Глава 11. Ученье - свет

Кошмары преследовали меня даже на Ялмезе. Я снова оказалась беспомощной, когда жестокий огонь окружил родителей, подруг и Артёма, облизываясь, как лютый зверь в нетерпении скорой трапезы.

Я резко открыла глаза, и сон как рукой сняло. Осталось лишь неприятное ощущение нереальности происходящего. Воздушная вата под головой походила на большую мягкую подушку. Комната начала светлеть прямо на глазах, словно только и ждала, пока я проснусь.

Справа на воздушной подушке спала Анжелика. Её невероятно длинные солнечные волосы закрывали тело, словно одеяло. Она походила на настоящего ангела, мирно посапывая и чему-то улыбаясь во сне.

С другой стороны на боку спала Оксилия, чьи короткие каштановые волосы закрывали часть лица, запутавшись. Наблюдая за её мерными вдохами и выдохами, сложно было представить, какой у неё тяжёлый характер. Но я всегда уважала её за прямоту. Она могла быть собой и не задумывалась о мнениях окружающих. Меня поражало, сколько силы хранили её ореховые глаза. Их цвет всегда напоминал мою маму. Да, у мамы тоже были карие глаза — это большая редкость.

Только Луизы нигде не оказалось.

Я с облегчением выдохнула, когда убедилась, что с ними всё в порядке и мне приснился очередной кошмар. Я готова была терпеть их ночами, лишь бы они не стали реальностью.

Воздушная подушка, на которой я лежала, постепенно растворилась в воздухе. После вчерашнего разговора мы так и не нашли сил разойтись по комнатам и заснули вместе, а Луиза всегда поднималась ни свет ни заря, как жаворонок. Похоже, она уже давно занималась делами или, скорее, продолжила изучать магию. Я невольно усмехнулась. Неужели это правда?

Я машинально обыскивала комнату в поисках часов до тех пор, пока не вспомнила, что их здесь не бывает. Я отодвинула тяжёлые бархатные шторы и выглянула в окно. Солнце расположилось между двумя горами. Я не умела высчитывать время по небу и могла лишь предположить, что утро началось относительно недавно. Почесав затылок, я решила разбудить подруг.

— Чего тебе надо? — пробурчала Оксилия. — В такую рань... Отстань.

— Поднимайся, Окс. Я не знаю, который час, так что надо бы встать и начать уже готовиться.

— Посмотри на часы, — прошептала подруга. — Люди давно их придумали.

Я закатила глаза. Подруга ещё не проснулась толком и не вспомнила, где мы находились. Обычно Анжелика поднималась в девять, и, раз она ещё спала, значит, мы не так уж много времени потеряли. Интересно, Грэй уже ждал нас? Он ведь не сказал, к которому часу нам приходить, а Луиза и вовсе не стала будить.

— Анжи, вставай, — я легонько толкнула девушку, оставляя Оксилию досыпать. Если она не хотела просыпаться, то бессмысленно её тормошить. Ещё ненароком припомнит. Она однажды поставила мне на телефоне три будильника ночью за то, что я разбудила её в десять утра. — Просыпайся.

Анжелика сначала сильнее зажмурилась, как котик, и резко открыла глаза, удивлённо поглядев на меня.

— Ты что это тут делаешь? — тихо спросила она и быстро пробежалась глазами по комнате. — Что я тут делаю?

Подруга резко встала и испуганно огляделась.

— Ялмез, — напомнила я.

— Так это был не сон?

— Где-э-э?! — вскочила, как ужаленная, Оксилия. — Какого комара?.. Я думала... Святая комариная пенсия! Тренировка же! Сегодня первый день учёбы! — Подруга так быстро вскочила на ноги, что у неё закружилась голова и она поспешила схватиться за ножку от балдахина. — Подождите-ка... а когда у нас занятия-то начинаются?

— Не знаю, — пожала я плечами и протёрла глаза. — Видимо, как проснёмся.

— А где Луиза? — спросила Анжелика, поднимаясь.

— Да она ж встаёт в четыре утра! Давно уже, небось, на занятиях, а нас и не позвала.

— Без вас занятия не начнут, — уверенно сказала я. — Луиза просто пошла гулять, чтобы не будить нас.

— И слава комару! Я б всё равно не встала.

— Вот именно, — усмехнулась я.

— О, смотрите! — указала на стол Анжелика. — Еда. На всех троих.

Там и вправду стояли три полупрозрачные тарелки с круглыми, мягкими и, как мне показалось, мохнатыми оладьями и три стакана с чёрной жидкостью, от которой несло чем-то странным и непонятным. Но на вкус всё оказалось приемлемым, и Оксилия даже захотела добавки. По-моему, кобольды были только рады.

— Вот бы мне домой такого домового! — мечтательно призналась девушка, держа в руках полную тарелку «оладьев».

— Говорят, что дома они и так есть, — сказала Анжелика, допивая напиток, похожий на белый чай.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я её.

— Уже намного лучше.

Я приметила ещё несколько вещей на комоде и поспешила рассмотреть находку. Три стопки аккуратно сложенной одёжки.

— Гляньте, — обратилась я к подругам и расправила мягкую тёмно-синюю тунику, рядом с которой лежал и тонкий аккуратный ремень с золотыми нитями. — Похоже, это для нас.

— Ого, — протянули подруги.

Анжелика поспешно подошла и начала внимательно рассматривать, а Оксилия тем временем проглотила «оладью» целиком, отряхивая руки.

— Тут и штаны, — сказала Анжелика и вытащила их из-под жилетки в спираль. — Тут ещё есть тёмно-зелёный и жёлтый... Полная безвкусица, по-моему.

— Дайте-ка догадаюсь, — прожевав, заговорила Оксилия, — одежда подстать нашим способностям.

— Твоё зелёное, — сразу поняла я и отдала тёмно-синюю тунику Анжелике, а стопку одежды с зелёным цветом бросила Оксилии.

— Не люблю зелёный цвет, — пробурчала она. — Это какое-то издевательство.

Я усмехнулась, вспомнив каждую жалобу подруги на то, что её родители весь дом и её гардероб сделали зелёным. Её мама души не чаяла в этом цвете. Если видела зелёный, покупала автоматически.

Я надела предоставленную одежду, рассматривая себя в зеркале. Жёлто-белый цвет не слишком подходил мне, по-моему, но зато ни туника, ни штаны не стесняли движения, а жилетка с ремнём отлично дополняли друг друга. Свои тёмные волосы я заплела в привычную косу и повернулась к подругам. Вот они выглядели гораздо солиднее, прямо как настоящие герои приключенческих романов.

— Ни слова, — выставила палец Оксилия.

— Я хотела сказать, что вам идёт, — усмехнулась я.

— Цыц, комар.

— Это не может нам подходить, — скривилась Анжелика, поглядывая в зеркало. — Безвкусица... но хоть удобно.

Дверь в комнату отворилась, и на пороге замерла удивлённая Луиза. Она уже была одета в такой же костюм, но серо-голубо-белого цвета.

— О, а вы готовы, — заметила она. — Неплохо выглядите. Вам идёт. — В ответ Анжелика и Оксилия красноречиво переглянулись, а я едва удержала усмешку. — Вы довольно рано встали.

— Ты-то откуда знаешь, сколько время? — буркнула Оксилия. — Может, мы вовсе не рано.

— Я недавно встала.

— Может, ты в этот раз тоже долго проспала.

— Да, ты права, я не знаю. — Луиза решила не портить себе утро и уступить Оксилии, с которой и так бесполезно спорить. — Хорошо спалось?

Я невольно почесала мочку уха и неопределённо пожала плечами. Лишь бы не начали задавать вопросы. Про кошмары я пока не была готова говорить.

— Да, отлично, — ответила Анжелика и схватила телефон с пола, зачем-то снова проверив, работал ли он.

— Тогда пойдёмте на занятия.

— А они что, уже?! — встрепенулась Оксилия.

— Они начнутся, когда мы придём. Грэй уже ждёт нас.

— Так! Скорее! — воскликнула Оксилия и бросилась к выходу. — Не терпится!

— Ты же ещё вчера говорила, что учёбу ненавидишь! — прям с языка сняла Луиза.

— Это Ялмез, а не Земля! — услышали мы в ответ от подруги, которая просунула голову в комнату. — И шевелитесь вы, улитки!

Мы усмехнулись и бросились за девушкой, обгоняя. Между нами проснулся азарт, мол, кто первый доберётся и увидит настоящую магию стихий. Однако стоило нам оказаться в Саду Уединения, как мы замерли, точно вкопанные, рассматривая утреннюю росу. Сначала мы не поняли, почему она показалась нам необычной, но, когда мы склонились над травинками и собрали в руки маленькие жемчужины, восторженно переглянулись.

— Ого! — выдохнула Анжелика.

— Очуметь, — восхитилась Оксилия, собирая в обе руки жемчуг. — Роса в виде жемчуга. Да я разбогатею на Земле!

— Ты только об одном думаешь, — закатила глаза Луиза.

Мы еле оттащили Оксилию от травы и за шиворот потянули к тренировочному полю, где нас уже ждали. Грэй вместе с Джоном в тёмной безрукавке и улыбающимся Эриком шагал навстречу. Рыжий надел оранжевую тунику, подпоясанную верёвкой, и тёмные брюки. Он был похож на крестьянина, а не на мага.

— Как раз вовремя, — радостно заметил Грэй. — Молодцы, что переоделись. Эту одежду нестрашно испачкать и в ней удобно изучать стихийную магию.

— Неплохо выглядите! — хлопнул в ладоши Эрик. — Вам идёт, дамы.

— Думаю, мы можем начать. Чем раньше, тем лучше.

Оксилия легонько хлопнула в ладоши и разместилась на траве в позе лотоса, приготовившись к шоу. Я вместе с Анжеликой и Луизой последовала её примеру. Грэй кивнул Джону, чтобы тот начинал, как соберётся с мыслями.

— Смотрите внимательнее, — прошептала Луиза. — Такого вы точно нигде не видели.

— Вот уж разрекламировала, — буркнула Оксилия.

Анжелика на них шикнула.

Джон закрыл глаза и некоторое время не шевелился, выставив руку ладонью вверх. Я разглядела искры, прыгающие как лягушки на его руках. Вдруг вспыхнуло пламя прямо на ладони парня. Жёлто-красно-оранжевые языки потянулись к небу, становясь всё шире, сильнее и стремительнее. Я вспомнила огонь от костра, и кошмар сам по себе всплыл перед глазами.

— Это ещё ничего, — невозмутимо произнёс Эрик, всем своим видом показывая, что гордился другом. — Дальше смотрите.

Джон подкинул пламя на ладони, и оно быстро преобразилось в спиральный шар. На руке парня бушевала беспощадная и горячая сфера. Джон сделал второй шар на ладони другой руки, взмахнул ими, соединяя сферы, и бросил в нашу сторону. Мы ахнули и отшатнулись. Но огненные шары, не долетев до нас, взорвались, большой жестокий язычок огня всколыхнулся, устремившись в небо, и потух. Я отодвинулась ещё дальше, оказываясь за спинами подруг. У парня дурное чувство юмора.

— Неплохо, но опасно, — не одобрил выходку Грэй.

Джон снова выставил руки вперёд, закрыв глаза. На его ладошках заплясало пламя. Небольшое, беззащитное, но с каждой секундой оно становилось сильнее. Огонь вдруг разошёлся в стороны, задвигался, как живой. В его бесконечном танце света показалось слабое очертание зубастой пасти, а затем длинное змеиное тело с едва заметной огненной чешуёй. Я поражённо выдохнула, видя перед собой змеевидного дракона.

Зверь издал утробный рык и окружил Джона, будто бы защищая его. Парень открыл глаза и, к моему удивлению, улыбнулся сотворённому дракону. Мифическое существо снова зарычало и выпустило огненный туман, рассыпавшись на мелкие камешки, похожие на рубины.

— Отлично, — повторил Грэй, а Эрик громко похлопал. — Ты уже хорошо ладишь с Урулосом. — Учитель повернулась к нам и пояснил: — Так зовут огненного дракона. Надо услышать имя, чтобы призвать дракона своей стихии, но это уже после того, как вы подчините силу.

Джон вскинул руку вверх, и из его ладони в небо устремились сотни ярких разноцветных шариков, бесшумно взрывающихся. Это было похоже на салют.

— Отлично! Хорошо получилось! — воскликнул Грэй, а Эрик уже подпрыгивал на месте от восторга и хлопал в ладоши.

— Мы так тоже сможем? — изумилась Анжелика. На лице девушки застыло недоверие.

— К каждой стихии свой подход, а так использование подобной силы зависит лишь от вашего воображения.

— Я хочу кое-что попробовать, — тихо произнёс Джон, потирая ладони друг о друга.

Эрик почему-то резко замер, а Грэй свёл брови к переносице.

— Ты уверен?

Вместо ответа Джон закрыл глаза, повернул руки ладонями вверх и замер. Через какое-то время его кисти рук полностью объял огонь. Я охнула. Воспоминания о пожаре разгорелись с новой силой. Сердце болезненно забилось. Огонь пополз по рукам Джона. Я мельком заметила напряжённые лица Эрика и Грэя. Веселье рыжего пропало. И это напугало меня.

Пламя на руках Джона вдруг взбесилось. Парень нахмурился. Эрик чуть дёрнулся, словно уже собрался бежать, но передумал. Огонь снова на миг разгорелся пуще прежнего, затем ещё и ещё, словно отчаянно пытался вырваться из-под контроля. Когда пламя обуяло плечи Джона, я заметила, как почернела его одежда. Всё как в пожаре. Я зажала палец между губами, затаив дыхание.

— Джон, прекрати! — строго крикнул Грэй.

— Всё хорошо! — закричал Джон, стиснув зубы.

Он нахмурился и сжал руки в кулаки. Пламя пробежалось по его груди и устремилось во все стороны. И вдруг Джон ослаб. Парень закричал и упал на колени. Но пламя не исчезло. Огонь ощутил свободу и разгорелся сильнее и ярче, доставая жаром даже до нас. Руки, ноги, тело юноши — всё покрыло пламя, и я безвольно закричала, вскочив на ноги.

Только не это. Нет-нет-нет.

— О, Боже, — прошептала Анжелика.

— Эрик... — начал было Грэй, но рыжий уже бежал к другу.

Руки Эрика засияли бледно-голубым цветом, оставляя за собой дорожку из ледяного пара. Он стянул свою тунику и бросился в самое пекло, обнимая пылающего Джона. Я увидела его сжатые от боли губы, услышала недовольное шипение огня, такое злорадное и — сердце пропустило удар — знакомое.

Через минуту Джон лежал на земле в обожжённой безрукавке, а Эрик, тяжело дыша, сидел рядом. Рыжий оказался полностью мокрым от пота.

— Не готов ты еще, бро, — медленно проговорил он. — Не гони крохоморок.

Грэй мигом оказался возле парней и внимательно осмотрел темноволосого.

— Джон? Порядок?

— Не сказал бы, — донёсся низкий голос юноши, и я облегчённо выдохнула. Джон медленно сел и схватился за голову, хмурясь. — Опять

— Не опять, а снова, приятель, — поправил рыжий.

— У тебя почти получилось, — утешил ученика Грэй.

— Но этого недостаточно, — грубо произнёс Джон. — Всегда будет недостаточно. Почему у меня не получается?

Грэй вздохнул и подбадривающе хлопнул парня по плечу:

— Отдыхай. На сегодня с тебя хватит.

— Так не может продолжаться вечно. Я ведь хранитель огня!

— Всему своё время, Джон.

— Успокойся, бро, — Эрик тоже хлопнул друга по плечу, вскочил на ноги и помахал нам, улыбаясь. — Не волнуйтесь, дамы! Всё в порядке. Скорая льдиная помощь уже решила проблему.

— Тебе лишь бы погеройствовать, — злобно буркнул Джон и быстро поднялся. — Хоть бы раз в жизни был серьёзен.

Джон сильнее растрепал волосы в приступе злости и зашагал прочь с тренировочного поля. Я переглянулась с Анжеликой и Оксилией. Мы были немного шокированы происходящим и не знали, что думать.

— Не волнуйтесь, — подала голос Луиза. — Он всегда такой.

Она, похоже, единственная из нас, кто воспринял случившееся так, словно видела подобное каждый день.

— Эрик, не принимай близко к сердцу, — посоветовал Грэй. — Он расстроен.

— Я понимаю, — тихо ответил тот и улыбнулся. — Ладно, не буду вам докучать. Не скучайте, дамы!

Рыжий блеснул улыбкой, растрепал шевелюру, подмигнул и тоже зашагал к Саду Уединения.

Страх, сжавший мне горло, постепенно отступал. Всё закончилось хорошо, и огня больше не было. Я искренне сочувствовала Джону за его дар. По-моему, это скорее проклятье.

— И что это было? — спросила Оксилия, обретя дар речи. — Он же чуть не сгорел, ядрёный комар!

— С ним бы ничего не случилось. Такое бывает, — отрешённо ответил Грэй. — Стихия огня самая сложная для обуздания, слишком буйная, непредсказуемая. Огонь чувствует страх и сомнения и питается ими, он живёт благодаря отрицательным эмоциям, играется на чувствах хранителя. Джону нужно взять контроль над гневом, иначе... Стихия его не пощадит.

— Ты говоришь так, будто стихии живые, — прошептала Анжелика.

— Так оно и есть. Каждая стихия — это сознание. Как любой чародей, стихия может быть спокойной, стремительной, мудрой или же опасной.

— А наши стихии? — с дрожащим голосом спросила Анжелика. — Они могут нам навредить?

— Не уверен, — признался Грэй. — Всё зависит от вашего восприятия, от ваших эмоций. Если вы будете спокойны, то и стихия вас примет, но если в вашем сердце живёт зависть, гнев или тщеславие, то магия ответит тем же. Природа любит гармонию... Предлагаю продолжить беседу в саду. Луиза, ты позже покажешь, чему научилась у нас, хорошо?

Луиза без слов кивнула. Грэй неспешно отправился к саду, и мы послушно поплелись за ним. Я всё ещё волновалась за Джона. Увиденное походило на кошмар на яву. Я поёжилась, вздрогнув, и отмахнулась от дурных мыслей. Мне тоже было что брать под контроль. Например, страх.

Мы прошли фонтан и вышли к небольшой и красивой беседке посреди поляны. Отовсюду раздавалось удивительное пение птиц и доносились запахи цветов — всё это успокоило меня. Грэй присел на траву внутри беседки и взглядом показал на места рядом. Мы сели вокруг него, всё ещё встревоженно переглянувшись. Только Луиза была, как и всегда, спокойна.

— Пожалуй, я начну с истории, — задумчиво начал Грэй, когда убедился, что мы готовы его слушать. — С истории появления хранителей стихий и охоты на чародеев во времена жизни на Земле. Пару столетий назад наши предки смогли открыть проход на Ялмез...

— То есть открыть? — сразу же набросилась Оксилия. — Я думала, люди тут всегда были.

— Не перебивай, — строго упрекнул девушку Грэй. — Всему своё время. — Подруга нахохлилась, но промолчала. — Всех магов, ведьмаков и ведьм, которых вы видите здесь — в их числе и я, — это предки чародеев с Земли. Чародеями мы зовём их в совокупности, это как другое название «людей». Маги же отличаются по силам с ведьмаками и ведьмаками. Первые более могущественны и способны свободно владеть магией, вторые же вынуждены заучивать заклинания и их сила в основном в интеллекте. Если бы не ведьмаки и ведьмы, у нас не было бы всего того, что имеем для удобства жизни.

Пару столетий назад чародеи искали способ спастись от людей, не владеющих магией, и именно в те отчаянные времена у магов раскрылись силы стихий. Союз огня, воздуха, воды и земли в гармонии могут сотворить невероятное, и они же помогли чародеям оказаться здесь. Немногим удалось скрыться от инквизиции, но те четверо Великих Мага сделали всё, что было в их силах, чтобы переместить всех чародеев в новый мир. На Ялмезе мы были в безопасности и в благодарность боготворили тех магов. С тех самых пор Три Великих Мага являются главенствующей силой среди нас. Их ещё называют Троицей. С того времени объявляются новые хранители стихий, и принято, чтобы Троица учила их владеть магией. Эти силы всегда передавались хаотично, непредсказуемо, и причина тому так и неясна. Сегодня хранителями стихий оказались вы, люди с самой Земли, где магии почти не осталось. Я до сих пор очень удивлён этому.

— Подожди, Грэй, — остановила я его. — Троица — это те самые первые хранители стихий? Как они могут так долго жить?

— Они смогли победить смерть. Поговаривают, что это благодаря союзу четырёх стихий.

— Но их трое, а не четверо, — нахмурилась Оксилия.

— Союз остаётся нерушимым.

— А что случилось с четвёртым? — тихо поинтересовалась Анжелика, намотав волосы на руку.

— Здесь история расходится, — задумчиво заговорил Грэй. — Принято считать, что он пожертвовал собой во время перемещения, но некоторые поговаривают, что он предал чародеев и захотел большей силы. Троица была вынуждена запереть его, чтобы он никому не навредил.

— Им предстоит учиться у Троицы? — спросила я, глянув на подруг.

— Нет, — как-то неуверенно ответил Грэй и почесал затылок. — По крайне мере, пока что. Я рассказал вам историю, о которой знают все, но также должен предупредить, что не всё в ней является правдой.

— Это ещё почему? — нахмурилась Оксилия. — Что за заговор?

— У Троицы с Королевой Лидией натянутые отношения. Великие Маги не имеют права заходить в Витэго с тех пор, как напали на семью магов. Они утверждали, что те изменники и покушались на власть стихийной магии, но Королева им не поверила. Троица также утверждает, что один из них предал нас, и это тоже может быть уловкой, как и то, что на самом деле случилось на Земле во времена охоты на нас. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы уберечь вас от власти Великих Магов, но вы должны быть готовы к тому, что они придут за вами. Так уж принято, чтобы хранители стихий обучались у них. До тех пор, пока о вас не знают другие, вы сможете спокойно учиться здесь, в Витэго, но так не будет продолжаться всё время. Королева Лидия приняла решение подготовить вас к неизбежному.

— А что если я не хочу к Великим? — Оксилия сложила руки на груди. — Они не смогут заставить меня! Кто-то из других хранителей наверняка тоже противился, разве нет?

— Возможно, — спокойно кивнул Грэй. — Мы не знаем, что случилось с предыдущими хранителями стихий. Они слишком рано уходят из жизни.

— Чародеи в среднем живут по сто с лишним лет, — пояснила нам Луиза.

— Ого, — выдохнула Анжелика. — Мы что, тоже будет так долго жить?

— Тебе только что сказали, что хранители стихий слишком рано уходят из жизни, — недовольно пробурчала Оксилия. — О чём ты вообще?

Анжелика испуганно пискнула и крепко сжала пряди волос.

— Не берите в голову, — уверенно произнёс Грэй. — Вы другие. Я уверен, что всё будет иначе.

— Учиться у Великих Магов, наверное, очень круто, — тихо предположила Анжелика. — Они же самые главные и сильные.

— Вот именно! — согласилась с подругой Луиза и виновато посмотрела на Грэя. — Я не одна так думаю.

— Что? — удивился он. — Ты про кого говоришь?

— Не могу сказать.

Грэй устало вздохнул и спокойно сказал:

— Не обольщайтесь их могуществом и силой. Именно из-за них мы переместили вас раньше.

— Ты говорил, что кто-то навредил кому-то из нас, — напомнила я. — Это сделал кто-то из последователей Троицы? Но зачем им это, если они собираются учить их стихийной магии?

— Насколько мне стало известно, я привёл вас не из-за того, что вы, хранители, были в опасности, — терпеливо пояснил Грэй, поглядев на девушек, и повернулся ко мне. — А потому, что они покушались на тебя, Кэтрин. — Моё сердце наткнулось на иглу, и стало тяжело дышать. — Пожар не был случайностью. Это был поджог. Кто-то захотел от тебя... избавиться.

Я поражённо затаила дыхание и отодвинулась дальше от Грэя, словно именно он за всем стоял. Мне захотелось вскочить и убежать, чтобы хорошенько подумать об этом, но вместо этого я опустила взгляд, пытаясь успокоиться. Сейчас на меня смотрели со всех сторон и каждый видел всякое проявление эмоции на моём лице. Потом начнут жалеть. Но мне не нужна была их жалость.

— Откуда, — начала я, но голос охрип и я кашлянула, повторив: — Откуда ты это знаешь?

— Об этом мне сказала Королева Лидия. Она знает о таких вещах. Раз она решила привести тебя сюда, раз Великие следили за тобой на Земле, значит, ты можешь что-то, чего не могут другие чародеи. Может быть, это знание, может, магия, но я всецело доверяю Королеве. Что бы она ни увидела в тебе, это же увидела и Троица. И это же их напугало.

Анжелика сидела рядом, поэтому смогла молча сжать мою руку в знак поддержки, пока я переваривала услышанное. Поджог... Сердце застучало как бешеное. Неужели от меня и впрямь хотели избавиться? Но почему? Что я такого сделала?

Я закусила губу, сжала в кулак свободную руку и старалась ни на кого не смотреть.

— Давайте вернёмся к истории, — снова спокойно заговорил Грэй, но мне уже совсем не хотелось его слушать. Я глубоко вдохнула, сдержав наплыв слёз, и с высоко поднятой головой посмотрела на парня. Он, к счастью, отвёл взгляд. Но я чувствовала, как меня сверлили глазами подруги. — Вам стоит знать, что на Ялмезе живём не только мы, но и коренные ялмезные люди, которых называют О́ни. Троица заключила с ними вечный мир, как только чародеи переместились на Ялмез. Чародеи не покушаются на их территории, а те, в свою очередь, не трогают нас.

— А как они выглядят? — тихо поинтересовалась Анжелика и крепче сжала мою руку.

— Так же, — неопределённо пожал плечами Грэй, задумавшись. — Признаться, я их ни разу не видел, их практически никто не видел. А после тех событий с Троицей О́ни совсем пропали, будто бы тоже ушли в другой мир.

— Не нравится мне всё это, ядрёный комар, — призналась Оксилия.

— Я также хочу предупредить вас, — снова серьёзно заговорил Грэй, — что среди чародеев тоже бывают преступники, и один из них давно находится в розыске ищеек. Его зовут Рафел. О его делах многие говорят, и хорошего мало. Он может быть где угодно, поэтому ни в коем случае не связывайтесь с ним, если вдруг встретите в городе, а тут же доложите Стражам Света или мне.

— А кто такие ищейки? — спросила Оксилия.

— Маги из Фэйта. У них от рождения дар чувствовать ложь и магическую энергию. Они без труда читают мысли и являются главными покровителями Великих Магов. В Витэго у них нет власти, но зато в других землях есть.

— Столько всего, — тихо заметила Анжелика. — Надо привыкнуть.

— Прежде чем мы перейдём к теме про стихии, есть ещё вопросы про Ялмез или что-нибудь в этом духе?

— Их так много, что нет ни одного, — буркнула Оксилия.

— Наверное, пока что всё, — сказала за всех Луиза. — Я им, если что, потом объясню.

— Вот и хорошо, — произнёс Грэй. — По поводу стихий: каждая из них имеет как преимущества, так и недостатки, и к каждой есть свой подход. Вот, например, огонь имеет преимущество — иллюзии.

— Как это? — встрепенулась Оксилия.

— Джон умеет иллюзии творить? — удивлённо спросила Анжелика.

— Мы над этим работаем. Огонь не поддаётся ему. У него слишком много отрицательных эмоций, — пояснил Грэй.

— А у земли что? — вытянулась Оксилия. — Какое преимущество?

— Хранитель земли может понимать животных и растения.

— Ого-о-о!

— Ага! — поддакнула Луиза и тут же похвасталась: — А я вот могу слушать голоса на ветру, даже когда нахожусь далеко от людей!

— Вот это да! — восторженно воскликнули Анжелика и Оксилия, а я закусила губу.

Сейчас как никогда хотелось исчезнуть. В голове раз за разом повторялись слова Грэя о пожаре, и восторг подруг по поводу возможностей их магических сил лишь усугублял положение. От руки Анжелики стало мерзко. Захотелось её оттолкнуть, но я тут же упрекнула себя за подобные мысли. Они — мои друзья. Я не должна думать о них дурно!

Даже когда чувствовала себя как никогда одиноко.

— А у меня? — скромно спросила Анжелика.

— Вода исцеляет. Но для начала нужно подчинить стихию. Например, для воды, — продолжил Грэй, — надо очистить разум. Вода тихая и спокойная. Она не подчиняется хаосу. Но может снести целые леса, если найти с ней связь, или помочь исцелить от смертельных ран.

— Так, а я что делать должна? — с готовностью спросила Оксилия.

— У тебя, мне кажется, и так всё есть. Уверенность, твёрдость, наглость порой, — Грэй хихикнул вод взлетевшие брови подруги. — Но ты должна следить за своими действиями и словами. Земля мудра и находится в гармонии с другими стихиями. Тебе нужно это принять.

— О, нет, — простонала подруга. — Звучит как угроза. Можно мне домой?

Анжелика с Луизой рассмеялись, а я не смогла даже улыбку выдавить. Грэй продолжил рассказывать про стихии и терпеливо отвечал на все вопросы, хотя им, по-моему, конца и края не было видно.

— А мы сможем становиться стихиями? Я смогу стать деревом?

— А летать я смогу?

— А у меня может быть хвост? Я буду понимать рыб? Русалки есть? Водяной?

— Я смогу превратиться в тигра? Р-р-р! Я бы всех врагов заставила бояться!

— А когда я услышу ветер?

— А как мне научиться исцелять?

— Тише! — воскликнул Грэй, схватившись за голову, и тут даже я усмехнулась, но вдруг почувствовала себя из-за этого виноватой. — Успокойтесь! Помедленнее! Всему своё время. Будет желание — научитесь так быстро, что даже не успеете моргнуть.

— Я уже проморгала раз тридцать! — заметила Оксилия.

— Значит, совсем скоро. Давайте устроим перерыв, — предложил Грэй, глянув на солнце. — Перекусите и прогуляйтесь, а вечером продолжим.

Я охотно подскочила, наконец выдернув руку у Анжелики, и непринуждённо улыбнулась на её удивление, ощутив тяжёлые взгляды всех присутствующих. Они наблюдали за мной, как за подопытным кроликом.

Что ж, это только начало.