794 глава

Глава 794 — Я бы очень хотел услышать твой рассказ о приключениях, которые привели Безумного Генерала в самый центр Дарнаса, – Морган, вновь достав из кольца пиалу, наполнил её вином и протянул Хаджару. – Но, увы, не располагаю таким количеством времени. Хаджар отпил. Как он и подозревал, терпкое и пряное. И, что удивительно, не самое приятное и нежное на вкус, что пил за свою жизнь Хаджар. Такое вино, какое сейчас потягивал правитель всея Дарнаса, легко можно было встретить в любой придорожной таверне. — Могу ли я задать вам вопрос, Ваше Императорское Величество? Морган неопределенно, но, вроде, позволительно помахал рукой. — Что вы здесь делаете? Император улыбнулся. В чем-то ностальгической, в чем-то не одобряющей, но в целом – весьма нейтральной улыбкой. — Любой из моих советников, – произнес он. – скорее бы вспорол себе живот, чем задал мне вопрос в такой прямой манере. — Я не ваше советник, Ваше Императорское Величество. — Да, – согласился Морган. – Это так. Позволишь задать тебе, юный Хаджар Дархан, встречный вопрос? Знаешь, почему Орун, несмотря на всю его силу, лишь мой цепной пес, а не новый Император Дарнаса? Признаться, Хаджар и сам, порой, размышлял на эту тему. В том, что Орун истово и от всего сердца ненавидел нынешнего Императора – сомневаться не приходилось. Но, при этом, он ему служил верой и правдой. — Потому, что он действительно умеет кусать и охотиться. В этом ему нет равных, – Морган отвернулся к витражу. При этом видел он за ним вовсе не разрушенный сад, а прошлое, объединявшее двух могущественнейших мечников Дарнаса. – Но при этом он не знает кого и когда ему кусать. Он как обнаженный меч. Безумно острый, но без хозяина – абсолютно бесполезный. Хаджар сомневался в том, что Морган захочет повторить это в лицо Оруну, но промолчал. — Сила – это лишь половина успеха на пути развития, юный воин. Вторая половина, – Морган указал пальцем себе на висок. – это твой разум. Держи его таким же острым, как твой меч, и, возможно, когда-нибудь, Дарнас получит второго Великого Мечника. — Чтобы вы, Ваше Императорское Величество, могли обзавестись вторым псом? — Всегда мечтал о псарне, – пожал плечами Морган. – Но вернемся к твоему вопросу. Я здесь только потому, что честь обязывает меня отплатить благом тому, кто сделал добро мне. Хаджар какое-то время вглядывался в глаза Моргану. Да, заяц, при встрече со львом, полагается на хитрость. Но Морган не был львом, а Хаджар –зайцем. Он ненавидел интриги и каждая лишняя минута в Запретном Городе заставляла его задыхаться от местной вони. Вони, созданной всей подковерной возней, что здесь велась. И король этой закулисной трепни в данный момент сидел перед Хаджар. Он, будто паук, уже раскинул свои сети и одно неверное движение приведет Хаджара к тому, что он сам себя спутает в плотный кокон. Кокон, из которого в последствии будет уже невозможно выбраться. — Вы знали о покушении. Скорее всего, еще до того как вам об этом сказала Ак… Её Императорское Высочество. Возможно, вы знали об этом еще до того, как ученики со всей империи отправились в Пустоши. Улыбка Моргана из нейтральной превратилась в хищную. Настолько, что по спине Хаджара пробежал строй мурашек. — Не слышу вопроса в твоих словах, юный воин. — А я не слышу опровержения, – парировал Хаджар. – И я очень сомневаясь, что Макин и Орун, обладающие Королевствами, пробились сквозь ваш купол. Может вы меня тут же казните, но я видел, что техника моего учителя сделала с вами, когда ударила в купол. Улыбка на лице Моргана померкла. — Осторожнее, Хаджар. Ты пока еще не пес – лишь щенков. А знаешь, что делают со щенками, которые никому не нужны? Их топят. — Возможно. Но если вы не приказали забрать мою жизнь ранее, то сейчас, после того, как схлопнулась ваша ловушка, это делать уже бесполезно. Морган скрестил руки на груди. — Поясни. — Я уверен, Ваше Императорское Величество, что организатором покушения являетесь вы сами, – как на духу, выпалил Хаджар. Какое-то время Морган молчал. Затем он молча положил на стол простой, солдатский, разделочный нож. Хаджару не требовалось намекать дважды. Он схватился за рукоять кинжала и, надрезав ладонь, произнес нужные слова клятвы. — Кто-нибудь кроме тебя знает? – деловым тоном, спросил Хаджар. — Я не успел поделиться своими мыслями с кем-либо. — Это хорошо… – протянул Морган. – Иначе Дарнас лишился бы сразу нескольких своих гениальных сыновей и дочерей… Хаджар опять поежился. Он не сомневался, что это была не угроза, а лишь простые мысли, произнесенные вслух. — Как ты догадался? — Сердце Ана’Бри. Все началось с него. О местоположении фэйре аристократы должны были узнать от кого-то. И я уверен, что этот кто-то – ваш человек. То же и с гробницей Декатера – ректор оказался лишь посредник между вами и учениками империи. — Ну и зачем же мне все это? Или ты думаешь, правителю Дарнаса больше заняться нечем, как детей развлекать? — Вовсе нет, – Хаджар отпил вина. Он до сих пор не был уверен, последнее ли это вино, что он пил в своей жизни или нет. – Вы лишь сплетали свою паутину. Одна нить – фейри, для того чтобы посмотреть кто из аристократов верен вам, а кто себе. — Аристократы всегда верны, в первую очередь, самим себе, – отмахнулся Морган. — Вторая – ученики, чтобы схлестнуть между собой наследников родов, –продолжил Хаджар. – Впереди война и крепкий аристократический кулак вам совсем не нужен. — Любой военный советник высмеял бы тебя. — Проблема военных советников в том, что они редко бывают на фронте. Мне хорошо известно, Ваше Императорское Величество, кто именно правит страной во время и после войны. И делают это не те, кто носят Корону, а кто держит в руках генеральский медальон. Морган промолчал. Хаджар же понимал, что попал в точку. Крупномасштабная война с Ласканом – неизбежная константа. А во времена таких потрясений слишком часто падают одни Императорские рода, а на их месте возвышаются уже совсем другие. — К тому же, я уверен, вы прекрасно знаете о всех высокопоставленных чиновниках, которые что-то имеют против и против кого имеете вы. Но если разбираться с каждым по отдельности, то у других могут возникнуть резонные подозрения и они станут осторожнее. Морган нахмурился. — Продолжай, – сказал он. — Поэтому, перед войной, вы решили избавиться от всех, кто мог бы пошатнуть трон в самый неподходящий момент. Вы собрали их всех в одном месте. Обезоружили. Сняли с них броню. А потом, в полной тьме, большинство неугодных погибли. Быстро, легко, и без потрясений для народа. Который, в свою очередь, воспылал лишь еще большей ненавистью к Ласкану. Почти минуту в лазарете висела тишина, а затем Морган поднял руки. Хлоп-хлоп-хлоп, зазвенели его аплодисменты. Хаджар же, лежа на перинах, вслушивался в их ритм, пытаясь понять, звучит ли там похоронный марш или же нет. — Выздоравливай, щенок Оруна, – Морган поднялся и направился к дверям. –Скоро продолжиться Турнир, а затем начнется война. Я рассчитываю, что и там и там, ты проявишь себя достойным своего учителя. Морган уже почти дошел до дверей, как Хаджар решился его окликнуть. — Но если догадался я – поймут и другие. Морган обернулся. Вновь сверкнула его хищная улыбка. — Поймут те, кто умен, – согласился он. – А тот, кто умен, чтобы понять, будет достаточно умен, чтобы испугаться. Не стоит недооценивать силу страха, юный воин. Морган уже развернулся, чтобы уйти, но остановился. Видимо, что-то вспомнил. — Кстати о страхе, – пространство вновь дрогнуло. – Моя дочь, Хаджар, была рядом с тобой. Пару секунд они играли в гляделки. — Выздоравливай, – повторил Морган и вышел за двери. Хаджару, опять же, не требовалось намекать дважды. И в то же время, Морган никак не угрожал. Он прожил достаточно долго, чтобы понять, что плевать в колодец, из которого однажды случиться напиться – плохая идея. Если бы он произнес слова угрозы, единственной угрозы, которая могла пронять Хаджара – угроза его родине, Лидусу, то пусть прошли бы века или даже тысячи лет, но в один день Хаджар бы пришел за головой того, кто осмелился угрожать его дому. Это понимал и Морган. Хаджар откинулся на перины. По его лбу стекали крупные градины пота. — Проклятье…