Медосмотр

Казалось, будто Филипс знает Марса уже очень давно, как старые-добрые друзья. Но ведь это невозможно! Или возможно? Я так задумалась, что не заметила, как Марс вышел. Видемо у меня было такое взволнованое лицо, что Филипс решил спросить:- Эй? Ты в порядке, солнце?- А? Я просто думаю...- Думаешь, что мы с этим парнишей знакомы?- Ну типо того.- Облегчу твой мыслительный процесс, мы не были знакомо раньше. Давай ка лучше о тебе поговорим ;)- Всмысле?- Ну, где у тебя болит, ты всё ещё не можешь обьяснить? Он немного засмеялся. Раньше бы я возможно обиделась, но сейчас понимаю, какой это добрый смех.И я ответила весьма примитивно:- Я не знаю... .- Ну как не знаешь, давай тогда разбираться. - А что у меня разве есть выбор?- Не-а, но ведь сам факт, надо было предложить. Мне уже не было грустно. И страшно тоже. Я повеселилась на славу, пока Филипс меня осматривал. Он задовал самые разные вопросы, о которых я бы даже не задумалась просто так. В общем это было что-то. - Ну что, было страшно? [Филипс уже еле сдерживал смех] Или так, сойдет на 4?- По пятибальной шкале ты ровно сто! Ты самый лучший врач на свете... .- Мне однако лестно. Спасибо, дорогая. Марс вернулся:- Ну что?!- Я был не прав, признаю, повезло!И тут они вдвоём с облегчением "Фух..."- А ещё, милочка, ты больше домой одна не ходишь, понятно? Ты хоть понимаешь вообще, что могло произойти, если бы я не шёл домой тогда?!- Ну... я понимаю, Филипс. Мне было страшно...- Да ты не представляешь, как я испугался [обнимая меня].- Представляю... ты так и не сказал, что со мной.- Да всё хорошо, чё ты переживаешь?- Ну...- Послушай, пожалуйста, - Филипс начал весьма серьёзно, - этот чел, он убежал короче. И я не знаю, что он с тобой сделал, ты была без сознания в общем три дня. И я сначала думал про самое ужастное конечно...- Что со мной?!- Он не изнасиловал тебя, возможно хотел, но нет.Он сказал это абсолютно неинтересуешимся голосом, будто ему всё равно. Просто не каждый услышит в его голосе дрожь, он в этом деле - мастер. За этими словами последовала такая милая, такая искреняя улыбка. И называйте меня как угодно: дурой, плаксой... но я реально расплакалась от счастья. Боже, даже я была уверена, что моё детство было кончено в тот вечер.