Глава 3

Следующее утро сочетало в себе элементы прошлого и позапрошлого: ранний подъем, однако сборов не было. Участвовавшие в поисках люди к 7 все уже встали, в районе 8 они, позавтракавшие, отправились на поиски. Однако на этот раз с нами оставили тетю Ирму.

Детям, большая часть которых тоже рано повыползала из палаток, заняться было особо нечем. Мы пожевали овсянку, поговорили о какой-то бесполезной ерунде и сели играть в Мафию. Впрочем, я скоро выбыла из игры: в голове, занятой беспорядочными мыслями, не было места для бездарных ходов игроков. Я сидела, пытаясь подумать о чем-то конкретном. "А что я делала в это время вчера? Тоже небось в Мафию играла. И Ася играла. Или тогда уже не играла? И правильно, впрочем, делала, что не играла, там такая дичь началась. Может, она реально в лес ушла, к медведям... Вдруг они лучше играют? Кстати, Марина же читает книжку про медведей. Вот почему она так пошутила... А есть ли в этом лесу медведи? Наверное, есть. Кабаны же есть. Лоси. Змеи всяческие, гадюки... А вдруг Асю гадюка укусила? Она упала от яда, парализовавшего ей ногу, прямо в реку, а потом и совсем онемела... Но почему она не закричала? Нет, вариант с медведями определенно лучше. Но ведь в лес она не шла. Или шла? Там сейчас ягоды. Наташа вчера целую кружку собрала, но ни с кем, кроме Марины, не поделилась. Жадная. Хотя, с другой стороны, ягоды собирать не так уж и легко. Мне ли не знать, постоянно в огороде эти клятые плоды дьявола по жаре пожинаю. Кстати о жаре. Вчера было довольно жарко. Неудивительно, что Ася купаться пошла. Да, она точно пошла купаться, я это помню. Она ж прямо мимо нас проходила в купальнике и с полотенцем на плече. Эх, вымахала она уже конечно. 14 лет человеку... Было... Да почему было-то? Что за пессимизм? Так, о чем это я раньше думала? Ага. Она точно шла купаться. А вернулась ли? Если бы вернулась, она бы по меньшей мере повесила полотенце с купальником сушиться. ТОЧНО! Щас узнаем, вернулась она с реки или нет."

- Ничего себе умозаключения, - покивала Тамара. - Дальше будет жестче, - уверила я.

Лагерь я обыскала довольно быстро. Купальника и полотенца нигде не было. Я подошла к раскладному столику, выпить для успокоения чаю (пусть и не зеленого, как у Марины). Интересно, я везде посмотрела? Перепроверить бы. - Лен, че делаешь? – Игорь подошел незаметно. - Думаю. - О чем? Хм, рассказать или нет? Пожалуй, все же да, помощь в любом случае лишней не будет. Я рассказала брату о всех своих мыслях и выводах. - Логично, - согласился он под конец. - Давай еще раз проверим, а то я что-то не уверена. Мы обыскали лагерь еще раз. Купальника с полотенцем так и не было. - А если его кто-то спрятал? - Значит, он убийца. - Не понял. - Вещи мамы и папы я проверила, там нет. А зачем кому-то другому чужие сушащиеся купальник с полотенцем? Разве только если он что-то скрывает. - Понял. - Молодец. Итак, или она не вернулась с реки, или ее убили. - То, что она сама на реке скочерыжилась, тоже маловероятно, кстати. Плавает она хорошо, течение тут несильное, да и в целом не так глубоко. - А ты прав, слушай. Даже если бы ее хватил удар, ее бы далеко не унесло, нашли бы сразу, особенно учитывая, какие в 20 метрах от стоянки коряги. - Получается... - Мою сестру убили. Так как дальше разговор не шел, мы выпили по чашке чаю. Потом еще по одной. - А если на нее все же напал дикий зверь? – предположила я. - Тогда бы она как минимум закричала. И следы бы определенно остались. Ну то есть или кровь, или что... - А как мы можем знать, что их нет, если мы лично там ничего не видели? - Тупишь. Там сейчас взрослые все обыскивают. Уже, кстати, во второй раз. - Хм, верно. Но все равно, пойдем, осмотрим на всякий случай.

Наша стоянка была в солнечном сосновом лесу, который заканчивался песчаным обрывом, исчезавшим весной из-за половодья. Метрах в 15 вниз по течению склон становился пологим, образуя пляжик, удобный для купания. Сразу после него начиналась череда коряг.

Мы начали осмотр. В первые же минуты данного процесса мы нашли кровь. - Ее не так много, - констатировал Игорь. Мы обошли пятно крови. - А что на это скажут взрослые? Продолжая осматриваться, мы пошли к поисковой группе. Они обшаривали коряги. - Так, дети, что вы тут делаете? – нахмурился папа. - Мы нашли... - Юр, мы еще раз за корягами посмотрим! – крикнул только что вынырнувший из воды дядя Шура. - Сейчас догоню! – ответил папа, после чего вернулся к нам, - так, дети, идите в лагерь и не уходите оттуда больше. - Но пап! Мы... - Живо! Мы печально пошли обратно, все еще, однако, всматриваясь в побережье. Я вздохнула. - Лен, а на что вообще мы надеялись? - Не знаю. Есть во мне какая-то вера, что мы можем помочь. - Как? - Мне почему-то кажется, что никто не занимался такими расследованиями. А это могло бы быть полезно. - Все слишком встревоженные для этого. - А мне будто хорошо! - Ладно, извини. В принципе, согласен с тобой. - Зря мы что ли вот это все выяснили? - Ну, - Игорь замялся, - помощь и понимание мы, конечно, не найдем. - Ага, ведь мы нЕсМыШлЕнЫе дЕтИ, - эту фразу я попыталась сказать папиным голосом.

- Кстати, довольно интересно, что расследование ведут дети, - сказала тетя Катя, - ни разу ничего подобного не читала. - Классно же, - усмехнулась я, - любые косяки автора можно списать на юный возраст детективов. Хотя мне кажется, что есть еще какие-то подобные книги.

- Давай продолжим копать. Делать все равно нечего, а так небось еще что-нибудь выясним. Я кивнула. - Одна проблема: если не хотим попасть под санкции твоего отца, лучше сидеть в лагере. - Мы можем опросить подозреваемых. - А кого мы подозреваем? - Хороший вопрос. Вернемся в лагерь и решим.