Эхо истины

Свет Печати ослепил, а когда зрение вернулось — я стояла на коленях среди разбитой земли.Воздух искрился магией, пахло озоном и гарью.

Передо мной стояла она.Та, чьё имя Ло И произнёс с таким ужасом.Эмма Ким.

— Кто ты?.. — прошептала я.

Она улыбнулась.— Разве ты не узнаёшь себя?

Сердце забилось так сильно, будто вырвется из груди.— Что? — я попыталась встать, но ноги не слушались. — Это... бред.

— А если нет? — её голос звучал, как колокол, тихо и властно. — Ты — я. Или я — ты. Выбор не имеет значения.

Ло И и Саймон обменялись быстрым взглядом, словно понимали нечто, скрытое от меня.

— Что происходит? — потребовала я. — Саймон! Ло И!

Саймон шагнул ближе, прикрывая меня плечом.— Это не она, — сказал он глухо. — Это лишь проекция, тень из прошлого.

— Правда? — усмехнулась Эмма. — Тогда почему ты дрожишь, Саймон? Или боишься, что я скажу ей правду?

Я замерла.— Какую ещё правду?

Но Саймон не ответил.Он только отвёл взгляд — впервые без своей фирменной ухмылки.

Ло И резко схватил меня за руку.— Не смотри на неё. Она играет тобой.

— А ты, Ло И, — усмехнулась Эмма, — всегда был плохим лжецом.

Он нахмурился, но промолчал.

Всё это было похоже на ловушку.На спектакль, в котором я — актриса, не получившая сценарий.

— Хватит! — я вырвалась, подняв шпагу. — Кто бы ты ни была, исчезни!

Я рванулась вперёд, но клинок пронзил лишь воздух.Сияние рассеялось, и Эмма растворилась, словно дым.

Тишина. Только дыхание троих — моё, Ло И и Саймона.

Я медленно опустила шпагу.— Объяснитесь. Немедленно.

Ло И вздохнул.— Мы думали, ты готова.

— К чему? — я сжала рукоять шпаги.

Саймон ответил спокойно, почти холодно:— К тому, что всё, во что ты веришь, — ложь.

Я почувствовала, как по коже пробежал холодок.— Что?

— Вспомни, — продолжил он. — Ты появилась из ниоткуда, помнишь? Ни родных, ни прошлого. Только имя. Только шпага.

— И что? — я вскинула подбородок. — Это не делает меня...

— Человеком, — перебил Ло И. — Может быть, и делает. Но не тем, кем ты себя считаешь.

Он шагнул ближе. Его лицо — слишком близко. Его голос — тихий, почти ласковый:— Может быть, та Печать не пробудила врага... а пробудила тебя.

Я на миг потеряла дар речи.— Ты... хочешь сказать, что я...

Саймон усмехнулся, но взгляд его был усталым:— Мы не знаем. Вот в этом и проблема.

Я замерла, не в силах понять, где правда, а где очередная их "проверка".

— Вы опять играете со мной? — тихо спросила я. — Очередное испытание, да?

Саймон подошёл, наклонился ближе, и в его голосе прозвучала непривычная серьёзность:— Если бы это было испытание, я бы предупредил.

— Или нет, — добавил Ло И с той же наглой ухмылкой.

— Замолчи, — бросил Саймон.

— А может, она сама знает правду, просто боится вспомнить, — тихо заметил Ло И, его взгляд стал внимательным, пронизывающим. — Не так ли, Эмили? Или мне всё ещё стоит звать тебя другим именем?

— Хватит! — я выкрикнула, отступая.

Тишина.Ветер прошелестел листьями.

И вдруг — низкий гул. Земля дрогнула.Из трещин на земле проступил свет — точно такой же, как у Печати, только теперь — из-под моих ног.

Саймон и Ло И рванулись ко мне, но не успели.Свет взвился вверх, охватывая меня целиком.

— Эмили! — крикнул Саймон.

— Не трогай её! — рявкнул Ло И. — Это... слишком поздно!

Последнее, что я услышала, был его голос — тихий, едва различимый:— Прости, что не сказал раньше...

Мир взорвался светом.

И в этой вспышке я услышала чьё-то шёпотом произнесённое имя.Не Эмили.Но своё. Настоящее.

Она действительно была той, кем себя называла?Или всё, что мы знали о ней — ложь, созданная чужими руками?А может, и сам Саймон с Ло И не те, за кого себя выдают...Ведь если Печати пробуждают не только тьму, но и память — кто на самом деле в этой истории враг?..