Глава 2: Песня Расплавленных Звёзд

«Когда боги молчат, их молчание становится наковальней. А наши слёзы — молотом»

Каин шёл три дня и три ночи, не останавливаясь. Ноги горели, а в ушах звенело от тишины — той самой, что осталась после голоса Аштарока. Обломок рога, вплетённый в рукоять кинжала, пульсировал в такт его шагам, будто второе сердце. Он не спал. Не ел. Лишь сжимал клинок, на лезвии которого теперь мерцали новые строки:  «Первая смерть бога — капля крови.  Вторая — рёв мира.  Третья — начало конца».

На четвёртый день он нашёл их. 

Деревня у подножия горы была пуста. Двери домов распахнуты, в колодцах — трупы. На площади, где когда-то танцевали на праздниках урожая, возвышался алтарь из чёрного базальта. На нём — девочка лет десяти, прикованная цепями с шипами. Её кровь стекала по трещинам камня, складываясь в узор: три когтя, впившихся в солнце. 

— Довольно! — Каин шагнул вперёд. 

Из тени за алтарём вышли трое. Их лица скрывали маски из птичьих костей, а на груди красовался знакомый символ.  — Ты опоздал, избранный, — прошипел средний. — Жертва уже принята. Аштарок... 

Кинжал просвистел в воздухе. Лезвие вонзилось в горло культиста, и тот рухнул, захлебываясь синим пламенем. Остальные даже не дрогнули.  — Ты всё ещё не понимаешь, — засмеялась женщина справа. — Мы не враги. Мы — *ключи*. 

Она сорвала маску. Под ней не было лица — только воронка из шипов и чёрных крыльев.  — Ты убил слугу, но не идею. Аштарок уже в тебе. Ты чувствуешь, как он *грызёт* твою душу? 

Каин рванулся вперёд, но земля под ногами разверзлась. Из трещины выползли руки — сотни рук, обугленных, как тело Лоры. Они схватили его за лодыжки, за запястья, за горло.  — Смотри, — прошептала женщина-шип, указывая на небо. 

Облака разошлись, открыв луну. Вернее, то, что было луной — гигантский глаз с вертикальным зрачком, заполненным синим огнём. 

«Ты звал меня, кузнец?»

Голос Аштарока ударил Каина в грудь, выбив воздух. Он упал на колени, а женщины-культистки затянули песню:  — «Из пепла — меч. Из меча — кровь. Из крови — новый бог».

Девочка на алтаре застонала. Её тело начало растворяться, превращаясь в светящуюся пыль. 

— НЕТ!!!

Каин впился пальцами в землю. Где-то внутри, в самой глубине, что-то щёлкнуло — будто сломался замок. Тень за его спиной вздыбилась, приняв форму крылатого исполина с рогами и глазами-безднами. Руки, державшие его, рассыпались в пепел. 

— Ты... ты стал *проводником*! — закричала женщина-шип, но её голос оборвался. 

Кинжал Каина вспыхнул. Он больше не рубил — он *пожирал*. Лезвие пронзило культистку, и её тело рассыпалось на чёрные кристаллы. Вторая попыталась бежать, но тень Каина настигла её, обернувшись цепями. 

Когда всё кончилось, он подошёл к алтарю. Девочка была мертва. На её груди остался след — три когтя. 

— Прости, — прошептал он, закрыв ей глаза. 

Из-под век выкатилась слеза. Она упала на алтарь, и камень треснул. В трещине что-то блеснуло. 

Это был медальон — такой же, как у Лоры. Внутри лежал свёрток. На пергаменте, пропитанном кровью, было начертано: 

«Ищи Кузницу Вечности.  Там, где спят первые боги.  Там, где время — это наковальня.  Только там ты спасешь то, что забрал Аштарок».

Каин повертел медальон в руках. На обратной стороне была выгравирована карта — контуры горы с пещерой в форме молота. 

— Кузница... — он сжал артефакт. — Значит, Лора не исчезла. 

С неба упала искра. На этот раз — красная.