Глава 3: Эббигейл

  Из-за холодной погоды уже почти никто не обедает на школьном дворе. Столики, которые так заполнены в теплые дни, сейчас практически пусты, поэтому Эвен всегда обедает здесь. Сегодня он взял горький кофе и даже заставил себя купить салат. Но его организм просто отказывается воспринимать какую-либо еду, он отодвигает тарелку и пьет кофе.Он пьет один кофе третьи сутки и абсолютно не чувствует голода. Эвен думает, что он вообще уже ничего не чувствует, и не понимает: плохо ли это?Он смотрит в сторону ступенек, расположенных недалеко от столиков и замечает там компанию второкурсниц. Они о чем-то галдят, периодически заливаясь смехом. Одна из них все время оборачивается в сторону Эвена и чуть заметно улыбается. Ее волосы светлые и длинные, они нравятся парню. Но ее губы слишком тонкие. Если верить книгам, которые читает Эвен, люди с такими губами обычно оказываются бесчестными, корыстными и холодными.Эвен не стесняется изучать ее лицо, а она не отворачивается, позволяя делать это. Спустя пару минут, что-то шепнув подругам, девушка встает со ступенек. Компания вновь заливается смехом, а блондинка направляется в сторону Эвена. Парень следит за каждым ее шагом. Не отрывая взгляд, делает глоток кофе, когда девушка подходит вплотную.— Привет, ты новенький?Девушка садится напротив него и обворожительно улыбается.— Привет. Я учусь здесь уже два месяца, — отвечает Эвен.Он старается быть как можно любезнее, потому что он не в Нью-Йорке и больше не тот человек, которым являлся раньше.— И как тебе новая школа?Эвен собирается ответить ей, что ему очень нравятся учителя, которые здесь работают, но девочка смотрит через плечо парня, и в ее глазах читается страх. Она быстро встает со своего места, не дожидаясь ответа Эвена, и направляется к компании подружек.Парень находится в легком шоке от такого поведения, но вскоре видит, кого так испугалась блондинка. К нему за столик садится темноволосая девушка, она смотрит на него и ухмыляется. Эвен не понимает, чем он удостоился такого внимания, и вопросительно смотрит на неё.Ему требуется несколько минут, чтобы вспомнить ее, а точнее ее джинсовую куртку. Эта девушка хотела кинуться за ним в воду, и Эвену становится немного неловко. Трудно начинать новую жизнь в школе, где все будут знать, что ты псих.— Ты обронил, — говорит девушка, протягивая ему булавку.Маленькое серебряное украшение блестит у нее на ладони. Эвен называл эту булавку счастливой, ведь в ту ночь она была прикреплена к его пальто. Как она смогла разглядеть ее в два часа ночи в песке? У Эвена слишком много вопросов к незнакомке, но он просто забирает булавку.— Спасибо.Он цепляет ее на рюкзак, и переводит взгляд на девушку.— Я Эббигейл, — девушка протягивает свою руку.— Эвен.Парень пожимает ладонь. Эббигейл достает пачку сигарет из своего кармана и протягивает Эвену. Он отказывается, потому что сегодня уже достаточно выкурил. Девушка пожимает плечами и закуривает.Эвен продолжает пить почти остывший кофе. Эббигейл молча курит, и это напрягает парня. Он знает, что она задаст ему вопрос про ту ночь, но не знает, почему она до сих пор молчит. Не в силах больше выдержать тишину, он решает начать первым.— Наверное, ты хочешь что-то узнать о той ночи?Эббигейл внимательно смотрит на Эвена, стряхивает пепел на землю и говорит.— Эвен, послушай, мне нет до этого никакого дела. С каждым происходит какое-нибудь дерьмо, зачем мне об этом спрашивать?Эвену становится легче. Значит, ей все равно. Отлично. Он внимательно смотрит на нее. Вот она — девушка-бунтарка. Черные волосы до плеч, пирсинг в правой брови, подведенные черной подводкой глаза. Все это выражает один больший протест. Так же как и ее одежда. Она носит то, что удобно ей: черную длинную футболку с названием одной из известных рок-групп, джинсовую куртку с шипами и черные свободные штаны. Возможно, она феминистка. Может, даже бисексуальна.— Ты же не учился здесь раньше? — спрашивает Эббигейл.— Нет, я перевелся сюда в этом году.— И откуда же тебя принесло? — с искренним интересом вопрошает девушка.— Я из Нью-Йорка.— Серьезно? — Девушка даже потушила сигарету. — Что могло заставить переехать тебя в другую страну, тем более в эту дыру?— Семейные обстоятельства.Эвен врет, он не может назвать настоящую причину своего бегства. Он не может признаться, что ненавидит себя и был ужасным человеком. Эвен врет, это получается у него превосходно, и это еще одна причина ненавидеть себя.— Я много слышала о Нью-Йорке, наверное, там бесконечный поток людей?— Да, народу там действительно много, на улицах тесно и нечем дышать.Эвен говорит о Нью-Йорке с неподдельным отвращением. Это, безусловно, замечает Эббигейл, но не заостряет внимание.Она достает еще одну сигарету, на этот раз Эвен плюет на все, и тоже достает пачку сигарет марки «Ротмас» и делает затяжку. Звенит звонок на урок, но ему почему-то совершенно не хочется уходить, по всей видимости, его собеседнице тоже. Они так и остаются сидеть за столиком. Их тела пробирает дрожь, ноябрьский холод дает о себе знать. Эббигейл выдыхает табачный дым кольцами, и Эвена почему-то забавит это. Он улыбается ей, она смеется. Ее смех такой звонкий и заразительный, что удержаться невозможно, и Эвен тоже смеется, сам не замечая этого.Осенний ветер разносит листву по школьному двору, несколько птиц собираются у столиков, чтобы доесть остатки школьных обедов. Они прыгают на скамейки и столики и дерутся за хлебные крошки.В стенах школы царит тишина, учителя объясняют бестолковым ученикам новые темы, или, по крайней мере, пытаются их объяснить. Никто из них не замечает отсутствия двоих учеников. Эти ученики, в свою очередь, не замечают, как увлеченно болтают друг с другом.— Летом здесь не так уж и тухло, — объясняет девушка. — Сюда приезжают отдыхать студенты из разных городов, серферы, художники. Но в другое время года здесь серьезно можно умереть от скуки. Знаешь, на уроке истории нам рассказывали, что в двадцатые годы прошлого века здесь поселилась группа молодых художников-новаторов, и говорят, их работы были великолепными и весьма необычными для того времени. Если верить учителю, то они были здесь очень счастливы. Я часто думаю об этом, и не понимаю, что они нашли в этом городе.— Спокойствие, — не думая, отвечает Эвен. — Они просто искали место, где можно будет быть такими, какие они есть.Эвен не знает, о ком сейчас он говорит больше: о художниках или о себе. Он искал спокойствия, и нашел его на западе Англии. В узких улицах и низких домах, в воздухе, где всегда можно уловить запах рыбы, в пляже и бесконечном океане. Если бы только он мог родиться здесь, он бы никогда не возненавидел себя и не сделал того, о чем сейчас так жалеет.— Не хочешь сегодня прогуляться с нами?— Ты имеешь в виду компанию Николаса?Эббигейл кивает головой, Эвен усмехается. Будет очень забавно, если он придет к тому, от чего так старательно убегал.— Эббигейл, можно задать тебе один вопрос? Возможно, он будет звучать немного грубо.Девушка кивает, кажется, она уже знает вопрос, который ей задаст Эвен.— Просто мне кажется немного странным то, что ты находишься в компании Николаса. Понимаешь, обычно парни такого типа общаются немного с другими девушками, — с особой аккуратностью говорит Эвен.Эббигейл смеется, на ее щеках выступают милые ямочки.— Эвен, я вытаскиваю Николаса из самых беспросветных задниц, в которые он умудряется попасть, отвожу его бухого домой и знаю про него больше, чем кто-то из его шестерок. Мы вместе с самой песочницы. И если кого-то можно назвать его настоящим другом, то только меня. Я не собираюсь спать с ним, точно так же, как и он со мной. Поэтому ему плевать на мою фигуру и внешность, которая, как ты уже заметил, далеко не привлекательная.Эвен понимающе кивает. Эббигейл мила, но действительно не красавица. У нее много родинок на щеках, и сложный нос. Но Эвену нравятся ее высокий лоб и зеленые глаза миндалевидной формы.— Ну так что? Прогуляешься с нами?Эвен переводит взгляд с ее лица на стакан с кофе.— Как-нибудь в следующий раз.Парень встает из-за столика и направляется в сторону сквера. Он хочет домой, сегодня он слишком устал. Эббигейл остается в растерянном состоянии после отказа Эвена. Каждый мечтает быть в их компании.Что, черт возьми, не так с этим парнем?