75. Профессор Трелони

Утро добрым не бывает. Как только Том, слава Мерлину, появился, то сразу же начал ворчать, не давая мне спокойно собираться на учёбу.

Мне уже хотелось побывать на Трансфигурации, Зельеварении и Заклинании. Считая со второго курса, они стали мои любимыми предметами.

А Том не давал мне собраться с мыслями. Да и к тому же мне хотелось выпендриться перед профессором Флитвиком, ведь летом я выучила (не без помощи Тома) несколько заклинаний, которые проходят только на шестом курсе. Да и в зельеварении я начала ещё больше заниматься, не зря же целый магазин своих отваров открыла. А вот по Трансфигурации мне хвалиться особо нечем, но я надеюсь на свою ведьминскую силу. Она не раз помогала на этом предмете.

На завтраке я заметила тех же учеников-оборотней, на мое удивление они все сидели вместе за когтевранским столом. Я же села к Эвану, да и его факультет меня больше любит, чем мой собственный.

– Мисс Блэк, - раздалось сзади меня. О да, голос такой жёсткий, медленный, что мог бы меня испугать. Все рядом сидящие пуффендуйцы со страхом переглянулись. – Почему вы сидите здесь? Или вы ошиблись столом? Что ж, думаю ваш друг вам поможет в такой затруднительной для вас ситуации. Держите расписание.

– Спасибо, профессор Снейп. Извините, конечно, но по правилам школы я имею право находиться и за другими столами в Большом Зале. - Северус отдал мне расписание, прожигая взглядом.

– Правила для вас не списаны, как и мистеру Поттеру, я и не удивлён, что вы родственники. - ухмыльнулся профессор и изящно ушёл.

Пуффендуйцы тут же повернулась ко мне. О нет.

‐ Гарри Поттер твой родственник? - задались они вопросом.

– Да, но мы.. Ладно, неважно. - я посмотрела в расписание, чтобы сфокусироваться на чем-то, но никак не на этом разговоре. Не дай Мерлин Гарри отдаст мне часть своей славы, не хочу чтобы на меня  постоянно смотрели и шептались о том, что мы с ним родственники. — Прорицание, - шепнула я, разглядывая расписание. – Кто-нибудь знает куда идти на Прорицание?

Я взглянула на пуффендуйцев. Надеюсь, мои знакомые мне помогут. Они переглянулись, взволнованно так, будто я их съем, если мне не ответят.

— Туда идти минут десять, почти на другой стороне Хогвартса. - пояснил мой однокурсник.

— Блин, - вырвалось у меня, я толкнула Эвана, который ржал надо мной. В его глазах так и можно было прочитать: "А я говорил!". И зачем я выбрала прорицание? — Ладно, спасибо.

Почесав голову, я сдержала зевок.

— Кэсс, не глупи, прорицание у тебя с Гриффиндором, ты можешь пойти с Гарри. - намекнул Том, который в кой то веки помог мне, да и не обозвал гриффиндорцев и самого Гарри. Я ударила себя по лбу.

— Точно! Гарри же тоже записался на прорицание!

Я встала и ушла позабыв попрощаться со всеми, благо, Гарри сидел на своем месте. Я широко улыбнулась и немного пробежав, со спины резко обняла Гарри с Гермионой. Те чуть не поддавились от неожиданности. Близнецы Уизли начали хохотать, как и Рон.

— Астерия! - недовольно воскликнула Гермиона. — Ты нас чуть не убила!

— Ты не рада меня видеть? - игриво заиграла я бровями, не обращая внимания на ее серьезность. —  Я что пришла то, Гарри, у нас вместе Прорицание, и я иду с вами, это не обсуждается.

Гарри не успел ничего ответить.

— Да, Гарри, это не обсуждается! - пропищал Фред.

— У меня не такой голос! - ухмыльнулась я. — Облажался, Фред.

— Я не Фред, я – Джордж!

— Говорю же, облажался, ФРЕД.

Близнецы переглянулись.

— Кстати, на счет ваших... - я задумалась, как же правильнее будет сказать. — Приколов? Я могу вновь присоединиться?

Гермиона округлила глаза. Гарри и Рон подняли головы, чтобы внимательные послушать, а Том, могу поспорить на галлеон, закатил глаза.

— Конечно!

— Не можешь!

Выпалили вместе близнецы, на удивление, с разными мнениями на этот счет.

Они начали шептаться между собой, и я потеряв такое чудесное настроение, повернулась к Гарри. Он продолжал кушать.

— Мы с Джорджем все обсудили, - раздался наконец голос Фреда, он помигнул мне, как только я обратила на него взор. — Все может быть в силе. Придешь к входу в нашу гостинную сегодня перед ужином.

Я довольно кивнула.

Путь был не из легких. Но мы все же смогли дойти до пункта назначения. Класс оказался совершенно не таким, каким я его представляла. Хотя, признаюсь, я вообще не думала о прорицании и о том, какой может быть кабинет. Он был большим со столами расположенными в разных частях самого этого класса. Перфекционисты не осилят этот кабинет.

Пахло здесь чаем, как мне кажется. Возле столов были и стульчики, и странные кресла, в углах зала даже были диванчики. В основном здесь присутствует только красный цвет, с разными оттенками самого цвета. От темного, до светлого. На столах стояли кружки и даже чайники, а что еще забавней печенюшки. Окна плотно зашторенны, так что света попадало очень мало. В кабинете царила духота. Во всех каминах горел огонь.

На удивление, класс мне понравился, но эта духота меня скоро убьет.

Все ученики никак не решались зайти, так что я рискнула первая, не заметив преподавателя, я села за приметный мною стол с креслом. Откинув какую-то шаль, я удобнее расположилась, дожидаясь когда Гарри с Роном и Гермионой займут место рядом со мной.

— Добро пожаловать. Как приятно видеть вас наконец в вашем физическом облике. – раздалось нечто где-то во тьме противоположной от меня стороны, когда в класс зашли все ученики.

— Мне же не послышалось? - шепнул Рон, пригнувшись к нам. Я пожала плечами, не успев что-либо ответить, ведь кто-то продолжил свой монолог.

Я приметила женщину у камина. Она была странной, так скажем. Напялила шали и множество разных ожерельев, цепочек, колец. На голове из вороньего гнезда показался ободог, а очки были с такими толстыми стеклами, что я начала беспокоиться за профессора Трелони.

— Приветствую вас на уроке прорицания. — Сама Трелони села в широкое кресло возле камина. — Меня зовут профессор Трелони. Скорее всего, вы до сих пор еще меня не видели. Я редко покидаю свою башню. Суета и суматоха школьной жизни затуманивают мое внутреннее око.

Брови тут же полетели наверх. Серьезно? Интересненько, что еще она может такого бредового сказать. Хотя, ладно, признаюсь, мне и вправду интересно что же она будет нам рассказывать и как вести свои уроки.

— Так, значит, вы избрали прорицание, самое трудное из всех магических искусств. Должна вас с самого начала предупредить: я не смогу научить многому тех, кто не обладает врожденной способностью ясновидения. Книги помогают только до определенных пределов...

Я вместе с ребятами посмотрела на ошеломленную Гермиону.

— Готова поспорить, что Гермионе это не понравится. - шепнула я мальчикам.

— Многие ведьмы и колдуны, как бы талантливы ни были в своей области, скажем, внезапных исчезновений, не способны рассеять туман, застилающий будущее. — Профессор переводила взгляд с одного возбужденного лица на другое. — Этот дар дается немногим. Вот вы, — неожиданно обратилась она к Невиллу, который чуть не свалился с пуфа, — не могли бы вы сказать, как себя чувствует ваша бабушка? Здорова?

— Надеюсь, — дрожащим голосом ответил Невилл.

— Я бы на вашем месте не была столь уверена, — сказала профессор Трелони, и пламя камина заиграло на ее длинных изумрудных серьгах. Невилл прерывисто вздохнул. А профессор невозмутимо продолжала: — В этом году мы будем изучать основополагающие методы прорицания. Первый семестр посвятим гаданию по чаинкам. Во втором семестре займемся хиромантией. Между прочим, моя крошка, — Трелони метнула взгляд на Парвати Патил, — вам следует опасаться рыжеволосых.

Парвати бросила испуганный взгляд на Рона, который сидел прямо за ней, и подвинула свое кресло в сторону.

— В летнем семестре перейдем к магическим кристаллам, если к тому времени закончим с предсказаниями по языкам пламени. К сожалению, в феврале занятий из-за вспышки сильнейшего гриппа не будет. У меня самой совсем пропадет голос. А на Пасху один из нас навеки нас покинет...  — Класс напряженно притих.

Чегоо? Что она несет?

— В смысле кто-то из нас навеки нас покинет?! ‐ на весь класс воскликнула я, прерывая напряженное молчание. Профессор резко посмотрела на меня, то ли с огорчением, то ли с сожалением.

— Мое дитя, – туманно ответила она. Меня удивило ее обращение ко мне. Дитя? Могла бы уж крошкой назвать, как Парвати. — Боюсь, в вашей ауре слишком много черных оттенков... С вами все хорошо?

Меня будто окатили холодной водой. Черных оттенков ауры? Чегооо? Том настороженно на меня посмотрел.

— Ну да, - наконец ответила я, сглотнув ком. Все снова смотрели на меня.

— А мне так не кажется. - помотала головой профессор. Она быстро ушла в темноту, но не успела я выдохнуть, тут же пришла с чем-то в руках. — Подойди ко мне, мое дитя.

Чувствуя напряжение в стороне сердца, я быстро к ней подошла, совершенно не ощущая ног. Не успела я даже морально, физически к чему-то подготовиться, она схватила мою руку. Вдруг она опустила голову назад, сильно задрав ее, глаза округлились. И мне стало страшно. Но от страха я не могла пошевелиться.

Резко я пропала из кабинета. Странно, да. Я оказалась в кромешной темноте, в прострации, и не могла уйти, просто стоять на месте, ждав своей участи.

Картинка сместилась я оказалась у бабушки дома. Все также прекрасно, как и всегда. Меня тянуло к странному свету, оказавшись там, я пораженно уставилась туда. Я хотела закричать, но не могла и рта открыть. На полу в одной из гостиных лежала бабушка с открытыми голубыми глазами, как стекла. Лежала мертвая. Без жизни. А на ее лице застыло удивление. Навек.

Картинка поменялась. Я оказалась в ужасной, темной комнате. Показался силуэт двух людей. Я удивилась, увидив маму. Она уже не была так прекрасна, как всегда мне говорили. Тени залегли на ее исхудавшем лице, она не светилась добром, как обычно было в моих фантазиях. От мамы в этой строгой женщине ничего не осталось.

— Ты не выполнил мой приказ, - холодным голосом сказала мама, смотря куда-то вдаль.

— Простите меня, моя госпожа, ее сложно поймать, она никогда не бывает одна. – раздался дрожащий голос какого-то мужчины.

— А сейчас она в Хогвартсе. - продолжила мама, и повернулась лицом к мужчине. — Ты не выполнил свою задачу и понесешь должное наказание.

Я не могла его увидеть, но слышала как он молил о пощаде, даже я не могла ничем помочь.

— АВАДА КЕДАВРА!

И дальше картина сменилась. Я пораженно смотрела по сторонам, не веря своим глазам. Я снова в классе, где ученики удивленно на меня смотрели.

— Моя дитя, живи счастливо пока можешь. - закончила профессор Трелони.

Я уже не могла больше удивляться. Не хватало воздуха, я в панике не знала как вздохнуть. Минуту простояв в шоке на месте, я ватными ногами, как черепаха, дошла до своего места, Трелони же ничуть не смутилась и бесжалостно продолжила:

— Вы, деточка, не могли бы... — обратилась она к Лаванде Браун, сидевшей к ней ближе всех, та в страхе съежилась, — дать мне самый большой серебряный чайник?

Лаванда с облегчением вздохнула, встала с кресла, взяла с полки огромный чайник и поставила его на стол перед профессором.

— Спасибо, милая. Да, между прочим, то, чего вы больше всего опасаетесь, случится в пятницу шестнадцатого октября.  – Лаванду пробрала дрожь. — А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы сядете и будете пить, покуда на дне не останется гуща. Левой рукой поболтайте ее круговым движением, затем переверните чашку на блюдце, подождите, пока жидкость стечет, и передайте чашку напарнику. Оставшиеся на стенках чашки чаинки кое–что ему скажут. Растолковать увиденное поможет учебник «Как рассеять туман над будущим», страницы четвертая и пятая. А я буду ходить между столами и помогать вам. Мой мальчик! — воскликнула Трелони, схватив за руку Невилла, который встал с пуфа и потянулся за чашкой. — Пожалуйста, после того как разобьете первую чашку, возьмите вторую из го¬лубого сервиза. Розовый мне жалко. Это мой лю¬бимый. – И конечно, не успел Невилл взять в руки чашку с блюдцем, как раздался звук разбившегося фарфора. Профессор бросилась к нему со щеткой и совком для мусора. — Возьмите голубую. Очень вас прошу. Большое спасибо.

Я еле как отошла от шока, а затем сразу же принялась размышлять над увидитенным, пока друзья оставляли свои попытки узнать что же это было, они ушли за чашками с чаем, и не забыли мне принести, ибо я не могла даже с места встать. Да и подходить к ней я мне совершенно не хотелось.

Спустя минут пять мы сделали все как просила профессор, и я с Гермионой обменялись кружками.

— Нашел, – сказал Рон. — Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке.

— Коричневую жижу.

Я издала нервный смешок. Решив, что лучше поработать, а потом думать над увиденным, я взялась за кружку Гермионы. Я смотрела, гадала, смотрела, гадала, пока к нам не подошла профессор.

— Дайте–ка я взгляну, — сказала она, укоризненно глядя на Рона. Подошла к нему и взяла у него из руки чашку Гарри. Весь класс притих, ожидая ее объяснения. Профессор вращала чашку против часовой стрелки, внимательно рассматривая узоры на ее стенках.

— Это сокол... Мой мальчик, у тебя есть смертельный враг.

— Кто этого не знает? — громко прошептала Гермиона. Профессор Трелони воззрилась на нее сквозь свои огромные очки. — Да все. Всем известно про Гарри и про Того–Кого–Нельзя–Называть.

Я, Гарри и Рон смотрели на Гермиону с восторженным изумлением. Гермиона никогда еще не позволяла себе так говорить с учителями. Профессор Трелони предпочла ничего не ответить. Она приблизила огромные глаза к чашке Гарри и снова вперилась в нее, продолжая вращать.

— Дубинка... нападение... Боже мой, какая несчастливая чашка!

— А по-моему, это был цилиндр, — неуверенно протянул Рон.

— Череп... опасность в дороге... – Все смотрели на профессора Трелони, затаив дыхание. Она последний раз покрутила чашку и вскрикнула. В тот же миг опять раздался звук бьющегося фарфора. — Невилл разбил еще одну чашку. Профессор Трелони опустилась в ближайшее кресло, смежив веки и прижав к сердцу поблескивающую самоцветами руку.

— Мой мальчик, мой бедный мальчик.. Нет, милосерднее промолчать... Не спрашивайте меня...

— Что вы там видите, профессор? — тут же спросил Дин Томас. Весь класс повскакал с мест, сгрудившись у стола Гарри и Рона, каждый старался заглянуть в чашку Гарри.

— Мой мальчик, — профессор распахнула огромные глаза. — У тебя здесь Грим.

— Что? — не понял Гарри. Но не понял не только он. Дин пожимал плечами, у Лаванды был явно недоуменный вид, остальные в ужасе прижали к губам ладони. — Грим, мой мальчик! Грим! — Профессора Трелони поразила непонятливость Гарри. — Огромный пес, вестник беды, кладбищенское привидение! Мой дорогой мальчик, это самое страшное предзнаменование, оно сулит смерть.

Удивленная, посмотрела на Гарри. Смерть? Его ждет смерть? Не верю! Даже если вдруг что-то случится, я буду обязана спасти Гарри. Взгляды всех устремлены на него, всех, кроме Гермионы. Гермиона встала и подошла сзади к креслу, где сидела профессор Трелони.

— По-моему, ничего общего с Гримом, — твердо произнесла она. Трелони смотрела на девочку с растущей неприязнью.

— Простите меня, милая, за то, что я вам сейчас скажу. Мой мысленный взор видит вокруг вас совсем слабую ауру. Очень слабая восприимчивость волн, идущих из будущего. Симус Финниган так и эдак склонял голову. Даже сощурил глаза почти до щелочек.

— Кажется, и правда похоже на Грима. А если отсюда взглянуть, — он подвинулся влево, — то больше смахивает на осла.

— Да перестанете вы гадать, умру я скоро или не умру! — вдруг воскликнул Гарри. И все сразу потупились.

— На этом наш урок сегодня закончен, — произнесла Трелони своим самым потусторонним голосом. — Соберите, пожалуйста, все ваши вещи... Ученики молча поставили на место чашки, собрали учебники и закрыли сумки. Даже Рон старался избегать взгляда Гарри.

— Не обращай внимания. - шепнула я на ухо Гарри, приобнимая его за плечо. Он благодарно на меня посмотрел и неуклюже откинул голову на мое плечо.

— Спасибо. - сдавленно ответил он.

— Да не за что, мы же друзья. - улыбнулась я.

—Лучшие друзья. ‐ вдруг поправил Гарри, тоже улыбаясь. 

— До встречи, дорогие мои, — замогильным голосом выдохнула Трелони. — И да сопутствует вам удача. Ах, да, Невилл, ты в следующий раз опоздаешь. Пожалуйста, прочитай по учебнику, что пропустишь на уроке. А то можешь отстать.

Мы молча спустились по винтовой лестнице и поспешили на урок трансфигурации профессора МакГонагалл. Перед уроком я решила все же подумать над тем видением. Видила ли его профессор Трелони? Или нет? И что это было вообще? Будущее? Нет. Мама же мертва. Она не может просто так взять и воскреснуть. Да и к тому же стать тут же чьей-то госпожой. Списав все на дурные видения профессора Трелони, (к тому же она несла сущий бред про Гарри) я устремилась слушать МакГонагалл, сегодня мы проходили анимагов. О да, с ними я знакома прекрасно. Особенно когда в том году поймала одного по имени Питер Петтигрю.

— Что сегодня такое со всеми вами? — спросила профессор МакГонагалл, приняв под звук легкого хлопка свой обычный облик. — Это, разумеется, неважно, но еще никогда не было, чтобы превращение в кота и обратно не вызвало аплодисментов.

— Простите нас, профессор. – сразу же ответила я. — Но на том уроке профессор Трелони несла...Как бы это сказать.. Неправду про Гарри.

— Ах, вот оно что! Тогда все ясно. — МакГонагалл нахмурилась. — Так кто же в этом году должен умереть? Опять молчание.

— Я, — наконец сказал Гарри.

— Ну что ж! — МакГонагалл буравила Гарри взглядом. — Так вот знайте, Поттер, Сивилла Трелони с первого дня появления в школе ежегодно предсказывает скорую смерть одному из студентов. Никто, однако, до сих пор не умер. Знакомство с классом она начинает с предзнаменований смерти. Очень это любит. Я никогда не говорю плохо о моих коллегах. — Профессор умолкла, и ноздри у нее побелели. Справившись с собой, она продолжала: — Прорицание — самая неточная ветвь магических знаний. Не стану от вас скрывать, я к ней отношусь недостаточно терпимо. Настоящие ясновидцы чрезвычайно редки, и профессор Трелони... МакГонагалл опять умолкла и затем обратилась к Гарри своим обычным деловым тоном: — Вы прекрасно выглядите, Поттер. Так что не будьте на меня в обиде, если я не освобожу вас от домашнего задания. Но не сомневайтесь, в случае смерти выполнять его не обязательно.

Я подавила смешок. Ну и шуточки. Урок закончился и взяв дополнительную домашнюю работу для хороших оценок, я поспешила на обед с друзьями. За обедом я решила сесть к гриффиндорцам, Драко и Пэнси уже были здесь и весело что-то обсуждали со слизеринцами, только курсом постарше, Эван общался со своей однокурсницей. Так что никого в обиде из друзей не оставила.

За обедом мы спорили на счет гримма. Я была полностью за Гермиону, и после слов профессора МакГонагалл, была точно уверена, Трелони говорит бред. А видение, скорее всего было одно из ее способностей в роду. Бывает же родовая магия, которая переходит по наследству. У меня такой нет, но вот у Трелони она явно есть. Специальные трюки, она могла бы срубать деньги на этом только так. Так что тем видениям я не верю.

После обеда, благо, у меня был такой же урок как и у Гриффиндора. Да сегодня прямо везет.

Хагрид попросил открыть учебник. Именно тот, который летом чуть не убил всех в моем доме. Я уже готова была его поджечь на месте тогда, но Пэнси меня остановила вовремя.

— Его надо погладить. - посоветовал Хагрид. Ради него, я готова была рискнуть своими пальцами. К счастью, открыть у меня его получилось со второго раза, так что я просто облегченно выдохнула и уверенно улыбнулась лесничему, чтобы его взбодрить и поддержать.

Драко издевался над Хагридом, и продолжал издеваться даже когда вступил Гарри. Только когда Хагрид ушел, я подошла к нему и грозно сказала:

— Не делай так больше, Драко.

Он не мог меня ослушаться, по крайней мере прямо сейчас. Так что Драко нехотя кивнул, чем удивил своих друзей.

— Ты так это оставишь? – проговорил Тео. Я пораженно на него посмотрела. Он заговорил в моем присутствие впервые за долгие месяцы...

— Тео, - начала я, но он меня перебил.

— Что, уже слушаешься какую-то девчонку? - намеренно издевался он.

Он назвал меня какой-то девчонкой? Какой-то девчонкой?!

— А ты, видимо, настолько обижен, что называешь родную сестру " Какой-то девчонкой"?

Все присутствующие начали смотреть нашу перепалку. Ну пусть и смотрят. Тео ничего не ответил, просто смотрел на меня. Молча. С презрением.

— Ну слушай! Я же уже попросила у тебя прощения миллион раз! Делала тебе подарки, пыталась как-то помочь, носила перекус, дарила книги, какие ты очень хотел читать. Что? Что еще я должна сделать, чтобы ты меня наконец простил? Скажи и я сделаю. - уже шепотом попросила я. Тео молчал долгие секунды, пока не пришел Хагрид, и все со страхом смотрели уже не на нас, а в сторону.

— Сделаешь? - я кивнула. — Тогда исчезни наконец из моей жизни. - грубо сказал Тео, уходя подальше от меня.

И сейчас я была даже рада, что никто больше не смотрит на меня, потому что мне не хотелось, чтобы кто-то видел мои слезы.