Глава седьмая

в которой учительница ведет себя странно

Две новенькие тоже были второгодницами. В прошлом году их видели в коридоре с 4 «В». Видимо, теперь их определили к ним в класс «Г», потому что он самый маленький из четвертых и у них всегда есть пустые парты.Несколько Кроликов приветливо улыбнулись. Но девочки не смогли войти в класс, потому что учительница остановила их на пороге:— А вы что тут делаете?— Нам в канцелярии сказали идти в 4 «Г».— Глупости. Вы перепутали класс.Девочка повыше робко повторила:— Но в канцелярии сказали «Г»!Тут синьора Сфорца совсем взбесилась:— Не смей мне перечить, грубиянка! Если я сказала, что вы перепутали, значит, так и есть!— Но…— Никаких «но»! Ты, что, слов не понимаешь? Сразу видно, второгодница!Остальные девочки внимательно слушали, а Приска уже вся извертелась за партой. Учительница позвала служителя, который заглянул в свои бумажки и сказал:— Все правильно. Эти две девочки записаны в 4 «Г».— Но это невозможно! — кричала учительница, — пойдите уточните в канцелярии. Мне обещали…— Извините! — вскочила Марчелла Озио, которая сидела на первой парте в ряду Кроликов, ближе всего к двери. — Простите, синьора Сфорца, может, вы спросите, как их зовут, и проверите, записаны ли они в журнале?Девочек звали Гудзон Аделаиде и Реповик Иоланда. И их имена были в журнале. Учительница побледнела.— Так. А почему же у вас тогда нету розовых бантов в голубой горошек? — злобно спросила она.— В галантерее их не осталось… — пробормотала Гудзон Аделаиде.— Надо было раньше думать, — отрезала учительница.Девочки пожали плечами.— Отлично. Сделайте мне одолжение: отправляйтесь домой, и чтоб духу вашего здесь не было, пока не достанете форменный бант! Вон!Иоланда и Аделаиде понуро пошли к лестнице. Приска вертелась за партой, как угорь на сковородке.— Послушай, как бьется мое сердце! — прошептала она, схватив Элизу за руку и прижав ее к груди. — Оно вот-вот разорвется.БУМ-БУМ-БУМ.— Не пугай меня! — взмолилась Элиза. Она прекрасно знала, что добром это не кончится — Приска не выносила несправедливости.И действительно, Приска уже встала и решительно направилась к двери.— Ты куда, Пунтони? В туалет еще рано выходить. К тому же, надо спросить разрешения.— Я иду не в туалет, я иду домой, — еле сдерживаясь, проговорила Приска. — Вернусь, когда достану розовый бант.— Что тебе в голову взбрело? Остановись! Ты что, не слышала, что я сказала твоей маме?Белые полные руки оказались неожиданно сильными. Они схватили Приску за плечи и водрузили за парту. Учительница велела Марчелле закрыть дверь.— А теперь начнем урок! — сказала учительница, как ни в чем не бывало сияя пунцовой улыбкой.