Попытка первая

Лиса

Я нервно оглядываю людей, собравшихся на закрытой вечеринке, устроенной какими-то богатеями. К этой роскоши я абсолютно равнодушна, ведь прекрасно знаю, что за сияющими лицами скрываются зависть, алчность и ненависть. На самом деле я в яме, кишащей змеями.

И я здесь главная змея.

Время тянется невыносимо медленно, и мне впервые в жизни страшно. Я боюсь увидеть человека из прошлого. Боюсь и одновременно старстно этого желаю. —Алиса, — Голос за моей спиной низкий и бархатный, но тело мгновенно бросает в дрожь, — Неожиданная встреча. Я медленно поворачиваюсь на негнетущих ногах и встречаюсь с цепким взглядом глубоких голубых глаз.

До боли знакомых. До боли родных.

Он сильно изменился. Я едва узнаю в нём милого подростка с острыми локтями и неряшливой причёской, с которым мы пили сладкую газировку из одной бутылки. Николай, кажется, стал выше, ведь мне приходится задирать голову, чтобы смотреть ему в лицо. Волевой подбородок, плотно сжатые губы, загорелая кожа, коротко остриженные тёмные волосы и пронзительные глаза цвета моря в шторм. От моего Ника не осталось ничего кроме воспоминаний и терпкого привкуса приторно-сладкой газировки. —Да брось, ты ведь прекрасно знал, что я здесь буду. Агенство вот уже несколько недель выслеживает меня, — Я пытаюсь храбриться, хотя коленки предательски подгибаются, — Твоя ложь чувствуется за километр.— Считаешь, что знаешь меня? — Его голос сочится ненавистью.— Ты бы не пришёл сюда по своей воле, ведь презираешь этих богатеев, которые только и умеют  что тратить, — Я подхватываю его бокал с вином и делаю глоток, пытаясь скрыть за этим наглым действием нервозность, — Но, стоит признать, у тебя хороший вкус. — Презираю, — Кивает Ник, игнорируя мой фривольный жест, и наклоняется ко мне ближе.Сердце бешено колотится от смеси страха и сладкого волнения. Я всё ещё помню нашу детскую любовь, которая теперь отзывается во мне болезнью, как недолеченная ангина. — Тебя я презираю больше всех, — Его колкие слова сыпятся на меня, будто град мелких камушков. Я содрагаюсь и старые воспоминания с пекущей горечью всплывают в моей голове.

Я хренова предательница.

Наши пути с Николаем разошлись три года назад, незадолго до того как он стал агентом. Мы вместе учились в Академии Агентов Надежды, вместе мечтали о блистательной карьере и пообещали друг другу стать напарниками во что бы то ни стало, а потом я просто сбежала. Стала работать на противников Агенства, потому что те предложили мне кучу денег.

Алчная сволочь.

— Полагаю, Агенство приказало тебе привести меня.За мной охотятся уже какое-то время и дело не в том, что я преступница. Все эти три года я занималась мелкой работой: собирала информацию, следила за людьми. Незаконного в этом было не так много. Обычно Агенство Надежды не распыляется на кого-то вроде меня, желая получить рыбок покрупнее. —Живой или мёртвой — не имеет значения, — Равнодушно отозывается Ник, а у меня по коже пробегает мороз.—Убьёшь меня?—Если потребуется. —Настолько сильна твоя ненависть? — С нервным смешком спрашиваю я. —Настолько сильно моё подчинение руководству, — Невозмутимо отвечает Ник, — Для меня же твоя судьба не имеет значения, ведь ты уже мертва для меня, Лисёнок.Знакомое прозвище обжигает, и я даже едва заметно отшатываюсь. Ник был единственным, кто меня так называл. Лиса, потому что Алиса. Лиса, потому что рыжая. Я отвожу глаза в сторону, пряча влажный блеск. —Я не ничего же ничего такого, за что Агенство желало бы меня убить. —Ты можешь быть полезна—Так, значит, вы нуждаетесь во мне? — С лёгкой ухмылкой спрашиваю я.—Агенству нужны люди, которые смогут выполнять их поручения без вопросов, — Мрачно обрывает меня Ник.Мне даже кажется, что он не мигает, когда разговаривает со мной. Зал сужается до его бушующих глаз с горящей синим огнём ненавистью.—Твоя недосягаемость — приятный бонус. Агенство любит вызовы, — Заканчивает Ник. Мимо проходит официант, поднося блюдо с яркими медовыми фруктами. Я отщипываю пальцами золотисто-зелёную виноградинку, пытаясь придать своим действиям непринуждённости, но мои руки подрагивают, а сладости на языке я почти не чувствую. Ник прекрасно видит моё волнение, но никак это не комментирует. —Я присоединюсь к вам, — Наконец отвечаю я, облизывая пересохшие губы. Умирать сегодня у меня нет никакого желания, а судя по решительному лицу Николая, можно сказать, что в противном случае я вряд ли доживу до утра. —Как благородно, — Фыркает он, его слова явно говорят обратное.

На улице стоит кромешная тьма, когда мы выходим на улицу, но по-летнему тепло. Нагретый за день асфальт отдаёт жаром, а в воздухе сладковато пахнет отцветающими растениями. Я последний раз оглядываюсь на большой загородный дом, из которого доносится музыка и смех людей. Ник идёт впереди на расстоянии нескольких метров от меня, будто я заразна какой-то опасной болезнью. Он не оборачивается и не смотрит на меня, прекрасно понимая, что я никуда не убегу.

Лиса Алиса и Кот Базилио.

Эти детские прозвища, крутящиеся в голове, заставляют уголок моих губ дёрнуться в грустной полуулыбке.

Кот превратился в хищную пантеру.

***

Первые несколько недель в Агенстве стали для меня настоящим мучением: проверяли мою подготовку, заставляя решать сложные головоломки, драться на спаррингах и стрелять из пистолета, а ещё допрашивали.

Много допрашивали.

Если с последним дела отстояли не плохо, ведь Агенство быстро сообразило, что я действительно ничего не знаю о злодеях, на которых мне приходилось работать, то с первым появились проблемы. Меня посчитали смышлёной, но мучали в зале до потери пульса, пытаясь восстановить мои навыки в рукопашном бою и стрельбе. За эти три года техника моих движений окончательно слетела.

Выстрел.

Снова совсем рядом с центром мишени. Я закусываю губу и едва не рычу от злости. У меня уже болят руки от усталости, но я упрямо не сдаюсь. Решила, что не уйду с поля, пока не попаду в центр всех мешеней, коих было три. Летний лёгкий ветерок треплет мои взмокшие от пота волосы, даря приятную прохладу. Я едва не подскакиваю на месте, когда слышу знакомый голос позади себя. —Поставь ногу чуть назад, — Это звучит, как приказ. Я поворачиваюсь к Николаю, который стоит за мной, сложив руки на груди. Такая поза только больше демонстрирует его широкие плечи. За последние три недели мы виделись буквально постоянно в Агенстве, но я удостаивалась лишь сурового взгляда, режущего с остротой ножа, причём не всегда. —Давно здесь стоишь? — Отвечаю я, заправляя короткие волосы за уши. Яркие, будто летний костёр, они едва касаются моих плечей, хотя раньше я была гордой обладательницей шевелюры, доходящей до поясницы. Нику мои волосы особенно нравились. И сейчас мой жест не остаётся незамеченым. Глаза Николая прожигают во мне дыру. Так смотрят на выцветшие старые фотографии — в них лишь тень воспоминаний. —Достаточно, чтобы заметить, что ты делаешь одну и ту же ошибку снова и снова, — Николай в мгновение ока достаёт пистолет, и на мгновение внутри всё сковывает липкий страх.

Он собирается прикончить меня?

Но Ник всего лишь делает один выстрел и попадает ровно в середину дальней мишени, а потом молча убирает пистолет обратно в кобуру. —Стоит ли мне бояться того, что ты прострелишь мне череп? — Спрашиваю я, но в глубине души знаю ответ. Подсознательно понимаю, что Ник этого не сделает. У него уже было множество возможностей покончить со мной, но он ими не воспользовался. Ник едва заметно ухмыляется, но мои слова игнорирует.—Руку выше, так будет проще нащупать точку равновесия, — Он подходит ближе и встаёт за моей спиной. Я чувствую мурашки, бегущие по спине от его дыхания, касающегося моей шеи. В нос ударяет знакомый приторно-сладкий запах газировки. Эту дешёвую бурду мы пили ещё наивными подростками, веряющими в то, что всегда будем вместе. —Концентрируйся не на мишени, а на положении тела, — Ник касается своими ладонями моей талии, а потом рук, чтобы заставить меня принять правильную позу. Сердце частит, будто ненормальное. Николай замечает это и хмыкает, а я мгновенно чувствую его жаркий выдох чувствительной кожей. —Стреляй, — Шепчет он, и его губы практически касаются моего уха. Не задумываясь, я нажимаю на курок. Звук выстрела доносится до меня сквозь шум в ушах, будто я закрыла голову подушкой.

Чётко в цель.

На губах расползается улыбка, а приятная дрожь проходит по телу от собственного успеха. —Ну надо же, ты попала, — Ник отходит на несколько шагов от меня и складывает руки на груди.—Спасибо, — Сухо отвечаю я, поворачиваясь с нему.Теперь все мои эмоции под строгим контролемю. Я не позволяю ему увидеть лишнего, пряча улыбку и лихорадочный блеск глаз. Только румянец на щеках скрыть не удаётся. Ник лишь ухмыляется. Пытаться казаться бесстрастной рядом с ним глупо.

Он всё прекрасно понимает, ведь слишком хорошо знает меня.

—Попробуй ещё раз, — Ник кивает в сторону пистолета в моих руках, — Теперь уже сама. Я ненавижу себя за то, что так легко повинуюсь ему.Моё тело все ещё помнит правильное положение. Я концентрируюсь на своей позе, как и советовал Ник, затем делаю выстрел.

И снова в цель.

Я поражаю последнюю мишень прямо в яблочко. Радость клокочет в груди, грозясь вырваться наружу вместе с глупым сердцем. —Ник, — Я резко поворачиваюсь. Мне столько всего вдруг захотелось сказать. Слова уже висят на кончике языка, но я проглатываю их. Поле пустое.

Я одна.