Глава 4

Невидимое понимание

- Знаешь, — Леора скрестила руки на груди и облокотилась о холодную стену, — я же ведь не под подозрением. Я могу встать и просто уйти.

В её голосе не было ни тени иронии. Только усталость и желание закончить всё прямо сейчас.

Вальцзен понимал: если она выйдет — второй шанс он не получит.- Можешь, — тихо сказал он. — Никто не держит тебя силой.

Сквозь трещины старого окна пробивался ночной воздух, принося запах сырости и далёкого дыма. Брюнетка обернулась и пошла к двери. Шаги отдавались скрипом старого пола.  Она ждала, что Вальцзен скажет хоть что-нибудь. Но он молчал.

Леора взялась за холодную ручку.Наконец-то за спиной раздался голос:-  Но если уйдёшь, — сказал он мягко, — они найдут меня. И, возможно, найдут тебя тоже. Они уже заметили тебя... Ты понимаешь, какие могут быть последствия.

Леора нахмурилась.- Думаешь, я не справлюсь?- Делай что хочешь, — он сделал шаг ближе, и половица тихо скрипнула, — но не говори потом, что я тебя не предупреждал. — Он задержал взгляд на ней. — Тебе самой не надоело так жить?

Несколько секунд в комнате царила глухая тишина. Было слышно, как где-то в стене шуршит мышь, а за окном завывает ветер. Леора сжала пальцы на холодной ручке двери, потом медленно отпустила её и вернулась на шаг назад.

- Как я могу доверять человеку, которого знаю всего несколько часов? — спросила она, не отводя взгляда.

Вальцзен фыркнул, будто её слова показались ему слишком предсказуемыми.- Ага. Уйдёшь. Оставишь меня тут одного, с этими ребятами на хвосте. Очень по-дружески.

Леора чуть приподняла бровь.- Мы же не друзья.Он на секунду задумался, но улыбку не убрал.- Да, — спокойно ответил парень. — Но ты мне помогла. А могла и проигнорировать.

Он посмотрел на неё чуть внимательнее, будто стараясь уловить то, что она сама скрывает.- Значит, внутри у тебя была причина. И, может быть, она всё ещё есть.

Комната была такой тихой, что слышался даже тихий скрип дверцы старого шкафа.- А пока останься, — сказал Вальцзен и протянул к ней руку.- Ладно, но сделай так что бы я не пожалела.                                   ***

Тишину нарушил тихий скрип из другой комнаты. Дверь открылась, и в комнату вошёл пожилой мужчина с подносом. Он поставил на стол глиняный чайник и пару чашек, а рядом — небольшую миску с печеньем, разными видами орехов и сухофруктами в пакетике.- Вам нужно немного согреться, — сказал он хриплым голосом, будто не задавал вопросов, а просто констатировал необходимость.

Запах чая быстро наполнил комнату, мягкий и терпкий. Леора села на край стула и, не раздумывая, потянулась к миске, выбрав сухой инжир и скрыла за губами. Один...и ещё один.Вальцзен с усмешкой наблюдал за этим.

- Ты серьёзно? — тихо пробормотал он. — Весь мир рушится, а ты жмёшься к инжиру.

Леора бросила на него косой взгляд, но не ответила. Сухофрукт исчез в её руке так быстро, будто она и правда давно к этому привыкла.-  У каждого свои привычки, — сухо заметила она. — И мир не рушится.

Мужчина налил чай себе, взяв свою чашечку в руки и  отступил в сторону, словно предоставляя им возможность самим решить, что будет дальше.- Так ты думаешь что сухофрукты не пища?- Неет, да что ты. Просто ты делаешь что жуёшь эти сухофрукты.

Леора хмыкнула, не удержав лёгкую улыбку.- Может, мне просто нравится, когда под рукой есть что-то предсказуемое.

Они сидели, не глядя друг на друга, около пяти минут. Воздух между ними стал гуще, будто чай в их чашках успел остыть, а мысли — наоборот, закипели.Брюнетка скользнула взглядом по комнате  завязывая волосы в пучок,и заметила, что старик всё это время стоит у окна, не двигаясь, с тем же подносом в руках. С самого начала их разговора он не сделал ни шага.

Леора перевела взгляд на Вальцзена и чуть кивнула на сторону девушки, будто между ними существовало невидимое понимание: «что-то не чисто».

Вальцзен поймал её взгляд, но не повернулся к окну сразу. Вместо этого он сделал вид, будто тянется к чайнику, и тихо сказал:- У тебя хорошее чутьё. Только не смотри на него долго.- Ты тоже заметил? — прошептала она, не шевеля губами.- Да. Он слушает. И явно не просто так.

В этот момент старик повернул голову, будто почувствовал их внимание. Его лицо оставалось спокойным, но в его взгляде было что-то настороженное — не страх, скорее ожидание.

Леора чуть сжала край стола.- Что делаем?Вальцзен улыбнулся — почти незаметно.- Для начала — доиграем.

Он поднял чашку, сделал глоток и громко сказал:-  Отличный чай, кстати. У вас всегда такой?Старик медленно обернулся.- Только для тех, кто знает, когда пора уходить, — ответил он спокойно.Леора чуть напряглась, чувствуя, как рука сама собой тянется к маленькому ножу, который лежал в кармане штанов.

Вальцзен медленно поставил чашку на стол.-  Звучит как совет, — тихо заметил он.- Или как предупреждение, — добавила Леора.

Старик посмотрел на них. Его глаза — тускло-серые, почти стеклянные — на миг задержались на Вальцзене, потом на Леоре.- Иногда одно и то же, — произнёс он.

Несколько секунд никто не двигался. Тишина снова стала плотной, как пыль в воздухе старого дома.Потом старик подошёл к столу, убрал пустую миску и сказал:-  Вы оба слишком шумные для этого места. Здесь слушают даже стены.

Леора чуть прищурилась.- Вы о чём?Он усмехнулся.- О том, что вы не первые, кто пришёл сюда прятаться. Но, может, будете первыми, кто уйдёт живыми.

Вальцзен встал.- Вы знаете, кто мы?- Я знаю, кого ищут, — спокойно ответил старик. — А вы, кажется, уже нашли друг друга раньше, чем следовало.

Леора медленно поднялась, чувствуя, как поднимается напряжение.- Почему вы помогаете нам, если знаете, что нас ищут?Старик кивнул на окно, где ветер раскачивал старую занавеску.- Потому что однажды я тоже бежал. И тоже думал, что спрятался достаточно далеко.

Он подошёл ближе, поставил чайник на место и добавил уже шёпотом:- Но если останетесь до рассвета — они найдут. Я видел людей у дороги. С фонарями. И вы — хозяин дома показал пальцем на паренька, потом на окно — знаете друг друга — сказав это он смотря пристально потрогал запястье.

Вальцзен быстро спрятал руку в рукав. Леора посмотрела на него с непониманием.- О чём он?

Киллер не ответил сразу. Только посмотрел на неё — коротко, виновато, как человек, который обещал честность, но оставил тайну.

Старик шагнул назад.— У вас меньше часа. Решайте, куда пойдёте. Дом больше не держит тишину.