Глава 2

Риддик долго бродил в тумане. Потом он услышал тихий легкий смех. Он обернулся и увидел небо. Небо начиналось прямо от берега, было прозрачным, и сквозь него виднелись мелкие цветные камушки. Дальше небо приобретало теплый бронзовый оттенок, а его волны и мелкая рябь на поверхности переливались мягким золотым свечением. Уже над головой небо светлело и превращалось в чистый, льющийся спокойствием свет. Риддик опять услышал смех и повернул голову. В небе стояла девушка. Она водила по небу руками, и оно разбегалось в стороны от ее ладошек и закручивалось белыми облаками. Девушка зачерпнула небо в ладошку и бросила его в сторону Риддика. Брызги упали ему на лицо, и он зажмурился. Небо было наполнено водой. «Ты помнишь?..» Девушка жестом позвала его к себе. Риддик медленно вошел в небо. Оно неожиданно ласково лизнуло ему ноги. Риддик провел по нему руками и почувствовал, что небо выталкивает его руки наверх. Он лег на поверхность неба и раскинул руки в стороны. Небо держало его, а тело стало свободным и невесомым, как никогда. Преодолевая сопротивление неба, Риддик пошел сквозь него в глубину. Теперь небо было везде. Тело покрылось маленькими пузырьками воздуха. Риддик провел по ним рукой, и пузырьки тонкими струйками побежали вверх. Все небо было пронизано лучами солнца. Он встал в один из лучей, поднял лицо и впервые не закрыл глаза, глядя на свет, в котором хотелось парить, как птица. Риддик прижал руки к телу, качнулся и выплыл на поверхность неба. Девушка смотрела кудато ему за спину. Риддик резко обернулся. И открыл глаза. Рядом с ним сидела девушка с огненнорыжими волосами и курила. Судя по количеству окурков, разбросанных вокруг, курила давно. Увидев, что он пришел в себя, она отмахнулась рукой от густого облака дыма и протянула ему остаток сигареты. – Меня зовут Гера. – Тонгайская кока, – вдохнув специфический вкус, определил Риддик и жестом отказался. – Она выворачивает душу и отправляет ее в потусторонний мир. Это опасно. – В потустороннем мире можно увидеть то, что не видно здесь, – сказала Гера. Риддик поднялся. В глазах потемнело, на лбу выступил холодный пот, и он опустился обратно на ящики. – И что ты видела? Гера бросила окурок на пол и раздавила его сапогом. – Тебе снился океан. Твое тело хочет есть. И... Твои ножики на месте. – А... Вот, что... Зачем тебе это понадобилось? – На тебе доспехи некромангеров. Я хотела знать: враг ты или нет? – И кто я? – А ты сам объясни, откуда на тебе доспехи, – предложила Гера. – А я послушаю и решу, что с тобой делать дальше. Риддик согласно кивнул – пока она держала в руках атомный кнут, ее желания были справедливыми. – Я был на ГелионПрайме, когда там появились некромангеры и начали хватать всех подряд, чтобы обратить в свою веру. Я убил некромангера, надел его доспехи и угнал корабль. – Убил некромангера? Разве можно убить то, что уже умерло? – Гера недоверчиво посмотрела на него. – Они не мертвые, – тихо произнес Риддик, вспоминая свое короткое пребывание среди некромангеров. – Они не чувствуют боли, но их можно убить. У них темнокрасная кровь, которая стекает с ножа, как и любая другая кровь. Они считают, что у них нет чувств, но я видел их проявления. Кажется, что их души спят, но они просыпаются вдали от их богов. – Богов? – В самой середине имперского флагмана находится Храм. Там обитают серые твари, покрытые паутиной. Некромангеры называют их своими богами или Святыми Мертвыми. Гера поежилась, ей вдруг стало очень холодно и неуютно. – Ты видел их? – Они пытались вытянуть из меня душу! – Риддик непроизвольно сжал кулаки и, вспоминая, как пепел сыпался сквозь пальцы, сказал: – Жалею, что не задержался там подольше. – А как здесь оказался? Некромангеры далеко отсюда. Риддик пожал плечами: – Элементы в двигателях начали взрываться, бортовой компьютер отказывал раз за разом. Я не отслеживал координаты прыжков. И когда перед собой увидел огромную планету, то решил, что уж точно не промахнусь и приземлюсь на ней. Как видишь, у меня это получилось. – Ты оказался в другой части Галактики. Здесь другие пути, другие ориентировки. Я даже не знаю, есть ли на самом деле ГелионПрайм. Я не понимаю, почему тебя так далеко забросило. Это все кажется неправдоподобным! Гера прошлась по сараю. Она всматривалась в лицо Риддика, прислушивалась к своим ощущениям и пыталась понять: правду ли он ей говорит? – Узнала, кто я? – спросил Риддик, наблюдая за ней. Она кивнула: – Твои глаза. На тебе будто вывеска висит, – и Гера провела пальцами по груди, – «Фурианец. Разыскивается всеми. Большая награда». Маскироваться не пробовал? Риддик отрицательно покачал головой. – Расскажи. – А о чем тут рассказывать? Ты, практически, не отличаешься от остальных людей. Тебя выдают твой рост, твои глаза и эти очки на них. И неуемный характер. Но характер не изменишь и рост не уменьшишь, а вот поменять цвет глаз довольно легко, хотя бы, с помощью контактных цветных линз. А если бы ты переселился в систему ШебаДуа на любую из планет, то среди странных местных жителей вообще бы ничем не выделялся, – и Гера развела руками: – Жизнь прекрасна и удивительна, когда у тебя на хвосте никто не висит. Встать можешь? Риддик, опираясь на руки, медленно сел. Голова кружилась, руки дрожали и не хотели слушаться. Надо было срочно восстанавливать силы. Наклоняясь в стороны, он осторожно проверил позвоночник, потом покрутил коленями и стопами. Переломов он не чувствовал, мышцы и сухожилия тоже были в порядке. – Караванщики постарались, – Риддик сделал шаг вперед и рухнул на пол. – Слабый ты какойто, – сказала Гера и покачала головой, глядя, как он лежит на полу и даже не пытается подняться. – Что с тобой случилось? Риддик уже догадался, что именно с ним случилось. Караванный доктор, судя по всему, колол ему один из наркотиков, которыми в тюрьмах усмиряли особо опасных заключенных. Или этот наркотик входил здесь в лечение... или стоило свернуть доктору шею. – Всё будет нормально, – ответил Риддик. – Ну, раз ты так говоришь, – Гера посмотрела на него, потом спросила: – Ты ел давно? Хотя, что я спрашиваю... Она принесла из бара чашку мясного бульона и одеяло. Горячая еда и теплое одеяло сделали свое дело – Риддик уснул. Гера тихо вышла из сарая и закрыла дверь. Она выгнала самоходную телегу из бункера и свистнула собаку. Огромная, метр в холке, собака, радостно гремя чешуей, перепрыгнула через загон и вскочила на соседнее сиденье. Гера вывела самоходку со двора и быстро, насколько позволяла каменистая дорога, поехала в пустыню. Когда поселок исчез из вида, она достала бинокль, осмотрелась и, не увидев никого из живых существ, набрала на пульте команду. Колеса втянулись внутрь, придав самоходке обтекаемую форму, и она поднялась вверх, вмиг обретая равновесие. Силовое поле накрыло кабину, защищая от ветра и песка, и самоходка, которая теперь даже отдаленно не напоминала самоходные телеги караванщиков, стремительно полетела в сторону Красных гор. Нетерпение гнало Геру в пустыню. Прошло четыре дня с тех пор, когда радар зафиксировал корабль, пересекший орбиту планеты. Сам этот факт не очень взволновал Геру – за время ее службы такое часто случалось: были и контрабандисты, пытающиеся нелегально приземлиться на планете, и одиночные корабли, получившие повреждение при неудачном перелете через астероидные пояса, и охранные корабли, ежедневно проверяющие внутренние планеты системы. Чужой корабль доставил только одну неприятность: разбившись в Красных горах, он нарушил связь с военной базой, которая там находилась. Торговый караван, шедший по маршруту через тот район, подобрал пилота. То, что торговцы привезут пилота к ней, Гера не сомневалась. Но когда она увидела на пилоте доспехи некромангеров, холодная дрожь пробежала по позвоночнику от одной только мысли, что к ним летит флот некромангеров. Сердце немного отлегло, когда она осмотрела пилота. Под толстым слоем заживляющего крема и отслоившейся обгорелой кожи она узнала Риддика. Этот человек, имевший неправдоподобную репутацию беглого каторжника, наемника и убийцы, вряд ли позволил бы навязать себе чужую волю и начал комуто прислуживать. Хотелось надеяться, что и доспехи и корабль были всетаки краденными. Но Риддик так и не объяснил, как за такое малое время он смог преодолеть такое чудовищное расстояние и оказаться здесь. Все эти сомнения и вопросы без ответов гнали Геру из дома и заставляли поздно ночью мчаться по пустыне в сторону Красных гор. Увидев вдалеке горы, Гера опустилась вниз на дорожную колею. Собака выпрыгнула из самоходки и побежала рядом, обнюхивая все вокруг и треща чешуей, которая время от времени становилась медного цвета. Редко, но в пустыне встречались люди, которых за несносный характер выгоняли из караванов. Гера считала их нелюдями, а собака – едой. В любом случае свидетели были не нужны. Часть горы опустилась вниз, и самоходка въехала внутрь. Монитор работал в ждущем режиме, и Гера активизировала его, положив на него ладонь. Свет в бункере зажегся, и на экране появилось лицо мужчины. – Привет, Гера, – поприветствовал он ее. – Как наш гость? Выжил? – Привет, Роберт, – ответила Гера, снимая шлем. – У нас в гостях Риддик. И он уже практически пришел в себя. – Как интересно, – Роберта присвистнул, и его глаза засветились. – Нда. Он в доспехах некромангеров, – Гера покрутила в руках шлем и села. – Базу восстановили? Связь? – Да, ребята постарались. Некромангеры, говоришь? – Сказал, что украл у них корабль. Сказал, что планета, на которой сейчас хозяйничают некромангеры, называется ГелионПрайм. Слышал про такую? – Надо поискать в архивах. Сразу не вспомню. – Вы его корабль обыскали? Маячков нет? – Нет. Гера с облегчением вздохнула. – Когда возвращаетесь? Роберт немного помолчал, а потом сказал: – Тут одна проблема возникла. – Ты о чем? – Приборы зафиксировали огромный скачок энергии. Хочу с этим разобраться. Гера нахмурилась. – Что делать с Риддиком? Ему можно доверять? – спросила она. – Он умен и наблюдателен, и сразу поймет, что здесь происходит. – Проснется – отпустишь. Если вернется с вопросами, тогда и будем решать проблемы. Я доложу о нем Совету. Поняв, что разговор окончен, Гера встала. – Гера, – окликнул ее Роберт, – Риддик – фурианец. Все будет хорошо. Риддик проснулся. Стены сарая давили, и ему катастрофически не хватало свежего воздуха, ощущения простора и свободы. Он снял с себя доспехи и вышел во двор, открыл ворота и пошел в пустыню. Пройдя метров сто, он сел на песок и уперся кулаками в каменистый песок. Это всё на что хватило сил. Риддик поднял голову и с тоской посмотрел в сторону пустыни. Сзади к нему бесшумно подкрадывалась собака. Риддик почувствовал ее еще во дворе и теперь обрадовался ее появлению. Собака, поняв, что ее услышали и ей рады, перестала таиться, подошла к нему и обнюхала. Мало кто знал, что эти чешуйчатые собаки были разумными. Они не воспринимали речь, только мысленный контакт, и ненавидели команды. В тюрьмах Риддик научился общаться с ними. Он мысленно представлял картину того, что хотел сделать вместе с собаками, и, глядя им в глаза, передавал образ. Собаки охотно помогали ему. Риддик почесал собаку за ухом и попросил помочь. Плотно сжав свою чешую, собака разрешила обнять себя за шею и потащила Риддика в пустыню. Вскоре поселок пропал за горизонтом, обозначив себя уходящим в черное небо ярким и мощным столбом главного посадочного луча космопорта. Риддик отпустил собачью шею и рухнул на песок. Собака ткнула его носом, перевернула на бок и начала зубами прикусывать позвоночник, потом руки и ноги. Через некоторое время Риддик почувствовал, как начали гореть и покалывать места укусов. Собака все сделала правильно. Риддик лег на живот, раскинув в стороны руки и ноги, словно пытаясь обнять землю. Делая все автоматически, он втягивал в себя воздух, мысленно пропуская его через руки, ноги и спину, возвращая себе контроль над каждой клеточкой своего тела. Время от времени он переворачивался на спину, на левый или правый бок. В какойто момент Риддик уснул. Теплый влажный ветер принес с собой запахи поселка. Человеческие цивилизации воняли всегда и везде. На любой планете, на первый взгляд необитаемой, стоило только принюхаться, и сразу можно было определить, в какой стороне живут люди – кислый запах немытых тел, гниющих помоев, отработанного топлива, железа – редко бывало иначе. Собака тяжело вздохнула и повернулась к поселку спиной. Чернота наступившей ночи медленно разбавлялась золотом восходящего на небе астероидного пояса системы. Преломляя лучи солнца в своих газовых облаках, пояс переливался всем красным спектром, от желтого цвета до фиолетового, и сверкал, словно бриллиантами, огромными ледяными глыбами. Неожиданно Риддик почувствовал, что ветер сменил направление. Повеяло холодом и свежестью. Риддик несколько раз глубоко вдохнул. Ветер крепчал, и вскоре их начало засыпать песком. Собака легла рядом и прижалась к нему. Когда Риддик открыл глаза, астероидный пояс занял собой уже треть неба. Собака встала, отряхнулась и глухо зарычала. Периметр космопорта освещался шестью боковыми лучами. Значит, там приземлился корабль. Риддик поднялся и с наслаждением потянулся, разминая каждую мышцу, чувствуя вернувшуюся силу. Собака нервно дергала ушами и смотрела в сторону поселка. «Чужие. Гера. Защищать», – уловил Риддик тревогу собаки. И они побежали в сторону поселка. Собака со всего разбега перемахнула через забор и оббежала двор, проверяя. Потом затихла в своем загоне. Риддик не торопился заходить в дом. Гера узнала его и, похоже, не поверила ни одному слову, но пообещала маскировку. С чего такая щедрость? Бесшумно прокравшись вдоль дома и бара, он осторожно заглянул в окно и прищурился от яркого света. Гера кудато собиралась: проверила ботинки, застегнула пояс с оружием на талии, и он увидел, что она взяла с собой не только пистолеты, но и атомный кнут и метательные дротики, надела перчатки. Одежда невзрачного цвета плохо скрывала ее фигуру, и Риддик почувствовал, что по его телу прокатилась горячая волна, а внутри зашевелился бес. «Посмотри, какая у нее нежная бархатная кожа... Посмотри, какая она мякенькая, – требовательно заурчал бес, глотая слюни. – Домашние девочки такие сладенькие... А у нас так давно все было...» Он потянул носом, пытаясь среди прочих запахов уловить запах Геры, который почувствовал еще вчера, закрыл глаза и прислушался. – Да. За цилиндры спасибо... – она с кемто разговаривала. – Заберу сама... Деньги как обычно... Скоро буду. Отбой. Гера выскочила из дома, на ходу застегивая куртку, и наткнулась на Риддика. – Вернулся? Их глаза встретились. – Хорошие глаза, – сказала Гера. – Цвет твоих глаз иногда называют «фурианским жемчугом», а чаще всего – цветом больших денег. В сувенирных лавках такие глаза продаются заспиртованными в бутылках и стоят очень дорого, потому что редко встречаются. Гера спустилась по ступеням и подошла к самоходке. – За баром, в жилых комнатах, найдешь душ. Там я приготовила тебе коекакую одежду и цветные линзы для глаз. Все ж лучше, чем это, – она ткнула пальцем в его очки, висевшие на шее. Риддик проводил взглядом громыхающую по дороге самоходку, а потом тряхнул головой и зарычал – то, что было надето на Гере, и что он принял за невзрачную одежду, было незнакомой ему военной формой. Когда самоходка скрылась, Риддик внимательно обыскал двор и заглянул в сарай. Сарай был забит пустыми ящиками, и на всех стояло клеймо, которым Альянс метил свое имущество. Под ворохом пустых мешков он обнаружил заряженные и старательно прикопанные в песчаном полу сарая элементы к двигателю корабля. Потом он вошел в дом и закрыл за собой дверь. Осмотрел жилые комнаты, нашел черный выход. Долго и с удовольствием стоял в душе, подставляя лицо, плечи и спину мощным потокам холодной воды. Надел одежду и сразу оценил ее. Похоже, эта девочка знала толк во многом. Тонкая майка с вплетенными в нее прочными нитями могла выдержать разряд силовика, не говоря уже про удары ножей и кастетов, и ничуть не уступала доспехам некромангеров. Штаны и куртка из темной плотной ткани с теми же нитями надежно защищали руки и ноги и выглядели самой обыкновенной одеждой любого торговца или наемника. Риддик услышал, что вернулась Гера. Он покрутил в руках контейнер с линзами и сунул его в карман, застегнул пояс для ножей, взял куртку и вышел в бар. Гера перекладывала информационные цилиндры из сумки в один из ящиков шкафа в своей комнате, откладывая некоторые из них в сторону. Один из цилиндров она взяла в руки, включила экран и начала перелистывать картинки, записанные в нем. Это был информационный цилиндр для вольных охотников и наемников, занимающихся поисками всего, что приносило деньги: людей, вещей, животных, кораблей и прочего. Здесь были снимки и видеоролики, суммы вознаграждения и информация о последнем местонахождении искомого. Фотография Риддика была на своем месте, но текст под ней изменился, и Гера нахмурилась, читая его. Риддик не врал, когда говорил, что был у некромангеров, но он не сказал главного. Но ни это интересовало ее больше всего. Быстро пролистав картинки, она остановилась на изображении планеты. Эта планета разыскивалась уже много лет. Ее изображение Гера видела в цилиндрах, датируемых несколькими столетиями назад. И ничего не менялось на картинке, кроме суммы. Гера печально вздохнула, выключила цилиндр, и только теперь увидела Риддика, который стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и наблюдал за ней. Он заметил боль и тоску в ее глазах. Но она не захотела объясняться, а он не стал лезть к ней в душу. «У нас у всех своя боль и свои тайны», – решил он и жестом пригласил ее выйти из комнаты. У барной стойки Гера налила себе спирта и залпом выпила его, прикрывая глаза. Спирт сначала обжег, а потом согрел горло, теплом разливаясь по желудку и всасываясь в кровь. Риддик смотрел на нее и улыбался – ему определенно нравилась эта девочка. Наконец, Гера открыла глаза и сказала: – В порту приземлился паром. Через несколько дней он отбывает на Магнус5. Обычно на пароме прилетает много сброда. Твое яркое появление наверняка оценили, и вполне возможно, что ктото из караванщиков тебя узнал и уже проболтался. Будь осторожен. Лично я ожидаю гостей, приятных и не очень, потому что тебя привезли в мой дом. И много вопросов, на которые я не собираюсь давать ответы. Гера села рядом с Риддиком, и посмотрев на него, сказала: – Ты зря не надел линзы. И зря сбрил волосы и щетину. Зазвонил телефон и Риддик от удивления поднял брови. Телефон? В этой дыре? – Здесь есть телефон? – Да! – Гера не слушала его. – Все доставлено и выгружено. Я лично проверила. Она бросила трубку на рычаг. – А что еще здесь есть? – Ничего. Затеряешься среди приезжих, осмотришься. Достанешь деньги и можешь улетать на пароме. Он ходит вкруговую по всей системе. На Магнусе9 есть межсистемный космопорт, там много разных кораблей и яхт. И больше возможностей для тебя. Гера открыла кассу, достала оттуда несколько кредитов и протянула их Риддику. Тот отрицательно покачал головой: – Я сам могу о себе позаботиться. – Ты – теперь человек, который прилетел с паромом. И малое количество денег вызовет меньше подозрений, чем полное их отсутствие. Риддик взял кредиты. – Ждать не буду, – сказала Гера, захлопывая за ним дверь.