг было ослепительно белым. Снег, деревья, даже кровь на ее рукаве казалась бледной.Т/И знала, терять след нельзя. Четверо мятежников, четверо убийц. Ее меч уже вкусил крови двоих, когда лес вдруг взвыл метелью.Удар в спину. Предательский хруст снега под ногами преследователя. Она упала лицом в сугроб, чувствуя, как холод заменяет боль."—Как нелепо"— Безрассудство.Сквозь пелену в глазах она различила белое хаори. Бьякуя стоял над ней, словно воплощение самой зимы. Его рука сжала ее плечо и вдруг стало тепло.— Почему вы, ‐ пыталась говорить она, пока он нес ее через бурю.— Молчи, - прервал он. Его плащ укрывал ее от ветра.На следующий день в рапорте значилось: "Задание выполнено. Потери нулевые". Ни слова о том, как капитан шестого отряда три часа ждал у ее постели.

Кёраку СюнсуйСакэ было горьким сегодня. Как и предчувствие Т/И, когда она увидела, как капитан неторопливо разматывает шнур своего дзанпакто.— Давай сделаем это интереснее, малышка, - Сюнсуй подмигнул, и мир взорвался красками. Небо стало фиолетовым, а земля шахматной доской. "— Он не может быть серьёзен..."Но первый клинок, прошедший в сантиметре от шеи, доказал обратное.Т/И отчаянно парировала, но тени будто знали её движения. Рана на боку горела огнём. — Неужели сдаёшься? - голос Сюнсуя звучал со всех сторон.— Никогда! - выкрикнула она, сплёвывая кровь. И тогда поняла, что это, не тренировка. Он забылся в игре.Теневой клинок вошёл в живот с мокрым хлюпом. Она увидела, как глаза капитана внезапно стали ясными.— Т/И?!Мир рухнул обратно в реальность. Он поймал её раньше, чем она коснулась земли.— Ты чёртов садист, - прошептала она, лёжа в лазарете.— Знаю, - он накрыл её руку своей. Впервые за годы его пальцы дрожали. За окном цвели сакуры. Словно ничего не случилось.

Айзен Соуске Лаборатория пахла стерильностью и старостью. Т/И щурилась от голубоватого света Хогёку, лежащего на ладони Айзена.— Вы уверены, что это безопасно? - спросила она.— Совершенно, - улыбнулся он. Ложь звучала так мелодично.Когда камень коснулся её груди, боль превзошла все ожидания. Кости трещали, кожа покрывалась трещинами. "— Почему я не видела этого раньше?" В глазах Айзена не было раскаяния, только научный интерес. — Интересно, сколько продержится, - пробормотал он, записывая наблюдения.Девушка поймала его взгляд. И вдруг что-то дрогнуло. Его перчатка сжала Хогёку так, что треснули костяшки.— Жаль, - прошептал он, останавливая реакцию. — Ты могла стать совершенством. Когда он нёс её к выходу, его шаги были необычно быстрыми.Очнувшись, она нашла на тумбочке книгу по кэйдо. Вложенная закладка отмечала главу "Этика применения силы". На полях аккуратным почерком было написано: "Ошибка учтена".

Гриммджо ДжагерджакУэко Мундо встретило её воем ветра. Гриммджо восседал на троне из обломков, щёлкая зубами в знакомой ухмылке.— Ну что, куколка, потанцуем?Он не давал передышки. Каждый удар был на грани смертельного, но не переступал её. — Давай же! - рычал он, ломая ей ребро. — Разозлись! Её кровь брызгала на песок, рисуя абстракции.Когда она рухнула на колени, он замер. Что-то в её глазах, не страх, а разочарование? — Тьфу, - плюнул Гриммджо. — Сломалась.Но руки его уже подхватывали тело.— Зачем? - хрипела она, когда он нёс её к Харрибел.— Заткнись, - буркнул он. Но пальцы невольно сжали её плечо чуть бережнее.Через неделю она вернулась с перевязанной грудью. Гриммджо ухмыльнулся:— Ну что, второй раунд?Но в этот раз, его удары не задели ее ни разу.