太陽の覚醒 Taiyō no Kakusei - «Пробуждение Солнца»

「強さとは、誰かを守るために使うものだ。」“Tsuyosa to wa, dareka o mamoru tame ni tsukau mono da.”«Сила — это то, что используется, чтобы защитить кого-то».

— Какаши Хатакэ (Kakashi Hatake), учитель Наруто, известен как «Копия Ниндзя», мастер стратегий и лидер команды 7.

Чем закончится битва с Юки-онна?

Акт I: Пробуждение силы

Эпилог: В каждом мгновении — страх и контроль. Сила растёт, но вместе с ней растёт и внутренний холод, который напоминает о потерянном «я».

Гул в ушах.Голос снова режет сознание:«Активирован временный облик. Срок — 60 секунд.»

Снег трещит — кррр-ах.Деревья выгибаются, корни — трррах! — рвутся из земли, обнажая чёрные жилы почвы.Воздух вибрирует, как струна.Ветер носит ледяные крошки, шуршащие по лицу и волосам.

---

00:58.Солнечная голова прорывает темноту.Не свет — пламя.В глубине — Тэнгу-но-Тама, древняя жемчужина солнца и ветра.

Моё дыхание рвётся — шшшх, ххррр.Каждый вдох — иглы в лёгких.Пульс — тук, тук, тук.Пот течёт по шее, но внутри — ледяная жилка, напоминающая: ты теряешь себя.

— Не… ве-ро-я-ная… с-сила! — вырывается у меня.

«Эта гора силы давит на меня. Я должна найти преемника… Если жемчужина сожжёт меня, кто тогда?..»

Грудь сжимается, кровь кипит. Мышцы словно чужие, подчинены сиянию.

---

Акт II: Столкновение

Эпилог: Мир дрожит, но в паузах слышны капли, скрипы и дыхание — моменты, когда герои ощущают каждую деталь, каждое мгновение на грани жизни и смерти.

Уортон взмывает в воздух.Клинок срывается вниз.Дззз-крак! — металл тает, как свинец в пламени.Он отшатывается, глаза искажает ужас.

— Это… жемчужина Тэнгу! — хрипит он, видя миражи: крылатые воины зовут его в небеса.

«Я умру… Сгорю… захлебнусь в их смехе… ха-ха-хааа!» — мысли рвутся в голос.Он хватается за голову. Руки дрожат. В пустоте мелькает лицо врага, растворённое в сиянии солнца, пугающее сильнее атаки.

— Я-я… боюсь… её силы… — падает на колени.В глазах пустота. Тело ещё дышит, но душа словно замерла.

Тишина на мгновение.Ветер шевелит ветку, капля воды падает с ломающегося льда.Эхо шагов слышится на подгоревшей земле.Тук… тук… тук.И снова грохот.

---

Арайо прикрывает лицо руками. Его волосы треплет жаром.— Мир сгорит, если так продолжится! — кричит, голос тонет в грохоте.

Енма вытягивает ладони, сжимает пространство, замедляя мгновения для Тадакацу.Вокруг неё — дззз-щщщ, воздух рвётся, будто сама ткань времени трещит.

Тадакацу рычит, отбивает налетающие льдинки и камни.Тыньк! Шшрак! — клинок врезается в глыбы.Тело напрягается, сердце колотится. Каждое движение — борьба.

---

00:54.Солнечная голова гремит:— Я сожгу лучами весь мир!

«Но если мир исчезнет, где я найду преемника?» — думаю я.Ледяная пустота давит на сердце сильнее, чем жар.

— Я… те-бе… не позволю! — вскрикиваю.Хватаю солнечную голову. Лёд трррах! покрывает её, пар рвётся из трещин.

Пауза — дыхание мира задержано.Ветки скрипят, земля дрожит, горячие осколки касаются кожи.И сразу — фшшш-бум!Деревья падают. Одно летит прямо на меня.Я отпрыгиваю, ледяные осколки вонзаются в ногу и глаз.

Боль аааах! рвёт сознание.Кровь горячая, как угли. В центре груди — холодная трещина льда.

---

Моё тело ломает.Позвоночник словно в тисках.Мышцы извиваются, нервы дергаются.Каждый шаг — глуххх, крккк — земля ломается подо мной.Изнутри холод режет жар, разрыв страшнее самой боли.

---

00:50.Солнечная голова ревёт.Луч разрывает тьму.Воздух дрожит — вжжж-ууум!Земля трещит — крак-крак-крааах!Осколки летят во все стороны.Булыжник ударяет меня в грудь.Глух-бум! — и я влетаю в стену. Органы горят, дыхание сбито.

— Кха-аах!.. — кровь стекает по лицу.Дерево придавило Уортона.Тадакацу отталкивает глыбу льда.Енма держит время, чтобы он успел.

Тишина.Капля воды падает с ветки. Лёгкое эхо шагов.Только сердце и холодный звон внутри черепа.

---

Акт III: Прозрение

Эпилог: Вижу прошлое и будущее, понимаю пределы света и опасность собственной тьмы.

В голове вспыхивает видение:«Тайё-но-Тенгу (太陽の天狗) — воины солнца. На рассвете их тела светились, крылья пели светом. Они освещали самые тёмные уголки мира… но в мир нежити их свет не проник».

Понимаю: это предупреждение.Сила солнца не спасает всех.А я сама рискую стать тьмой, если не смогу её обуздать.

---

00:47.Ночь светла как утро.Лёд тает, остаётся только на моей коже.Километры леса — в руинах.Земля пульсирует жаром.

Я сливаюсь с пламенем.Секунды тают.И теперь — черёд второй головы.

---

Акт I — Пробуждение Тьмы

«Сила, что приходит из тени, требует сердца, готового платить.»

00:45Фиолетовая голова склоняется вперёд. Её губы вытягиваются в хищную улыбку.— Чёрная дыра… — выдыхает она, словно яд.

Я — Юки-онна. Чувствую, как её заклинание рвёт небо.Сначала — вспышка, тёмная искра. Воздух трещит.В центре мира появляется крошечная точка, чёрнее самой ночи.

Но я знаю: это не просто магия.Это зов Кагэ-но-Ками — Бога теней, о котором шептали монахи в горах.Его имя почти забыто, а легенда проста и страшна: он поглощает всё живое. Даже свет не может сопротивляться.Тот, кто откроет его, платит не силой, а будущим.

И теперь — он здесь.

"Но что если он не уйдёт из моего тела?" — думаю, сжимая ткань платья.Мысли формируются сами, поток нарастает. Страх становится ощутимее.Итог: "Я стану её послушной марионеткой. Без чувств. Без воли. Без цели."

— Я этого не допущу, — шепчу себе.

---

Акт II — Разлом Реальности

«Когда мир рушится, настоящая сила проявляется в тех, кто остаётся.»

00:43Лес выворачивается внутрь, будто его ломают когти невидимого зверя.Камни трещат, снег свистит в вихре, звёзды тускнеют.

Арайо падает на колено, зажимая уши.— Она высасывает не вещи… а реальность!

Энма держит песочные часы; песок внутри уже чернеет.Тадакацу упирается копьём, плечи дрожат, словно каждая стихия спорит с ним.

Я ощущаю дыхание Кагэ-но-Ками на шее и поднимаю голос:— Вы думаете, я сражаюсь ради себя? Нет. Мне нужен тот, кто выдержит это. Кто станет сильнее тьмы. Я ищу преемника. Без него моя сила исчезнет, а с ней — холод, что держит равновесие мира.

Пауза. Их лица замирают.

Арайо резко поднимает голову, глаза горят от гнева:— Преемника? Ты готова порубить мир ради каприза крови? Ради своего насилия?!

Его слова бьют сильнее ударов. Что он знает о цене одиночества и вечности, что пожирает?

— АААААА! — кричу я, и чёрная дыра дрожит, расширяясь ещё быстрее.

---

00:39Тадакацу разворачивает свиток стихий.Камни, змеи, водные лезвия и огонь на плечах оживают. Ветер рвёт пространство, металл дрожит.— Если это Кагэ-но-Ками… я призову всех духов!

Но воронка рвёт его чары, ломая их, как сухие ветви.

Короткая тишина. Он тяжело дышит.

"А что если я стану этим преемником?" — холод пробегает по спине, словно Юки-онна слышит его мысли.

---

00:34Энма закрывает глаза.Тик… так… тик… — время вязнет.Её волосы серебреют, кровь стекает по губам.— Я… не смогу долго держать…

---

00:30Арайо бросает Фудзин-но-Хаори.Буря сталкивается с чёрной дырой. Ветры воют, горы дрожат. Даже буря начинает исчезать в пустоте.

---

Акт III — Конец и Начало

«Каждое падение оставляет след, но сила остаётся тем, кто пережил ночь.»

00:18Моё дыхание превращается в дым.— Чт… что происходит? — слышу свой голос в нескольких плоскостях.Каждый шаг оставляет за собой провал.

Тадакацу впереди, Арайо — сверху на поваленых деревьях, Енма слева, Уортон сзади поднимается с земли.Галлюцинации ушли, но тело помнит.

Мои головы спорят, их крики сводят с ума.Тэнгу-но-Тама горит.Кагэ-но-Ками шепчет: «Отдайся — и будет вечность».

— Хватит! — рычу я.Когти врезаются в пустоту, трещины расходятся, как молнии.Небо и земля разламываются. Тадакацу вынужден отступить.

---

00:03Энма на коленях, часы превращаются в пыль.Арайо бледен, словно душа вытянута.Тадакацу держит щит стихий, но он дрожит.

Фиолетовая голова шепчет:— Вечность твоя. Отдайся.

Голос системы гремит:— Осталось 3 секунды.

Внезапно время замирает. Я не могу двинуться.Лица зависли, тела — без движения. Ни звука.Секунда. Вторая. Время снова идёт.

---

00:00Бум! — мир схлопывается. Чёрная дыра исчезает.Земля возле реки падает на Тадакацу. Вода касается меня, тут же испаряясь.Тадакацу хватается за бревно, Уортон плывёт на мече и ловит Енму за руку.

Спуск. Падаем сотни метров вниз. Плюх. Плюх. Плюх.Брызги воды летят во все стороны. Удар в груди — нож. Темно. Безжизненно. Холод пронизывает насквозь. Снег оседает, хотя облаков нет. Тишина.

"Я знала, что уже не проснусь прежней, но сегодня у меня оставалась битва."

Я возвращаюсь в прежний облик. Лёд на коже трескается, вены почернели. Каждый вдох — как нож.

Падаю на колени. Половина жизни ушла. Не годы, а сама сила.Как в легендах о Харагами — духах-покровителях, что берут плату не золотом, а душой.

На месте дыры — вывернутая земля, разбитые скалы, щепки деревьев.Пахнет смертью. Лёгкое притяжение к точке, где была чёрная дыра, всё ещё ощущается.Звуки проваливающегося мира бьют по ушам.

Акт I — После Бури

«Тишина не лечит. Она показывает, что мы всё ещё живы… но уже другие.»

Уортон подходит, шатаясь. Рука вся в ожогах, вены светятся.— Шш… ты… ты выжила… но больше не та, — хрипло, с резкими вздохами, говорит он.— Хрр… если это только начало… что будет потом… каа…

Энма держится за сердце.Арайо падает от усталости.Тадакацу смотрит в небо.

— Шш… мы лишь увидели крошку силы богов… и едва не исчезли… эх… — тихо, с придыханием, произносит Тадакацу. Каждое слово давит, как тяжёлый доспех.

Внутри меня два голоса. Они ждут.— Хрр… цена будет выше… — шепчет Юки-онна.Я слышу, как Уортон шипит в голове:— Кха… подготовься… они вернутся…

Тишина после бури не похожа на мир.Снег лежит неровно, будто мёртвый.Даже птицы молчат.Даже ветер не шевелит ветви.

Я на коленях. Дыхание рвёт горло.Лёд на теле трескается. Статуя. Вот-вот рассыплюсь.

— Шш… солнце твоё…— Тьма твоя…

Я закрываю уши. Бесполезно.

---

Акт II — Ветер и Свет

«Каждый из нас несёт силу, которой не ожидал… и цену, которую боится признать.»

Уортон — ТэнгуОн хромает. Кожа вся в ожогах. Вены светятся изнутри, как жидкий свет.— Я… я чувствую, как Тэнгу-но-Тама горит во мне… кхр! — стучит по груди. — Будто кто-то зашил мне солнце под кожу… каа…Глаза мутнеют. Золотые искры.— Это не рана… хрр… это клеймо… я не умру человеком… крр…

Он пытается улыбнуться. Губы потресканы, кровь стекает.— Хе… ха… — хриплые смеховые выдохи.

Энма — старшая духиня времениСидит на снегу. Волосы седые, кожа морщинистая.Рука на сердце. Песочные часы у ног — в прахе.— Шш… я остановила время… но оно забрало моё… эх…— Каждая секунда стоила года… ттт… и я не знаю, сколько осталось.

Поднимает глаза на меня.— Теперь я ближе к Токи-но-Ками, чем к людям… шш…

Арайо — ФудзинЛежит на земле, едва дышит. Ветер кружит вокруг.На груди расползается татуировка — древние символы ветра.— Фудзин… оставил след… фшш… я отдал ему свой голос… ввв…

Попытка крика обрывается шёпотом.— В…в…етер теперь говорит вместо меня…Смех глухой, рваный: «хх… хх…»

---

Акт III — Цена Врат

«Не жизнь. А всё, что делает тебя тобой.»

Тадакацу — воин пяти стихийСтоит прямо. Доспехи трещат. Копьё почернело.— Пять стихий сломались… гхр…— Я чувствовал их… тсс… но у каждой была трещина…

Сжимает кулак.— Даже пять стихий не выдержали силы Кагэ-но-Ками… гхр…

Смотрит на меня.— Ты стала сосудом… тсс… Если боги решат вернуться… они будут идти через тебя…

Я — Юки-оннаДыхание замедляется. Поднимаю голову. Их лица. Их судьбы — изменились.

— Шш… мы… не победили… мы выжили…

Секунда тишины. Хруст снега под ногами.Уортон хрипит:— Если это только начало… что будет, когда они проснутся полностью… каа…

Закрываю глаза. Голоса шепчут синхронно:— Следующий раз… мы хотим большего… хрр…

Цена будет как у врат. Не жизнь. А всё, что делает меня мной.

Тадакацу медленно разворачивается. Шаги тяжёлые, словно тянут вниз стихию. Проходит мимо, задерживается на миг. Губы почти не двигаются. Слова — тише ветра:— Я сказал Ами, что вернусь… даже если не с телом — с именем… тсс…

Он отворачивается. Никто, кроме меня, не слышит.

Мороз внутри трескается сильнее любого заклинания.Теперь я знаю: у него есть то, что держит его. А у меня — нет.

Тишина растягивается. Настоящая.Птицы молчат.Снег мягкий, воздух — терпим.

И в этой странной, мёртвой тишине понимаю: для Ами идёт самая тяжёлая битва.Она ждёт его, не зная, каким он вернётся.

Акт I: Лепесток среди пыли

«Даже среди теней и пустоты, маленькое сердце может держать свет»

Я стою на коленях среди заброшенной библиотеки. Полки высокие, я — словно маленький лепесток сакуры, застрявший между ветвей.

Шаг. Плечом задеваю башню книг. Пыль в воздух.— АПЧХИ! — чихаю, рука прикрывает нос.Взгляд падает на книгу с рисунком оцелота.— Что это за книга? — шепчу, поднимая её. Обложка толстая, потёртая. Кот стройный, глаза вертикальные, жёлтые, как янтарь. Пахнет пылью, смолой, старым картоном.

Листаю страницы. Пальцы дрожат. Шёпот страниц зовёт читать дальше. «А вдруг… что-то здесь оживёт?» — думаю, сердце ёк.

— А… Ами… — сзади кто-то шепчет.Оборачиваюсь — никого.— А! — вздрагиваю.Вспоминаю слова Тадакацу:— Ами, мне нужно победить Юки-он…— Ты вернёшься?! — перебиваю, сжимая ткань платья.— Да.— Обещаешь? — вытягиваю мизинец.— Обещаю.

Сердце бьётся Бум-бум, словно барабан Асур. Тепло внутри, но пустота не уходит.

Я крошечная, пять лет. Три лица — одно улыбается, второе хмурится, третье наблюдает мир. Руки неугомонные: держат трещотку, теребят подол, шарят в кармане, хватают всё подряд. «Пуф! Ах…» — каждая мысль прыгает, как трещотка в руках.

Фиолетовые волосы струятся, как крылья стрекозы, в них застрял лепесток. Платье цвета персиковой сакуры колышется, подол путается в ногах. Камушек в кармане — маленькое сокровище, память о родителях.

Трещит пыль. Полки скрипят. Беру куклу на полке — блондинистая, в розовом платье. Она качается, словно идёт по воздуху. Старая бумага, сырость, плесень, сладкий запах засохших яблок.

— Ммм… пирог! — улыбается одно лицо.— Фу… мокрый подвал… — морщится второе.— Тепло… как у мамы… — шепчет третье.

Тадакацу сказал: "Оставайся. Я вернусь."Закрываю глаза. Верю, но пусто внутри. Скручиваюсь, словно эмбрион.— Мама… Папа… Тада… — шепчу.— Давай поможем ему! — вторая голова гладит волосы.— Как? — глаза красные от слёз.— Любопытство — твоё главное оружие.

Киваю. Бегу, спотыкаясь о подол. Шлейка зацепилась за стул. Ах!

---

Акт II: Взрыв огненной птицы

«Страх и восторг могут жить в одном сердцебиении»

Вдруг — Вжжж! Бах! — выстрел. Уши закладывает. Я падаю на колени, подол путается, держу шкаф и игрушку, дрожу.— Ай! А вдруг она попадёт не туда? — мысли скачут, дыхание короткое.

И тогда воздух вспыхивает. Из пушки вырывается огненная птица. Крылья шире неба, клюв кричит, как Асура из легенд. Запах мёда смешался с гарью. Горечь и металлический привкус крови щекочут ноздри.

— すごい! (Сугои!) — думаю, восторг переплетается с ужасом.— А вдруг… упадёт? — ещё одна мысль скачет, сердце ёк.

Я прячусь за книжной полкой. Шёпот Асури рядом:— Не бойся, крош… — хвостик обвивает шею, как шарфик.— プフッ! (Пуф!) — он прыгает, шевеля ушами, смешно и чуть дерзко.

Поднимаю пушку снова. Закрываю глаза.— Пли…

БАХ! Огонь складывается в птицу. Она несётся вперёд, атака летит к Юки-онна. Пульс боя, гул в ушах, жар и дрожь земли. Восторг и страх смешались, будто огонь в груди.

— Я… сделала это… — шепчу, улыбка срывается сама. Асури трётся о щёку.— クスッ! (Кусу!) — он смеётся тихо, будто подшучивает, когда я пугаюсь.

---

Акт III: Сила маленького сердца

«Даже крошка может держать в руках весь мир»

Смотрю в окно — Тадакацу поднимает голову. Наши взгляды встречаются. Он улыбается. И смех вырывается сам собой.Одно лицо смеётся, второе хмурится, третье шепчет: "Я сильная".

Я уже не просто девочка с куклой и трещоткой. Я часть силы. Часть битвы. С Асури, с камушком, с моей кашей на платье.

— Мы справимся, — шепчу. — Вместе.И в голове всё ещё: "Обещание… Тадакацу… вернётся".

Акт I: В ладонях света«Свет хранится не в силе, а в тех, кто умеет смеяться сквозь слёзы»

Я хватаю пушку. Руки трясутся. Но дрожь не пугает — она толкает меня вперёд.Асури шевелит ушами, глаза горят. Он чувствует всё, что я чувствую.

Лапка мягко касается моей руки. Вздрогнула. Хихикаю. Щёки горят. Не отпускаю пушку. Тепло пробирает ладонь. Пушка будто игрушка. И мы держим её втроём.

— А если промахнусь? — мысли скачут. — Попаду в Тада?Качаю головой, отгоняя страх. Асури моргает, непонимающе.

— Что случилось? — подлетает ближе.— Боюсь… — шепчу. Ладони холодные, хотя библиотека тёплая.— Обнимашки хочешь? — расправляет лапки.Киваю. Лапки обвивают шею. Тепло, как у мамы. Пальцы трогают мех.

— Хи-хи, щекотно! — смеётся Асури.

Я выдыхаю. Энергия течёт в пушку. Мы втроём: я, пушечный кот, фамильяр. Ворчливый, но верный.

Вспышка. Свет слепит. Снаряд летит.Резкий поворот пушки. Толкаю вихрь. Ствол дрожит, отдача бьёт плечо. Лицо кривится. Асури мурлычет.Снаряд отклоняется. Юки-онна падает на Тадакацу. Кажется, всё потеряно.

БУМ! — снаряд влетает в живот. Боль, крики, кровь. Юки-онна держится за голову. Зрачки бегают.Тадакацу оборачивается. Ищет виновника. Видит крошечные руки, держащие пушку. Кивает. Но бой продолжается.

— Тада! — выкрикиваю. — Держись!Слёзы и смех смешиваются. Дразню хвостик Асури. Фыркаю, тру нос о плечо. Солёные слёзы попадают в рот.

Горечь дыма и смолы снаружи. Внутри — запах бумаги и старых книг. Словно кто-то гладит по голове и шепчет: «Не сдавайся».

Я залезаю на пушку. Приг! Ловлю равновесие. Асури подпрыгивает рядом.

— Молодец! — мурлычет. Хвост дёргается, как флажок.Я хватаю его лапки. Мягкий мех. Понимаю: мы спасли Тадакацу. Его мысль скользнула ко мне: «Ами, спасибо».

Радость переполняет. Прыгаю. Асури идёт в такт.— Спасли Тада! — смеюсь.— Спасли! — повторяет Асури. Смех заразительный.— Асури давай дружить! — воскликаю я.

— Давай. Ты мой первый друг. — пищит от радости Асури.

Заливаюсь в улыбке. Обнимаю её прижимая к щеке. Асури сразу отвечает.

Сердце скачет. Я тихо смеюсь, прикрывая рот ладонью, чтобы не рассмеяться громко. Это победа маленькая, но настоящая. Я сжимаю игрушку Асури, любимую, я верю в него.

Обнимаю пушку. Катаюсь, шепчу «спасибо». Асури кладёт лапку на плечо. Глаза блестят, как росинки на листьях сакуры.Я улыбаюсь сквозь слёзы.— Я доверяю тебе… — шепчу.

Пальцы касаются полосы света с пылью. Смех вырывается. Ветер шевелит полы, страницы. Запах гари, пепла и бумаги сливается с ощущением битвы.

— Стану сильнее, — шепчу, сжимая рукоять.Каждый выстрел — связь с Тадакацу, родителями, Асури. Он мурлычет, трётся о щёку.

Щёки щекочет солнечный свет. Я машу Тадакацу, он улыбается. Касаюсь Асури — тепло даёт чувство безопасности.

В тени у окна мелькает фигура. Лишь мгновение. Шорох. Маленькие глаза сверкают.Это Курама-кэнгу, редкое японское существо, наблюдающее бой. Его тело почти растворяется в воздухе, как дым. Мерцает странным светом, будто сам воздух дрожит рядом с ним.

Я не знаю, что оно хочет. Помогает или следит? Лишь легкая вибрация подсказывает — Курама-кэнгу чувствует исход боя. Его присутствие остаётся загадкой, как тень между страницами древней книги, которую ещё предстоит открыть.

Сжимаю пушку. Сердце замирает. Ветер шевелит страницы. Дым смешался с запахом бумаги.Библиотека оживает: шорох книг, мерцающий свет, холодный сквозняк, шум битвы.

Бой Тадакацу ещё не окончен.— Смогу ли защитить его снова? — тихо спрашиваю.Асури мурлычет. Хвост дёргается. Я улыбаюсь. Мы втроём. И это ещё не конец.

Дождётся ли она его?

Сноски:

強さ (Tsuyosa) — сила.Тэнгу (天狗) — крылатые духи-воители в японской мифологии, известные своей гордыней и магией ветра.Тэнгу-но-Тама (天狗の玉) — «Жемчужина Тэнгу», мифический источник силы солнца и ветра.Тайё-но-Тэнгу (太陽の天狗) — «Солнечные Тэнгу», легендарные воины света, освещавшие тьму.Кагэ-но-Ками (影の神) — «Бог теней», древнее божество, пожирающее всё живое, даже свет.Фудзин (風神) — Бог ветра в японской мифологии, его дыхание несёт разрушение и свободу.Фудзин-но-Хаори (風神の羽織) — «Одеяние Фудзина», магический плащ, связанный с силами ветра.Токи-но-Ками (時の神) — «Бог времени», хранитель мгновений и судеб.Харагами (原神 / 腹神) — духи-покровители, забирающие не золото, а душу и жизненную силу.

Юки-онна (雪女) — «снежная женщина», дух холода из японского фольклора, появляется во время вьюг.Асур (阿修羅) — божества-воители индийской и буддийской мифологии, символ ярости и битвы.すごい (Сугои!) — «Ух ты!», выражение сильного восторга по-японски.プフッ (Пуф!) — звукоподражание лёгкому смешку или прыжку.クスッ (Кусу!) — тихий смех, похожий на хихиканье.Курама-кэнгу — редкое вымышленное существо: полупрозрачный дух-наблюдатель, дрожащий в воздухе, словно дым.