Глава 46-я

Сквозь толпу застывшей нежити мы продвигались безмолвно, задерживая дыхание от вони, витавшей в жарком, и без того спертом до невозможности, воздухе. Глаза слезились, пот по лицу струился солеными потоками, желудок стонал от спазмов, сжимаясь в тугой узел в подреберье. Я изо всех сил старался сократить частоту вздохов, чтобы хоть на несколько секунд оградиться от сладковато-мускусного привкуса во рту, но чем больше я старался, тем большая порция вони проникала в легкие, вызывая обратный эффект. Чтобы прочувствовать этот эффект, вам надо задержать дыхание в воде, при этом продолжая активно работать руками. Чем на дольше задерживаешь дыхание, тем глубже потом вдох, тем больше порция дряни на рецепторы, визжащие от мерзости.Я переступил через лежащее на асфальте тело худощавого мужчины, осторожно поставил ногу между ним и маленькой девочкой без правой руки, перенес вес тела на одну ногу и обернулся в пол оборота, помогая Элизабет, придерживая ее за руку.- Господь всемогущий! - простонала она, на выдохе. - У меня уже голова кружится от этого запаха!По бледности ее лица и дрожащим пересохшим губам, я понял, что она не преувеличивает. Лиза и впрямь находилась на грани потери сознания.- Потерпи немного, - прошептал я, - еще немного и мы выйдем, где их будет поменьше, там вонь ослабнет.Хотелось бы самому поверить в это. Тем не менее, Лиза натужно простонала, чуть скривив нос от отвращения, и кивнула головой.- Поскорей бы.Наступив на что-то мягкое и скользкое, я пошатнулся и едва удержался на ногах, чтобы не завалиться набок. Лиза вовремя придержала меня за руку, не дав упасть. Я посмотрел под ноги и стиснул зубы от отвращения, едва сдержавшись, чтобы не блевануть. Оказывается мягкое и сколькое, было ничем иным, как размозженным черепом зомби-подростка, судя по остаткам лохмотьев, едва прикрывавшим сильно истерзанное тело, это был мальчик лет тринадцати. Одна из наших пуль снесла ему пол головы, оставшуюся часть растоптал я, глубоко увязнув в вязкое содержимое его черепушки.- О, боже! - настал мой черед помянуть имя господа, даваясь от рвотных спазмов.Из желудка начал подниматься комок, раздражая пищевод. Чтобы не начать рыкать над куском гниющей плоти, я поднял лицо вверх и закрыл глаза, пережидая пока спазмы не прекратятся.- Мне нужно несколько секунд, - только и смог прошептать я, хватая вонючий воздух ртом.Все остановились и замерли в ожидании.- Ну, давай же, чувак, соберись уже, наконец! - умоляюще простонал Тэрренс. - Совсем немного осталось!В очередной раз, совладав с собой, я кивнул, сжав остатки самообладания в кулак. Ти шел последним, замыкая нашу процессию. Он намотал вокруг лица полоску плотной ткани, которую оторвал от моей камуфляжной куртки, в надежде, что она убережет его от всепроникающего запаха смерти. Однако, судя по тому, как он кривил физиономию отвращения, этот нехитрый способ защиты не сильно помогал.Посмотрев за его спину, я прикинул, как далеко нам удалось отойти от фургона. Оказалось не так уж и много, не больше десяти метров. Черт! А по ощущениям мы протопали пару сотен метров.- Пошли, - сплюнув солоноватую слюну, прошептал я, выдернув ногу из склизкого капкана и делая первый шаг. Остальные последовали следом.Вот что удивительно. Стоило нам спуститься с фургона и войти в толпу зомби, как мы тут же перешли на шепот. Движения стали острожными, шаги вымеренными. Каждый понимал, что разговор в полный голос не способен их пробудить, да и прикосновения с толчками, им безразличны. Но, при этом, рефлекторно, на подсознательном уровне, старались вести себя как можно тише. Береженного - бог бережет!Через пару метров, мы уперлись в кучку, словно специально аккуратно сложенных трупов. По большей части расстрелянные нами зомби валялись на асфальте беспорядочно, кто как упал, здесь же словно нарочно в кучу падали.- Ти, давай сюда, помощь твоя нужна, - сказал я, перекидывая винтовку за спину, чтобы освободить обе руки. - Лиза, подожди нас здесь.Она вяло кивнула и отошла в сторонку, пропуская Тэрренса. Когда он понял суть помощи, которая мне нужна, полился непрекращающийся поток брани на испанском языке.- Прекрати вести себя как ребенок, - отдернул я его, заставив замолчать. - Можно подумать я от этого в восторге! Не разгребем эту кучу, придется лезть прямо по ним. Ты этого хочешь?- Уж точно не хочу! - встрепенулся он.- То-то, давай помогай.Справа, от проделанного нами прохода, начиналась стена дома, выкрашенная когда-то в сочный салатовый цвет, слева стояла толпа, посредине куча гниющего мяса с костями. Что нам еще оставалось делать? Выбор небогат, пришлось взяться за конечности и монотонно растащить трупы в стороны, складывая их штабелями вдоль стены. Когда мы перетаскивали очередной труп, Ти неудачно ухватился за его ногу, в результате сильного сдавливания кожи, она слезла вместе с приличным куском мяса, который прилип к руке. Это оказалось выше его сил. Тэрренс не выдержал и, сорвав импровизированный платок с лица, согнулся пополам, извергая скудный завтрак.Ценой немыслимых усилий над собой, я удержался, чтобы не последовать его примеру. Желая хоть как-то отвлечься, пока Ти оглашал окрестности утробным рыком, я стал рассматривать дом, вдоль которого мы двигались.Это был типичный техасский домик «средней руки», то есть для семьи с весьма средним по стране доходом, которая всю жизнь выплачивает ипотеку и, как миллионы ей подобных, откладывает деньги на разные покупки, дороже стоимости микроволновки. Дом был одноэтажным с высоким углом крыши, для того, чтобы оборудовать чердачное пространство в еще одну комнату. Как правило, в такой комнате находит свое пристанище старший из отпрысков. На фасаде два окна, и третье окно ванной комнаты, выполненное из непрозрачного матового стекла. Присмотревшись, я заметил в штукатурке вереницу пулевых отверстий, которые заканчивались мерзкого вида бурыми пятнами крови, давно высохшие на солнце. В самом низу, в аккурат около ливневого стока, виднелись окровавленные отпечатки пятерни. Не трудно догадаться, что здесь произошло полгода назад.