***

Прошло три часа, прежде чем Николай пошевелился, тихо застонав, было заметно, как все напряглись. Ти осторожно поставил недопитую банку пива на пол и потянулся за оружием, я сделал тоже самое. Лиза, совершенно позабыв об осторожности, сделала пару шагов в его сторону, намереваясь провести детальный осмотр, я остановил ее, схватив за руку.- Что делаешь?- Хочу проверить.Просто неслыханная безалаберность.- Нет уж, погоди, сначала я его осмотрю. – Сказал я, заводя ее себе за спину.Ти снял пистолет с предохранителя, отошел чуть в сторону, чтобы случайно, если придется стрелять, не задеть меня, я тоже вынул пистолет из кобуры и передернул затвор. Встав перед неподвижно лежащим Николаем, я поднял ствол, целясь в голову, и обратился к нему:- Николай, ты меня слышишь?Тишина в ответ. Я повторил вопрос, погромче. Николай застонал и повернул голову, отреагировав на мой голос. Спустя несколько секунд, он открыл глаза, наши взгляды встретились, и я облегченно вздохнул. Других признаком и не надо, если глаза не стали белесыми, совершенно лишенными зрачков, значит, он не превратился в зомби, как бы зловеще он не стонал. В этот момент я испытал неподдельную радость, едва сдержавшись, что не броситься к нему и не обнять.- Порядок! – Сказал я радостно и подошел к нему, присаживаясь на одно колено, пистолет вернулся обратно в кобуру.- Чтоб я сдох! – со своеобразным юмором, воскликнул Ти.Я склонился над Николаем.- Как ты, приятель? Как чувствуешь себя?Николай скривил лицо от боли и прошептал:- Ужасно пить хочется и башка раскалывается.Я посмотрел на Тэрренса.- Сейчас принесу! – Произнес он и побежал к багажнику внедорожника. Вскоре он вернулся обратно, принеся походную фляжку с водой.Мы втроем уставились на жадно пьющего Николая, словно впервые видели, как человек пьет воду. Когда он, наконец, напился, Лиза отстранила меня в сторону и пощупала у него пульс, считая удары.- Семьдесят три удара, достаточно слабо, но в пределах нормы. – Заключила она. – Что вы чувствуете?Николай поморщился, но приподнялся на локте. Чуть помотав головой, он ответил:- Голова болит, сухость во рту, словно и не пил вовсе. Перед глазами все плывет, никак не могу сконцентрировать внимание на чем-то одном. Руки, ноги дрожат, и я не уверен, что смогу самостоятельно встать. А в остальном? – Он замолчал, подбирая подходящее слово. – Живой, как я полагаю.Мы хором засмеялись, Николай поморщился и улегся на спину.- Дайте мне пол часика, и я буду на ногах.- Хоть час, дружище! – Ответил Ти, - За это стоит выпить!Конечно, выпить едва пришедшему в себя Николаю, Лиза не дала, тут же взявшись за его доскональное обследование. Я тоже отказался, решив сохранить полную трезвость ума, поэтому Ти остался с бутылкой пива в гордом одиночестве, спасибо хоть накуриться не решил.Николай оклемался. Скоро он, возможно, сможет встать на ноги, а значит, мы сможем продолжить путь. Я решил проверить обстановку снаружи и направился в глубь цеха. Накануне, в спешке обследуя помещение, ставшее нам временным убежищем, я заметил лестницу, ведущую на второй этаж, где располагались раздевалки и комната для рабочего персонала. По логике вещей, из этой комнаты открывался отличный вид на улицу, с противоположной стороны цеха, как раз туда, куда нам было нужно. Выезжать в ворота, через которые мы попали в цех, не было никакого смысла, так как единственный путь на свободу, был перекрыт упавшим самолетом. Если я правильно понял, вторые ворота должны были вывести на нужную нам дорогу.Я поднялся по лестнице наверх и покрутил ручку двери, которая оказалась запертой, причем изнутри. Плохой признак, значит те, кто ее запер, до сих пор были там. Прислонив ухо к двери, я прислушался. На первый взгляд все было спокойно, но мне ли не знать, как обманчива бывает тишина. Я постучал по двери, пару раз крикнул, привлекая внимание запертых внутри мертвецов. Как я и предполагал, помещение оказалось обитаемо. Не прошло и минуты, как на мой стук, отреагировали слабыми толчками и сдавленными стонами, за дверью послышались шаркающие шаги нескольких пар ног.