Глава 2. Тонкая грань

Моё сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышал весь стадион. Я не знала, от чего больше — страха, тревоги или чего-то другого, непонятного, но точно неравнодушного.

Макс, ничего не говоря, встал и отозвал Роберта в сторону. Я осталась сидеть, пытаясь отдышаться.

— Роберт, что это было?! — начал Макс сдержанно, но голос его дрожал от злости.— Что? — Роберт пьяно усмехнулся.— Она мне понравилась. Я хочу с ней пообщаться нормально, а ты… Ты лезешь и всё портишь.— Она мне тоже понравилась. И что теперь? — Роберт смотрел вызывающе.— Завтра поговорим, когда протрезвеешь. Спокойно обсудим.— Не-не-не. Сейчас давай. Я не люблю ждать.— Слушай, если я ещё раз увижу, как ты к ней пристаёшь — плохо всё закончится, понял?— Посмотрим, кого она выберет… — ухмыльнулся Роберт.— Я с тобой не собираюсь тягаться. Я тебя прошу как друга.— Увидим.

Макс вернулся. Я сразу почувствовала себя в безопасности.

— Всё хорошо? — спросила я.— Всё под контролем. Если он будет к тебе лезть — сразу скажи мне, хорошо?— Хорошо…— Ты обычно до скольки гуляешь?— Обычно до полдесятого…

Я взглянула на часы — уже было почти столько.

— Ой, мне пора. Нужно идти домой.— Можно я тебя провожу?.. — спросил Макс мягко.— Думаю, да…

Но тут, словно из ниоткуда, появился Луис.

— Нет. Я сам её провожу. — твёрдо сказал он.— А в чём проблема, если я её провожу? Или хотя бы мы вместе? — спокойно ответил Макс.— Потому что мне нужно с ней поговорить. — резко ответил Луис.

— Луис, я в состоянии сама за себя решать, — сказала я, чуть повысив голос.— Оливия, подороге поговорим, — бросил он хмуро.

Луис был для меня как старший брат. За два года он стал кем-то очень важным — защитником, опорой. Но в тот момент я почувствовала не поддержку, а давление. Мне хотелось остаться рядом с Максом. Хотелось дослушать, досказать, договорить.

Я попрощалась со всеми, обняла Макса. Он удивился, замер, а потом осторожно обнял в ответ. Это было неожиданно и трепетно. Но мы так и не обменялись номерами…

Всю дорогу домой Луис шёл молча, но лицо его было хмурым. Потом он начал читать мне лекцию — про осторожность, про опасных парней, про мою наивность.

— Луис, хватит, я устала, — перебила я его.

— Что? — он остановился.

— Почему ты всё время ведёшь себя так, будто я ребёнок? Будто я ничего не понимаю? Ты просто ревнуешь меня к другим, Луис… это ненормально.— Я просто не хочу, чтобы тебе снова сделали больно.— Луис, у меня ощущение, что всё повторяется. Как тогда, на твоём выпускном.— Нет. Не вспоминай.— Тогда не заставляй меня снова вспоминать.

Он замолчал. А я смотрела прямо перед собой, сдерживая слёзы.

— Ты серьёзно?.. — едва слышно спросил он.— Да. Хватит лезть в мою личную жизнь.

Я не попрощалась. Просто повернулась и ушла, оставив Луиса стоять в темноте. И где-то в глубине души родилась странная, но очень сильная надежда… что это только начало.