Глава 23. С днем убийства Валентина

Февраль был подставой. Алекс в этом не сомневался. Иначе как объяснить, что самый холодный и унылый месяц в году, когда он должен был спокойненько работать в своей лаборатории, вдруг потеплел и окрасился розоватыми мартовскими красками. Еще и праздник этот близился – день, когда ему в школе девчонки прохода не давали. И почему все решили, что признаваться в день Святого Валентина – это очень романтично? Это же, по сути, очередной день, когда христианину пришлось мученически умереть. За хорошее дело, но в целом обидно, когда кто-то умирает, тем более мученически.

Начиная с тех злополучных зимних каникул, Алекс неотрывно изучал собранные языки той Лилит – Миры. Было очень интересно. Прежде всего потому, что на его кровь они реагировали как на кислоту – сжимались, корежились, даже дымились и таяли. У него остался последний кусочек с их декабрьских приключений, и он был не намерен тратить его впустую. Именно поэтому сейчас напротив него сидел настороженный Феликс и буравил взглядом тонкую трубку, которая соединяла его запястье и полудохлое щупальце. Из него как из капельницы в кусок плоти поступала кровь, которая то наполняла его живительной энергией, то заставляла корчиться в муках. Алекс за всем внимательно наблюдал, снимал на камеру телефона и делал пометки в блокноте.

- Скоро день Святого Валентина, - начал Феликс, чтобы не сидеть в тишине под мерное тиканье аппаратуры.

- Мда....

- Собираешься признаться Авроре?

- Хех.

- А я вот не знаю, могу ли сказать такое Принцессе.

- Угум!

- Ты можешь отвечать не как примат?! – вспылил Феликс.

Алекс покачал головой и продолжил наблюдение. Что он мог сказать? Что Феликс, как и любой другой глупый любитель романтики из популярной культуры, может спокойно катиться делать признания с набором шоколадок в форме перевернутых жоп? Нет, он ни за какие деньги не сможет выдать нечто подобное столь ранимой натуре, особенно если натура может выдать тебе по челюсти стальным кулаком. Сам же он не планировал признаваться Рори под таким банальным предлогом. Ему не нужны специальные дни для признания, он выше и сильнее этого. Он может признаться в любой день. Все же так просто, он пригласит ее в кофе в какой-нибудь самый обыкновенный вторник и скажет, что она снится ему каждую ночь и каждый день. А дальше, как получится. Отказов Алекс не боялся. Ведь можно попробовать еще и еще, пока дама сердца не сдастся или не напишет заявление в полицию. Первое, конечно, предпочтительнее.

Когда с экспериментами было покончено, Феликс грохнул о стол пухлым томиком в мягкой обложке – Шадерло де Лакло «Опасные связи». Алекс тупо уставился на книгу, не прекращая перематывать запястье друга.

- Это типо намек? – спросил он.

- Это типо домашнее задание, - ответил собеседник.

Они еще с минуту оба молча рассматривали предстоящее чтение. После чего с тяжелым вздохом принялись за книгу. Все совместные проекты Феликс и Александр делали вместе. Как минимум, это было удобно. Если ты собираешь сдавать работу в последнюю ночь до дедлайна, лучший сокомандник – это тот, который сидит рядом с тобой и даже не сможет поворчать, что ему надо спать и это не его проблемы, потому что это как раз таки «его проблемы». Феликсу очень нравилась их совместная деятельность еще и потому, что они понимали друг друга с полуслова. Особенно сильно это помогало во время тренировок два на два. Даже Цезарь со Старом не могли переиграть противников, которые способны синхронизировать во время боя все, вплоть до биения сердца.

Преподаватель литературы, госпожа Вирджиния Кроу, только умилялась этой «прелестной дружбе» и всячески поощряла их совместную работу. Однажды Алекс ей ответил, что они друзья, а исследователь и очень удачный эксперимент. От чего Феликсу пришлось срочно придумывать отговорку про своеобразное чувство юмора у своего друга и просить прощения у женщины за такие шутки. Извинения она, вроде, приняла, правда с тех пор как-то странно на них посматривала. И придумывала всякие странные ассоциации: Доктор Джекил и мистер Хайд, Бэзил и Дориан, Франкенштейн и его монстр... Феликс только закатывал глаза и все обвинения скидывал на сокурсника. Фактически, сказанное Маком было правдой, но не рассказывать же об этом всему университету.

Вообще, госпожа Кроу была необыкновенным преподавателем. Начать можно с того, что специализировалась она на готической литературе, но из-за вечного недостатка кадров в Academia, ей давали вести для первокурсников всю историю мировой литературы. Особенно сильно ее забавляло то, что ей дали преподавать очень сложный и подробный литературный курс именно Охотникам. С таким же успехом его можно преподавать каратистам или легкоатлетам. Но все семеро доставшихся ей мальчишек, к их чести, отчаянно старались вникнуть и даже постепенно начинали понимать. Немалую роль в этом сыграло то, что Вирджиния была очень красивой женщиной лет тридцати с пышной копной черных кудрявых волос. Одевалась она в черные кружева, а губы красила ярко-красной помадой. Расстраивать такую госпожу плохими оценками очень не хотелось. Даже тем, кто состоял в отношениях вроде Моргана, или отчаянно и, возможно, не взаимно влюбленным как Алекс и Феликс. Про то, что у последних губа не дура и они позарились на королевскую особу и ее фрейлину, курс узнал довольно быстро, но чистосердечно поклялся никому ничего не рассказывать.

В Academia раньше положенного наступила весна. Алекса всегда удивляло, почему людям для демонстрации своих чувств обязательно нужны какие-то специальные цифры: годовщины, праздники, красивые даты. Но, как бы то ни было, в этом плане, он оставался в меньшинстве, поэтому с горестными вздохами разгребал целую гору валентинок, которые поклонницы пихали под дверь их с Феликсом комнаты. Однажды, их наставники решили устроить полевую тренировку и повезли весь курс в лес. В том, чтобы ползти на животе по сугробу под задорное перешёптывание елок, не было ничего привлекательного, но это все же было лучше, чем целый день лицезреть изукрашенный в розовое университет. А потом он вернулся домой и буквально споткнулся о гору бумажных сердечек на своем пороге. Но здесь он погорячился. Все же не все открытки полагались ему. Довольно внушительное количество кто-то адресовал Феликсу. И тот, в отличие от своего соседа, бережно открывал и перечитывал каждую, чтобы потом также бережно сложить в коробку. Зачем ему целая коробка для бесполезных бумажек Алекс не знал, и знать не хотел, пока ему самому не впихнули в руки точно такую же и не сказали аккуратно сложить чужие чувства в картон.

- Но ты же их совсем не знаешь! – возмутился Алекс.

- Ну и что? Кому-то я очень понравилось и эти кто-то решили рассказать мне об этом. Что плохого в том, что они хотят поделиться своими чувствами. Никто не рассчитывает, что получивший валентинку сразу примет чувства отправителя. Это просто способ порадовать того, кто тебе нравится.

Алекс только закатил глаза и кинул в Феликса своей коробкой – если ему эти бумажки так важны, то пусть сам и собирает. Друг вещицу поймал и аккуратно пристроил рядом со своей на ветхом деревянном стеллаже. Предмет мебели был настолько стар, что разрешал ставить на себя только самые легкие вещицы, вроде фоторамок. Но стоило попытаться положить на него книгу, так стеллаж начинал ворчливо кряхтеть и жаловаться на жизнь.

- Ладно, я пошел, - стряхнул с себя невидимые пылинки Феликс.

Его сосед даже не заметил, как тот успел переодеться в парадные красные одежды. И теперь рассматривал его как седьмое чудо света.

- И куда это ты собрался? – приподнял бровь Алекс.

- На свидание, - хмыкнул Феликс.

Юноша лихо закинул на плечо кроваво-красный плащ и вышел из комнаты. Алекс с минуту непонимающе пялился в закрывшуюся дверь. А он и не знал, что у его соседа с Принцессой все на столько серьёзно. Для него сама возможность понравиться Принцессе была чем-то сродни самоубийству. Какой смысл встречаться с девушкой, чья любовь обеспечит тебе ссылку на край мира на всю оставшуюся жизнь? В отличие от романтика-Феликса он прекрасно понимал – в Столице у него будет гораздо больше возможностей для карьерного роста и исследований. И в этом была проблема. Раньше, ему было бы совершенно без разницы, что там будет у Аурума, но теперь...Феликс оказался, хоть и совершенно случайным, но самым удачным образцом для исследования. Он не боялся экспериментов и охотно сдавал собственную кровь и Еву на анализ. Его тело невероятно удачно реагировало на химическое и физическое воздействие, поддавалось восстановлению и менялось. При чем последнее самым что ни на есть интересным образом. Даже без учета исцеления от Искажения, доктор Руж упустил действительно очень важный образец, возможно ключ в разгадке Ядра Евы. Как Алекс мог допустить, чтобы его отправили в самую отдаленную от Столицы провинцию? Он твердо решил, если понадобится – он рассорит сладкую парочку. Пусть лучше маленькая госпожа обратит внимание на кого-нибудь вроде Стара. Вот от кого, от кого, а от этого образца он бы с удовольствием избавился.

Накинув на плечи плащ с глубоким капюшоном, юноша поспешил вслед за своим соседом. Выследить Феликса ему не составляло труда. С тех пор, как Аурум совершил тот опрометчивый поступок в лазарете, для Алекса он был как огромная ярко-красная кнопка среди множества механизмов панели передач. Все остальные воспринимались как нечто, что можно использовать, но есть шанс, что дернешь не за тот рычаг и все сломаешь. А вот Феликс был совершенно понятным устройством, запускающим понятные механизмы. Но главное, он мигал как маячок.

Аурум был так окрылен предстоящим свиданием, что совершенно не замечал своего преследователя. Купил удушающе пахнущие, слишком яркие лиловые орхидеи, какую-то коробку конфет в форме сердца и бодро зашагал в сторону Государственного Музея Изобразительных Искусств Пангеи. Алекс аж закатил глаза от банальности происходящего и от того, что он, такой умный, по собственной воле, сейчас преследует этого влюбленного дурака.

Принцесса не заставила себя ждать, хотя Алекс был уверен – монаршей особе не можно, а даже нужно опаздывать как минимум на пол часа. Красавица в черном как смоль полушубке с разбегу врезалась в Феликса и схватив того за порозовевшие от мороза щеки ткнулась губами в его губы. На бледном лице юноши тут же расцвело несколько алых следов помады.

Алексу захотелось закатить глаза во второй раз. Он совершенно не понимал, чего Феликс нашел в этой девчонке. Он, конечно, знал легенду о том, что первая, то есть действующая Императрица вышла из Ядра Евы и считалась существом высшего порядка. Но Принцесса-то была рождена от обычного мужчины. Вряд ли она могла очаровать какой-то нечеловеческой аурой. Девушка и правда была красивая, с упругими черными кудрями, огромными оленьими глазами, светлокожая, но румяная, вся ладная и складная. Но не более того. Вот его ведьма... При мысли об Авроре, накатившее на Алекса раздражение тут же отступило. Если бы он мог, он бы посадил на Императорский трон ее, а не оленью глупышку.

За рассуждениями, юноша даже не заметил, как влюбленная пара зашла в музей и поспешил черной тенью скользнуть за ними. И тут же оказался в темном помещении, заполненном мрачными видами бурь, старых кладбищ и неухоженных парков. Влюблённые, судя по всему, отправились на выставку романтиков. Трудно было не заприметить такую колоритную парочку в небольшом зале. Феликс и Принцесса остановились перед одной из картин Фридриха Давида Каспара и что-то тихо обсуждали, склонив друг к другу головы.

Алекс тоже склонил голову, по-птичьи, пытаясь понять, что же в этой картине с луной и парочкой в плащах, зависших меж деревьев напуганными призраками, такого интересного.

- Тебе не кажется это странным, выбрать для романтической прогулки художников-романтиков?

Вопрос раздался из-за спины Алекса тихо, но четко, будто спрашивающий обращался именно к нему. Юноша вздрогнул и резко обернулся. Не прогадал. На скамейке сидела Аврора в платье из тяжелого винного бархата и грубом гобеленовом корсете. Ее каштановые волосы, в этот раз, были заплетены во множество забавных тонких косичек, которые кольцами спускались с гнезда на голове.

- Что ты здесь делаешь?

- Я тринадцатая фрейлина Императрицы и первая фрейлина Принцессы. Как бы я не уважала ее личное пространство, в мои прямые обязанности входит обеспечение безопасности.

- Так ты следишь за ними?

- А ты?

Повисло недолгое смущенное молчание, и Алекс сдался. Он бесшумно опустился на скамейку рядом с девушкой и откинул капюшон.

- Так почему художники-романтики не подходят для свидания?

- Потому что они писали об одиночестве. Одиночестве среди людей и вообще, бесконечном одиночестве человека в бесконечной вселенной.

- Не слишком ли это для XIX века?

- Человек всегда был одинок. Просто романтики преподнесли это одиночество в приятном ключе, создали целую эстетику.

Феликс, старательно делая вид, что не замечает преследователей, повел свою спутницу в соседний зал. Аврора с Алексом поспешили за ними. Скрываться больше не было смысла. Достаточно быстро выяснилось, что и Принцесса не то старательно делает вид, что никого не видит, не то на столько непробиваема, что, действительно, смотрит только на Феликса.

Музей оказался не единственным пунктом в романтическом плане двух юных влюбленных. Следующей проблемой на пути «охранников» стало кафе-мороженное.

В и так розовом интерьере прибавилось еще больше розового, малинового и красного из-за праздничного декора. Девушки в коротеньких юбочках, которые обычно разъезжали по кафе на роликах, сейчас переобулись в яркие лакированные туфли с каблуками в форме сложенных в стопку сердец. А меню изобиловало тематическими блюдами.

- Я предлагаю взять «Клубнично все отлично». Если мы берем сердечную трубочку, то нам наливают литр коктейля по цене бокала 0,5, - Аврора воодушевленно затыкала по картинкам на меню.

Алекс не понимал, зачем им огромный коктейль с витиеватой трубочкой, если они ту пытаются не привлекать к себе внимания, но с этой женщиной был готов на любую ерунду. Как на зло, именно в тот момент, когда он подумал о ерунде, в окно влепилось удивленное лицо Арлекино. А вместе с ним и его ночной кошмар – Арчи. Последний недовольно оглядел парочку и уже было потянул друга дальше, как тот встрепенулся и наоборот, на буксире протащил Пендрагона в кафе. Мак уже пожалел, что вообще сюда зашел. Ведь теперь они сидели вчетвером. И самое неприятное заключалось в том, что его совершенно оттеснили от Авроры. Наглый Арлекино, уселся так, чтобы самому сидеть напротив девушки, а своего дружка усадил рядом с ней. Более неловкой ситуации и выдумать было сложно, но Дель Арте был мастером своего дела, поэтому спросил:

- Ой, а вы что на свиданке?

- Угу, на свиданке с Ее Высочеством и ее избранником, - протянула Аврора и указала большим пальцем себе за спину.

В противоположном конце стола Феликс с Принцессой уже пили свой малиновый молочный коктейль из одной трубочки в виде сердца. Алекс даже скривился от этой через чур слащавой картины.

- А что здесь делает Александр? – подал голос Арчи.

Он не обращался ни к кому конкретному, но все поняли, что ответ он ждет именно от девушки. Но Алекс не дал ей ответить. Ему хотелось сказать любую грубость, чтобы это высокомерное «Александр» наконец перестало резать ему ухо.

- А «Александр» следит за тем, чтобы его однокурсник не слишком понравился Ее Высочеству и не оказался сослан на край Пангеи.

Все юноши неосознанно бросили напряженные взгляды на Принцессу. Так или иначе, кого угодно могли выбрать в женихи будущей Императрице и совершенно точно, большинство молодых людей не хотело покидать развитого и веселого Полиса ради какой-то окраины и почти полной социальной депривации. Быть мужем Императрицы считалось почетным, как считается почетной жертва девственницы, которую ведут на съедение морскому чудищу: «Ты, конечно, молодец и тебя даже жалко, но спасать тебя себе дороже».

- О, вот оно как! Тогда ладно, а то я успел расстроиться, что лишился невесты! – хохотнул Арлекино и над столом повисла тяжелая тишина.

По лицу Алекса было видно, что он прямо сейчас может легким движением проломить стол, а потом не менее легко проломить голову Арлекино. Пендрагон выглядел не лучше. Казалось, от его и так бледного лица, отхлынула вся кровь. Губы сомкнулись тонкую напряженную полоску, а взгляд потемнел.

Единственным человеком, который сохранил хладнокровие в этой ситуации оставалась Аврора. Рассудив, что, если она сейчас что-нибудь не сделает, ее друг может пострадать, девушка первым делом, схватилась за рукав Арчи. Тот уже собирался встать из-за стола и покинуть ставшее ненавистным кафе, и совершенно не ожидал, что цепкие, обжигающе горячие пальцы вцепятся ему в локоть. Он даже не понял, как его усадили обратно. Следующим шагом был невероятный по своей точности и силе пинок прямиком в колено смеющегося Арлекино. Тот мгновенно замолк. С Алексом было сложнее, девушка совершенно не понимала, какое действие ей предпринять, чтобы тот перестал выглядеть как котенок, загнанный в угол. Поэтому она рассудила, что в таком случае вряд ли будет что-то более действенным, чем правда и сказала:

- Никакая я ему не невеста. Мы просто давно договорились, что если к моменту, когда родители начнут сильно на нас наседать по поводу женитьбы и замужества, у нас не будет возлюбленных, то мы просто заключим фиктивный брак между собой.

- Верно! Нет лучшей фиктивной жены, чем твоя лучшая подруга! – отошел от пинка и подал голос молодой человек.

Алекс тяжело выдохнул, сквозь сжатые зубы и уронил голову на сложенные руки. Аврора даже перепугалась, что сказала что-то ужасно оскорбительное. Но прежде, чем она успела подбодрить юношу, тот уже заговорил:

- Я так понимаю, я выглядел ужасно глупо? – тихо спросил он.

- Не ты один, - ответил ему Арчи, чье лицо заливал нездоровый румянец.

Аврора не стала уточнять, чего же такого глупого они сделали, потому что официантка наконец-то принесла заказ и вопрос розовых пончиков с начинкой «вишня-маскарпоне» волновал ее гораздо больше, чем чья-то недоказанная глупость.

Пока четверо студентов старательно избегали конфликта, парочка влюбленных уже закончила со своими сладостями и, не переставая переговариваться, отправились дальше. Аврора вскочила со своего места и не дожидаясь своих спутников, поспешила за целью.

Какой же ужас испытала девушка, осознав, что ее «цель» села в каршеринг. Зачем вообще Принцессе арендовать машину? У нее есть целый автопарк с набором личных водителей на каждый день. Да и зачем подросткам на свидании машина? Чем они собираются в ней заниматься? Не прекращая своих метаний, Аврора поймала такси. К моменту, когда она уже собиралась захолонуть дверь, дверцу остановила сильная рука, а не менее сильное тело заставило ее отодвинуться на соседнее сидение.

- За розовой машиной! – крикнул Арчи и таксист дал по газам.

Аврора бы расхохоталась от того на сколько киношной выглядела эта сцена, если бы ей не было так неловко. Арчибальд держал ее ноги у себя на коленях и даже не думал возвращать их законной владелице. Ей же было слишком неловко выдергивать свои лодыжки из крепкого, но аккуратного захвата теплых рук, чтобы нормально устроиться и пристегнуться. Так и получилось, что всю дорогу она полулежала, краем глаза следя за дорогой, но совершенно не в силах сконцентрировать на деле.

До места они доехали только тогда, когда тьма уже окутала город. Как бы банально это не звучало, но машина нужна была для того, чтобы занять место в кинотеатре под открытым небом. Таксист, хоть и был человеком азартным, а все же оставил своих пассажиров самим разбираться с поиском места. Поблизости не наблюдалось ни одного каршеринга, а Пьеро с ее ужасно красивым, но безумно медленным ретромобилем было ждать долго. Аврора уже была готова признать, что здесь она промахнулась и единственное, что ей остается – это следить издалека и надеяться на благочестивость своих подопечных. Но ее спутник все опять решил по-своему. Стоило Арчи щелкнуть пальцами, как из воздуха на землю грохнулся автомобиль. Красивый. Ярко-красный. Очень похожий на тот, что холила и лелеяла Пьеро. Только тот в отличие от этого был матово-фиолетовым и легко растворялся в ночи.

- Как...? – не верила своим глазам Аврора.

- Ну... Это же способность моего Ядра... я могу создавать вещи.

- Д-да, но я даже не подозревала, что на столько большие. Это же настоящий автомобиль!

- Это не настоящий автомобиль...

С последними словами Арчибальд смущенно потупился, что было совершенно ему несвойственно и поманил девушку за собой. Под капотом ничего не обнаружилось. То есть под ним было не просто отсутствие мотора, а зияющая пустота, через которую в ответ на них смотрел асфальт.

- И оно поедет? Или мы его дотащим? – с сомнением посмотрела на машину Рори.

- Она поедет. Без мотора, потому что мне было лень его продумывать, но я задумал ее, как машину, которая ездит, так что прошу.

Арчибальд галантно открыл девушке дверь пассажирского сиденья, а сам сел за руль. Стоило ему нажать педаль газа, и машина плавно тронулась, не издавая при этом совершенно никакого шума.

- Как такое вообще возможно? – не унималась Аврора.

- Я уже говорил... я создаю вещи. Но это не так просто. Моя Ева позволяет мне создавать любые вещи, которые я захочу. Если сильно постараться, даже живых существ. Но если я не продумываю все вплоть до мелочей, то получаются странные вещи. На самом деле, чаще всего получаются неправильные вещи, но я ничего не могу с собой поделать. Даже зная наизусть строение машины, у меня просто не хватит времени воссоздать ее в точности, потому что нам нужно средство передвижения, а не точная машина.

Впервые на памяти девушки, Арчибальд ей что-то так вдумчиво пояснял. Казалось, что впервые она его не раздражает, а наоборот, он, словно, хотел завладеть ее вниманием. И у него это прекрасно получалось. Каким бы порой заносчивым этот парень не был, Рори не могла не признать, он ей очень нравился. И сейчас слушать его, сидеть с ним в одной машине, в кинотеатре под открытым небом, в окружении влюбленных парочек, вызывало в ней смутное волнение. Этакое жжение в области груди, когда не знаешь, чего больше хочется – кинуться к человеку на против себя или сбежать от него.

Сам же молодой человек, видимо неправильно истолковал ее взгляд и попытался продолжить объяснение.

- Как бы понаглядней сделать. Вот, например, валентинка - Terra incognita.

В руках Арчи тут же материализовалось настоящее сердце. Орган казался живым, ярко-красным от крови и пульсирующим, словно его только что вырвали из чьей-то груди. Алые ручейки стекали между тонких пальцев парня и пачкали белые рукава шелковой рубашки. Но он отчего-то совершенно не хотел бросать столь пугающую вещь, а наоборот, смотрел на этот сгусток кровоточащей плоти почти с нежностью. Спустя пару мгновений на его поверхности распустились красные розы, а шипастые стебли сдавили нежную, незащищенную костями, мышцами и кожей плоть.

- Знаешь, мне всегда казалось, что любовь – это что-то кровавое, - завороженно пробормотал Арчи и положил сердце в подставленные ладони.

Шипы тут же больно впились в руки девушки, но та не смела даже вздохнуть неосторожно. Сердце продолжало биться в ее руках. Оно было теплым и совершенно точно живым.

- А ты можешь убрать шипы, мне кажется, ему больно?

Эта странная фраза была единственным, на что у Рори хватило духу. Арчи некоторое врем недоуменно на нее смотрел, после чего серьезно кивнул и потянулся вперед. Она ожидала чего угодно, но не то, что в следующую секунду ее поцелуют. Аккуратно и ненавязчиво, легкое касание губами, которое длилось всего пару секунд. Когда парень отстранился, шипы и розы куда-то исчезли, а сердце наконец перестало кровоточить. Не боясь испачкаться, девушка прижала его к своей груди.

- Ну и зачем ты мне его дал? – вопрос получился каким-то измученным.

- Потому что это единственные валентинки, которые у меня выходят, а никому другому я не хочу отдавать свое сердце.

- То есть... это не первое?

- Остальные я раздавил.

Арчи пожал плечами так спокойно и бесстрастно, будто ему не сердца пришлось давить, а слизней. От представившейся картины, у Авроры по позвоночнику пробежали крупные мурашки, и она поспешила спрятать подарок подальше от ледяного взгляда Пендрагона.

Продолжить разговор им не удалось, потому что впереди замаячила жуткая для ее фрейлинского сердца сцена. Аврора подозревала, что рано или поздно, кто-то заметит в обычной гуляющей по городу девчонке Принцессу. Но даже представить не могла, что это будет банда каких-то подростков из трущоб, которые начнут раскачивать машину. Феликс норовил выбраться и преподать им урок, но те так отчаянно пытались перевернуть транспортное средство, что все его попытки выглядели нелепыми и вызывали лишь смех у обидчиков.

- Ну я им щас! – собиралась уже выйти из машины Рори.

Но Арчи ее остановил и потянул обратно, молча приглашая посмотреть внимательнее. Действительно, это была не просто шайка разбойников. Как минимум у троих из восьми было сформировано Ядро и прибывало оно не в лучшем состоянии. И Арчибальд, и Аврора, как Охотники острее чувствовали Искажение и в данный момент, от парней просто фонило.

- Нужно срочно сообщить об этом в центр Охотников.

- Ты с ума сошел? Они узнают о том, что Принцесса сбежала из дома и доложат Императрице! Принцесса меня не простит!

- Что, по-твоему, хуже: потерять доверие девчонки или саму девчонку?

Аврора ничего не ответила. Только низко опустила голову.

- У нас нет времени на споры. Нужно прямо сейчас сообщить Охотникам, - настаивал Арчи. 

- Хорошо. Я к ним. А ты звони в центр и нашим тоже. Я чувствую, что эта троица, здесь не просто так. Я пока попытаюсь отбить у них ребят.

- Ты уверена, что справишься одна?

Рори опять ничего не ответила, но на этот раз улыбнулась так хитро, что сомнений не оставалось – для нее несколько Искаженных не представляют угрозы. Пинком распахнув дверь машины, девушка вывалилась из нее и в два прыжка оказалась на крыше другой, прямо над головами Феликса и Принцессы. Она бы могла использовать свои способности, но был еще шанс задеть тех, кто в машине или истощить силы раньше того момента, когда придет подмога. Возможно, поэтому Аврора совершенно не была готова к тому, что из Евы нападающего вырвется столб пламени. Огонь подпалил волосы, но хорошая реакция, как обычно спасла девушку.

Очередной удар огнем чуть не закончился трагедией, когда его источник с силой приложили лицом о капот. Аврора удивленно вытаращилась на своего спасителя:

- Я же сказала – сиди в машине, вызывай подмогу.

- Подмога уже едет, а тебе явно не помешает помощь, - ответил Арчи, не отвлекаясь от драки.

В отличие от своей однокурсницы, он не забыл вооружиться и по полной пользовался возможностями своего Ядра. Благо, долго сдерживать натиск Искаженных им не пришлось. Когда дело касалось Императорской семьи все службы подключались очень быстро. Спустя каких-то десять минут кинотеатр уже оцепили, людей эвакуировали, а группу Искаженных окружили профессиональные Охотники.

Аврора уже было понадеялась, что дело замнут и Императрица не явится ради такой мелочи. Но не стоило забывать, что «мелочь» была королевских кровей. Когда Ее Величество быстро простучала каблуками по асфальту, всем присутствующим показалось, что их только что расстреляли незримыми пулями. Императрица даже разбираться не стала – просто схватила свою дочь за локоть и буквально волоком потащила к своей бронированной машине. Охранники за этой великой женщиной буквально не поспевали.

Стоило машине Императрицы скрыться за поворотом, как на парковке развернулась бурная деятельность. Кучка юных Охотников, которые так смело бросились защищать Ее Высочество перестала кого бы то ни было интересовать. Так что им удалось улизнуть почти незамеченными.

Хуже всех выглядели Аврора с Феликсом. Сразу было видно, что ученик перенимает повадки наставника – их скрюченные позы были совершенно одинаковые. Арчи даже растерялся и, в попытке успокоить, выдал им по баночке прохладной газировки из автомата.

- Как вы думаете, меня уволят? – хрипло спросила девушка.

- Вряд ли, но доверие Принцессы придется восстанавливать, - ответил Арлекино, обхватывая ледяные ладошки подруги своими руками.

- А вот Феликсу статус королевского жениха уже не светит, - продолжил Дель Арте, поворачиваясь к юноше.

Феликс всхлипнул сквозь растопыренные пальцы, но ничего не ответил. На Александра просто смешно было смотреть. На его обычно бесстрастном лице поминутно сменялись самые разные эмоции: все начиналось с непонимания и удивления, затем переходило в гнев и самодовольство и заканчивалось стыдом и жалостью. Он время от времени тянулся к другу в попытке его утешить, но в последний момент одергивал руки и продолжал молча пялиться на юношу в самых что ни на есть расстроенных чувствах.

Долго на это все смотреть было невозможно. Поэтому Арчибальд, как самая адекватная часть команды возглавил компанию по отправке всех домой. Делал он это с таким мастерством, что сомнений не оставалось – молодого человека ждет будущее либо тамады, либо главнокомандующего. Быстро смекнув, что к чему, Арлекино благородно вызвался проводить кутят до общежития, напоследок заговорчески подмигнув своему другу. Пендрагон аж поперхнулся от такого похабного жеста, но не успел ничего ответить.

- Аврора? – парень присел на корточки перед девушкой и попытался позвать ее.

Ответа не последовало. Тогда, набравшись храбрости, он аккуратно провел рукой по ее волосам, очертил контур лица и кончиками пальцем приподнял ее за подбородок.

- Рори. Я понимаю, ты потеряла доверие своей госпожи, но это гораздо лучше, чем потерять ее совсем. И Императрица тебе ничего не сделает. Ты в очередной раз спасла жизнь ее дочери. Так что давай мы сейчас успокоимся и поедем во дворец, твой телефон уже несколько минут разрывается от звонков.

И действительно, звонил Первый Советник. Ее спокойный и доброжелательный голос подтверждал то, о чем говорил Арчи и девушка немного успокоилась. Ей понадобилось еще около пятнадцати минут, чтобы умыться ледяной водой из питьевого фонтанчика и взять себя в руки. Ночь предстояла быть долгой.