683 глава

Глава 683 В последующие дни заточения, Хаджар больше ни разу не видел Анна’Бри, сидхе Вечных Льдов гор Грэвэн’Дора. Чтобы этот титул не значил… О народе фэйрэ Хаджар знал лишь из сказок Земли. Причем каждый раз – разное. Приход христианства сильно повлиял на легенды древности. В итоге фэйрэ начали называть всех без разбору. От лесных духов и жителей мифического Тир’на’Ног, до фей и народа Туата де Дананн. На какие из этих сказаний опираться Хаджару – он не знал. Но был уверен в том, что все сказки Земли сводились к одному – никогда не верь фэйрэ, не соглашайся на их сделки и ничего у них не бери. Пусть этот волшебный народ и не мог лгать и никогда этого не делал, но при помощи правды они умели обманывать лучше, чем самый искуссный интриган – ложью. — Как же я ненавижу интриги… Хаджар, в последнее время, часто говорил сам с собой. Не потому, что ему требовалось собеседник, а просто чтобы согреться. Температура в ледяном тронном зале постоянно падала. Уже не помогал ни тулуп, ни активная медитация с меридианами и Ядром. Причина, по которой сидхе не убила Хаджара, была очевидна. Она просто использовала его в качестве приманки. Чем бегать по всему Грэвэн’Дору за оставшимися вторженцами, пусть те сами к ней придут. Клетка, которую она соорудила взмахом руки, помимо ледяных свойств обладала и каким-то совсем уж странными. Хаджар не был способен никак повлиять энергией на окружающий мир. Более того – он не мог призвать Черный Клинок или Зов. Дракон и меч будто замерзли в недрах его души. Они спали таким крепким сном, что у Хаджара не было возможности их разбудить. Разумеется, кроме пространственного кольца, свойства работы которого было сложно понять, не работал больше ни один артефакт. Даже амулет связи, оставленный Диносом, отказывался с чем-либо “связывать” своего хозяина. Энергия, которую он излучал, не могла пробиться сквозь ледяные прутья клетки. — Фэйрэ, – проворчал Хаджар. – Ненавижу, проклятье, фэйрэ. Интриги и фэйрэ всегда шли в одном предложении, так что неудивительно, что Хаджар воспылал к ним одинаковыми чувствами. Единственным, чем мог заняться Хаджар до тех пор, пока дела не примут острые обстоятельства, смотреть за ледяной витраж. Благодаря открывшемуся виду, он мог посчитать сколько суток прошло с момента его заточения. На данный момент, после очередного заката, когда зал постепенно погружался во тьму, начался отсчет третьего дня. Хаджар, глядя за витраж, думал о том, насколько он скучал по горным закатам и рассветам. Все же Лидус, как и Балиум, страны горные, не равнинные. А рассветы и закаты в горах… Пожалуй, только поэт сможет описать для жителя равнины, как это красиво. Хаджар поэтом не был. — Красиво. Всегда любил горы. — Почему? — В них спокойно. Тихо. И, как бы странно это не звучало с моей стороны, но близко к звездам. Особенно – ночью. Сразу чувствуешь себя свободным. — Разве эмиссар Князя Демонов может быть не свободен? — Никто в этом мире не свободен, Хаджар, даже боги. И, если есть и другие миры, то и там тоже – нет свободы. Иначе бы за неё не лились такие реки крови и… Ха, забавно, да? Горы всегда тянут меня на философию. Хотя, обычно, несколько в другом случае – в горах я всегда съедаю по парочке философов. Чтобы день не портили. Хаджар повернулся в сторону, откуда доносился звук знакомого голоса. Сидя на ледяном троне, покачивая ногой, отпивал из бутылки с вином его давний знакомый. Хельмер, Повелитель Ночных Кошмаров, эмиссар князя демонов, вновь решил навестить Хаджара. Одетый во все тот же хищный, клыкастый серый плащ, с широкополой, закрывающей лицо шляпой, кровавой сферой и роем черных комочков – непосредственных кошмаров, у его ног. — Зачем ты пришел, Хельмер? Демон приподнял указательным пальцем полу шляпы. — Неужели ты назвал мен по имени? Наши отношения явно перешли на качественно новый уровень. Могу ли я теперь называть тебя Хаджем? Или Хаджушей? Или как тебе приятнее? — Мне приятнее, чтобы ты проваливал, – честно ответил Хаджар. — Как грубо. Разве мама с папой не воспитывали маленького героя? Ой, не смотри на меня таким взглядом. Даже без этой клетки, ты бы все равно ничего не смог мне сделать. — Но я бы попытался, – едва не прорычал Хаджар. Хельмер поднялся, нарочито наигранно отряхнул пальто и ткнул указательным пальцем в сторону Хаджара. — За это я тебя и уважаю, Хадж… Нет, проклятье, не звучит. Будешь просто – Хаджаром. Так вот – за это я тебя и уважаю. Хаджар фыркнул и повернулся обратно к витражу. Появление Хельмера еще ни разу не сулило ничего хорошего, так чего бы сложившейся традиции так внезапно меняться. — Бутылка вина есть только у тебя, Хельмер. Так что выпить “за уважение” не смогу. — Ну так это легко решаемо, – демон подошел к клетке и уже было протянул бутылку, как внезапно отдернул руку. – неплохая попытка, Хаджи… нет, проклятье, и так не звучит. Что же за имя у тебя такое дурацкое! Вот ты когда с женщиной лежишь, она тебя тоже полным титулом кличет? Хаджар Дархан, Безумный Генерал, потомок первого из Дарханов и наследника Лазурного Облака, принца Травеса? Услышав окончание фразы, Хаджар забыл буквально обо всем. Даже о том, что не спросил о причине, по которой Хельмер не рискнул приближаться к ледяной клетке. — Травес не был принцем, – сказал Хаджар. — Ой, да неужели, – Хельмер, прыгнув на спину… так и повис в воздухе. Он размахивал перед собой бутылкой с вином и, то и дело, к ней прикладывался. – Не заставляй меня думать, Хаджар, что ты глупее, чем кажешься. А, признаться, ты и так кажешься далеко не самым умным человеком в мире. Это же надо было додуматься – довериться кучке изнеженных детей и отправиться за ними в Грэвэн’Дор! И ладно бы здесь действительно было что-то ценное для тебя. Так ведь нет, на общих начал поперся и… — Хватит! – рявкнул Хаджар. Как он уже давно понял – если Хельмера вовремя на заткнуть, то от его речевого потока могло весь Даанатан смыть. – Что ты имел ввиду, когда назвал Травеса принцем. — То и имел, – пожал плечами Демон. – что твой много раз “пра” дедушка, был принцем. — Он был пастухом. Я видел его воспоминания. — Ну да, ну да. И, разумеется, Императору Драконов внезапно потребовалось уничтожить племя пастухов. И, столь же внезапно, у простого пастуха появился талант, чтобы стать одним из сильнейших воинов-драконов. У него, столь же внезапно, появилась броня Божественного уровня. Учитель – один из Бессмертных. И еще, непонятно зачем, но Лазурное Облако владеет техникой “Пути Среди Облаков”. — Это низкоуровневая техника медитации, которая приводит лишь к Рыцарю Духа и… — Хаджи, Хаджи, – покачал головой Хельмер. – А ты в своей жизни не видел многотомных техник? Ну, знаешь, таких, в которых несколько томов и каждый последующей – сложнее и выше по уровню. Хаджар некоторое время молчал. Проклятые интриги!.. — Откуда ты все это знаешь? — А ты думал, что я нанял тебя на работу и не провел расследование с кем имею дело? Я не так глуп, как некоторые, Хаджар. — С чего ты это взял? — С того, что ты сидишь в клетке, а я, – Хельмер приподнял бутылку с вином. – пью замечательное вино. — С чего ты взял, – Хаджар едва было глаза не закатил. – что я работаю на тебя? — Потому что я все еще не знаю, что задумали Тарезы. А значит – условия нашей сделки пока не выполнены. Следовательно – ты работаешь на меня. Простая логика, дружище. Хотя, если ты и этого не улавливаешь, то твоему нынешнему положению я больше не удивляюсь. — Из клетки это выяснить тяжеловато. — И вот тут мы и подходим к теме моего сегодняшнего визита! А тема у него следующая –какого демона я, вместо того, чтобы принимать ванну из крови девственниц, должен вызволять своего же работника из ледяной тюрьмы? Хаджар пару раз молча хлопнул ресницами. — Ты собираешься мне помочь? Хельмер, внезапно, скинул свою маску клоуна и взгляд его алых глаз вновь не сулил ничего хорошего. — Я никому и никогда не помогаю, Хаджар Дархан. Так что теперь ты у меня в должниках. И, будь уверен, свой долг я заберу. С живого или мертвого.