Глава 11

ДемьянБелый шелк сна обволакивал меня, теплый и податливый, как последний вздох. В этом сновидении царила девушка.  Ее платье, казалось,  из сгущенного света, подчеркивало ее непорочный силуэт, словно ангел, сошедший с небес. Ткань трепетала от легчайшего ветерка, касаясь кожи прохладной нежностью. Ее волосы, каштановые волны, тронутые золотом заката, танцевали в этом воздушном вальсе, не скрывая, а лишь подчеркивая ее неземную красоту.Ее глаза... два мерцающих  изумруда,  смотрели прямо в мою душу, прожигая ее насквозь. А ее голос... нежный перезвон колокольчиков, смешанный с шелестом листвы, он был сладок, как запретный плод. Я жаждал слушать его вечно, утонуть в его мелодии, найти в нем забвение и спасение.Я двинулся к ней, словно лунатик, влекомый невидимой силой. Но реальность сна ускользала, расплываясь, как акварель на мокрой бумаге. Она была повсюду и нигде одновременно, мираж, дразнящий мои чувства.Что-то говорила... шепот, похожий на эхо далеких звезд. Разобрать слова было невозможно, они тонули в тишине. — Скажи... скажи еще раз! — прорвался сквозь тишину мой отчаянный крик. Но в ответ — лишь молчание, обжигающее, как лед, сводящее с ума своей недостижимостью.Она играла со мной, словно кошка с мышкой, дразня и маня. Ее движения были грациозны и невесомы, как полет бабочки. Она скользила по сновидению, напевая что-то неслышное. Внезапно, ее рука, тонкая и холодная, как мрамор, коснулась моей. — Тихое море обманчиво — в его зеркальной глади не прочесть грядущей бури. Прозвучал ее голос, теперь отчетливый и пронзительный.

Мои глаза распахнулись. В комнате царил удушающий мрак, а в ушах еще звучал ее голос.

* * *— Да, родной, слушаю, — произнесла я, стараясь звучать как можно спокойнее.— Привет, Кир. Помнишь, я говорил, что разберусь? — послышался голос Леши на том конце, но что-то в его тембре изменилось, будто чужая тень коснулась его слов.— Не пойму, с чем? — нахмурилась я, не сразу осознав, о чем он.— Вино, — сухо отрезал он. —Серьезно? Ты узнал кто намешал туда? — Да.Последовала пауза, тяжелая и напряженная, будто Леша решал, стоит ли говорить правду, взвешивал каждое слово.— Лебедь Виолетта.

На мгновение мир вокруг замер. Я застыла. Все знали, что Виолетта подлая, но не до такой степени, чтобы травить кого-то. Это низко, даже для нее.Я еле слышно прошептала:— Как с этим быть?— Я хотел кое-что ей устроить, но решил сначала позвонить тебе.

Она ведь не знала, что пить буду именно я. Значит, целилась в Лию и Аню? Но они даже не знакомы... Что за бред?Тяжело вздохнув, я спросила:— Кто принес бутылку?— Неизвестно. Говорят, какой-то парень, но никакой информации нет. Да и зачем нам пособник, когда есть зачинщик?— Нет, — твердо произнесла я.— Что значит нет?— Оставь это.— Но, Кир...Я сбросила вызов, не дав ему закончить. Швырнула телефон на диван и, обессиленная, опустилась на пол.Что делать? Думай, Кира, думай.Закрыв глаза, я оперлась руками на колени, пытаясь собраться с мыслями. У меня нет ни малейшего желания оставлять это безнаказанным. Они должны покаяться. Но этим должен заниматься не Леша. Я не хочу, чтобы он в это ввязывался. Подхватив телефон, я отправила лишь одно, важное сообщение: «У меня есть желание. Озвучу при встрече.»

— Что-то случилось? — раздался голос отца, заставив меня вздрогнуть.Натянув на лицо улыбку, я отрицательно покачала головой.— Ты пока ничего не подозреваешь? — спросил отец, завязывая галстук. Ясно что речь шла о Демьяне.— Нет. Пока что, — стараясь говорить как можно непринужденнее, ответила я.— Объявилась его бывшая девушка.Мои глаза непроизвольно расширились. Девушка? У Демьяна есть бывшая девушка?— Она сама изъявила желание дать показания. Сегодня я ее приглашу к себе в кабинет. Если там будет что-то полезное, то вызову тебя.— Не смогу. У нас сегодня двойное свидание.— Двойное?— Я с Демьяном, Алла с Демидом.— Ты не боишься за свою подругу? Если он соучастник, ей придется несладко.Знаю. Черт возьми, я знаю. Но я не хочу, чтобы так оказалось. Алле он нравится, она не должна страдать.— Мы решим этот вопрос.Отец одобрительно кивнул, и его тонкие губы растянулись в легкой улыбке.— Какая же ты у меня стала взрослая.Я улыбнулась в ответ. И правда, повзрослела. Слишком быстро.Папа у меня мужчина красивый. Следит за питанием, занимается спортом, и, несмотря на загруженную работу, выглядит лет на десять моложе своего возраста. Они с мамой были прекрасной парой. Надеюсь, у них получится снова быть вместе.

Проводив папу на работу, я принялась за обед, стараясь сосредоточиться на еде, но мысли, словно беспокойные мухи, кружили вокруг. Как назло, именно в этот момент раздался звонок. Не глядя на экран телефона, уверенная, что это звонит Алла, я машинально взяла трубку. — Да, любимая, – произнесла я, не успев подумать.—Любимый, – от грубого, но неожиданно приятного голоса я подавилась, и чуть не выронила вилку.Ошарашенно взглянув на экран, я увидела имя, вызывающее одновременно тревогу и странное возбуждение: «Ян». Щеки мгновенно залились краской, и я ощутила прилив неловкости, словно меня застали за чем-то неприличным.Поторопившись, я попыталась объясниться, сохраняя видимость спокойствия. — Думала, это Алла, – выговорила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более естественно.На другом конце трубки раздался тихий смех. Он был низким, бархатным, почти невесомым, но от этого – еще более притягательным. —Чего звонишь? — За тобой заехать? Ты же хотела озвучить свое желание при встрече. Думаю, лучший вариант, если мы будем наедине, – в его голосе, как всегда, чувствовалась уверенность, граничащая с надменностью.—Ты прав, хорошо. Тогда ты меня и отвезешь обратно, – согласилась я, чувствуя легкое волнение.—Естественно, – коротко ответил он.Я поймала себя на том, что пытаюсь представить, каким он был со своей девушкой. Милым? Грубым? Абьюзером? Джентльменом? А может, все это было смешано в причудливую, завораживающую смесь?Опомнившись, что мы все еще на связи, я поспешно прочистила горло, стараясь вернуть себе самообладание, и бросила кратко: — Адрес скину.Сбросив вызов, я напечатала сообщение подруге. «Тебя Демид заберет?»«Да» – последовал незамедлительный ответ.«А что надевать будешь?»«Думаю какое-нибудь платье, а ты?»«Пока не знаю. Напиши, как будешь в «Этуале». Я с Демьяном».«Хорошо»Закончив с обедом, я поспешила в гардероб, перебирая вещи. Платья и юбки категорически отпадали.Хотелось чего-то неброского, простого, чтобы не привлекать лишнего внимания.Отыскав в гардеробе широкие черные брюки, я принялась их тщательно отглаживать, стараясь унять волнение. В голове, словно по щелчку, возник образ, идеально дополняющий брюки: корсет, подчеркивающий талию, изящные каблуки, безупречная укладка.

Времени было предостаточно, поэтому, включив на колонке любимую музыку, я принялась неспешно наполнять ванну, предвкушая расслабляющую процедуру.

***—Ты уже подъехал? – спросила я, поглядывая на часы.—Да, – последовал короткий ответ.— Бегу, – выдохнула я, чувствуя легкое покалывание в груди.Завершив последние штрихи, распыляя любимые духи на точки пульса, я поспешила к выходу, испытывая странную смесь волнения и решимости.Машина, в которой ждал Демьян, была как дикий зверь, готовый сорваться с места в любую секунду. Демьян, как и ожидалось, был одет во все черное, создавая  контраст с его светлой кожей. Рубашка свободно расстегнута на несколько пуговиц и брюки, идеально сидевшие.  — Привет, – тихо произнесла я, подходя к машине. Но вместо привычного приветствия он лишь кивнул, открывая передо мной дверь. — Желание, – напомнил он, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю.—Что? – переспросила, на мгновение растерявшись.— Озвучивай. – Его взгляд был пристальным, внимательным, и я почувствовала, как напряжение в моих плечах нарастает.Прокручивая в голове различные варианты начала разговора, я замялась, собираясь с мыслями. Пауза затянулась. Он, не трогаясь с места, терпеливо выжидал.— Я хочу, чтобы ты мне помог, – наконец, выдавила я. Первое предложение не вызвало у него ни малейшей реакции. Его глаза, как и прежде, были непроницаемыми. Невозможно было понять, что он думает. – Недавно, в центре, я выпила немного вина. Мне его предложили подруги. Вино как вино, ничего необычного. Но после этого всю ночь меня кошмарило. Тошнило, трусило. В общем, выпив я еще пару глотков, был бы передоз, – последние слова, вырвавшиеся у меня, вызвали едва заметное напряжение, его скулы на мгновение дрогнули. Или мне показалось? – Мой друг нашел зачинщика. Виолетта Лебедь. Мы с ней со школы друг друга терпеть не можем. Но откуда она знала, что я буду пить? Видимо, она была нацелена на моих подруг, но тут тоже не сходится. Они не знакомы. — Кто бутылку принес? — Неизвестно. Говорят, парень. Моя просьба, точнее желание, заключается в том, чтобы ты заставил их поплатиться. Виолетту и того парня. Лешу я сюда впутывать не хочу, вот и решила, вместо того, чтобы возиться с ними самой, это сделаешь ты.— А если я откажусь? – спокойно спросил он, не отводя взгляда.И, правда. Он же может отказаться. Я об этом совершенно не подумала. — За язык тебя никто не тянул, – процедила я,  скрывая охватившее меня смятение.— Ты права.Всю дорогу мы молчали. Лишь украдкой смотрела на него, подмечая , что плечи были напряжены, а взгляд серьезнее. Алла написала,что они с Демидом уже на месте. «Закажи мне салат какой–нибудь» – попросила я,  потому что очень проголодалась.

«Этуаль» – ресторан в котором один раз я уже была, в далеком детстве.  Мы отмечали день рождения мамы. Это  не просто ресторан , это воплощение мечты. Поднимитесь на лифте, и вы окажетесь в мире, где панорамные виды, словно живые картины, захватывают дух, а гастрономические шедевры радуют вкус.Здесь нет места суете и громкой музыке. В Этуале царит атмосфера умиротворения. Интерьер, выполненный в приглушенных тонах, с мягкими креслами и приглушенным светом, создает ощущение уюта и интимности. Хрустальные люстры, словно звезды , отражаются в панорамных окнах, а живые растения добавляют нотку свежести и жизни.

Я заметила подругу, оживленно болтавшую со своим «кавалером». Они смотрелись вместе гармонично, как две половинки одного целого. Из них бы получилась красивая пара.  Мелькнула мысль, но тут же в голове, словно холодный душ, прозвучали слова отца, жестко обрывая эту наивную  картину: Он может быть соучастником.Подходя к столику, Демид встал, приветствуя нас едва заметным кивком. Они отошли на пару слов,а мы с подругой остались наедине.—Ну как ты тут? —Все очень-очень хорошо, – с восторгом ответила Алла. – А у вас там что?Я промолчала, погружаясь в раздумья. Обстановка, казалось, расслабляла, но я чувствовала напряжение, словно натянутую струну. Затем, усевшись напротив, тихо, почти шепотом, проговорила:—Опасно, подруга. Опасно, что мы забываем, что за люди рядом с нами.Выражение лица Аллы мгновенно изменилось. Будто яркое солнце, которое только что щедро дарило тепло и свет, внезапно накрыла густая, темная туча. Радость испарилась, сменившись тревогой и легким испугом.Поджав губы, я быстро добавила: —Потом поговорим об этом подробнее, – стараясь сгладить резкость своих слов.—Девушки, приносим извинения, что оставили вас одних, – раздался бодрый голос Демида, привлекая наше внимание. Мы принялись за ужин, стараясь поддерживать непринужденную беседу о наших жизнях. Я, в основном, молчала, внимательно наблюдая и в редкие моменты поддерживая разговор. — Ты расстроена? – прозвучал тихий, почти шепчущий голос Демьяна, заставив меня на мгновение замереть. Я почувствовала его пронзающий взгляд на себе.  — Нет, – коротко ответила я, отводя глаза.Насытившись лишь одним салатом, я сделала вид, что увлечена безалкогольным коктейлем, устремив взгляд в панорамное окно, пока меня неожиданно не отвлек вопрос, словно удар молнии.—А чего боишься ты, Кира? – спросил Демид, и в его голосе я услышала не просто любопытство, а что-то большее. Словно он пытался проникнуть в самую глубь моей души.—Убийц, – резко выпалила я, прежде чем успела подумать. На секунду воцарилась тишина. Все замерли, удивленные моей внезапной откровенностью. Признаться, я и сама была шокирована таким спонтанным ответом. На самом деле я не знаю, чего боюсь. Страх – это иррациональное чувство, он может возникнуть внезапно, из ниоткуда. Скорее всего, я боюсь того, во что этот страх может перерасти, чего он может натворить.— Необычно, – с легкой усмешкой произнес Демид. – Разве в нашем городе есть убийцы?—Не знаю, мне кажется, они везде, – ответила я, с легкой, натянутой улыбкой.Вечер, несмотря на внутреннее напряжение, выдался на удивление приятным. Может, я и не принимала активного участия в разговорах, но мне нравилось слушать и наблюдать. Мне понравилась эта компания, их непринужденность, юмор. И нравилась бы безоговорочно, если бы не причина, по которой мы собрались вместе, если бы не осознание того, что за масками дружелюбия и веселья скрывается что-то темное и опасное.—Я хочу на крышу, пойдемте? Город такой красивый в такое время, – вдруг воскликнула Алла, прерывая мои мысли.Никто не возражал. Желание полюбоваться ночным городом с высоты птичьего полета казалось вполне естественным.

Лёгкий ветерок ласково обдувал лицо, пока мы любовались открывшимся видом.  Мы были здесь вчетвером — как выяснилось позже, Демид арендовал весь ресторан. Никто не помешает, и этот момент принадлежал только нам. Внезапно на мои плечи опускается пиджак. — Заболеешь. — сказал Демьян. Ветер трепал его челку, а глаза стали отражать оттенки неба. В уголках моих губ мелькнула едва заметная улыбка — знак благодарности. Я  взглянула на Демида, увлечённо беседующего с моей подругой. В его взгляде читались теплота и забота. Страшно осознавать, что он может оказаться злодеем, но маленькая искра надежды ещё теплится во мне. Надежда, как говорится, умирает последней.Ян стоял рядом, устремив взгляд вдаль. Наше молчание не тяготило, а дарило какое-то странное чувство комфорта. Пугающее, но приятное— Знаешь, у меня появилось сильное желание быть с тобой искренним. Меня поразила откровенность,поэтому не теряя шанса, я уставилась на него , приготовившись  слушать. — Эмоции и чувства для меня — запрет. Я никогда и никого не подпускал близко. Потому что мне это не нужно. Зачем? Я уже признался, что с тобой у меня впервые проявились эмоции, и это удивило меня. Это влечёт, это новое. Не скажу, что ты меня меняешь, нет. Это не сказки о том, как холодный принц влюбляется в принцессу и его сердце тает.— посмотрев в глаза, сказал он. — С детства меня закалял дядя. Отец был хорошим родителем, но не мужчиной. Дядя же давил: "Он будущий наследник, на нём вся надежда. Нельзя делать из него размазню." Ещё до моего рождения всё было решено. Мне нельзя было плакать или чересчур радоваться. Запрещено. Запрещали быть искренним, приучали к холоду, потому что в крупном бизнесе это самое главное. Не поддаваться эмоциям. Будучи ребенком,  я не осознавал всей серьезности и мог заплакать.  Но сразу же был наказан ремнем. Он замолчал на мгновение, глубоко вздохнув, и продолжил: —С возрастом я научился радоваться, понял, что это такое. Но, как я и говорил в прошлый раз, это проявлялось только с близкими. На остальных мне плевать. На том банкете, когда мы впервые встретились, ты сразу же меня заинтересовала. Позже я узнал и другие эмоции из-за тебя. Злость, раздражение, жалость. Мне стало жалко тебя, в том клубе, – он замолчал, словно боролся с мыслью, стоит ли продолжать?—Я сейчас откровенен: меня это бесит. Глупо так себя вести.  Но какая разница? Если я впервые прочувствовал то, что было во мне запечатано?

Я слушала, вникая в каждое слово, наблюдая, как он открывает частицу себя, свою душу. Меня это поразило до дрожи. Хотелось что-то сказать, но он перебил:

— Не говори ничего. Молча кивнув, я всё же решилась задать один вопрос: — Я поняла, но позволь мне спросить... — Спрашивай. — Как же ты вёл себя с девушками?  Или... у тебя их не было? Он не изменился в лице ни на секунду, оставаясь всё с той же непроницаемой маской. — Это были отношения... — не успел он договорить, как зазвонил мой телефон.

Как же, чёрт возьми, не вовремя! Я сбросила вызовы несколько раз. Мне было всё равно, кто звонит, сейчас не время. — Ответь. Едва я решила ответить, звонки прекратились. На экране телефона горели пять пропущенных от отца, а следом пришло сообщение: "Его бывшая утверждает, что он убийца. Приезжай как можно скорее." Мои руки мгновенно заледенели, а кожа побледнела. — Что с тобой? — спросил Демьян. Не знаю, почему у меня такая реакция, но атмосфера, царившая здесь минуту назад испарилась. Мне отчаянно захотелось поскорее к отцу, узнать все подробности. — Мне срочно нужно домой. Он был явно в недоумении, но, решив не расспрашивать, лишь сдержанно кивнул. — Поехали. — Нет. — Я сняла пиджак и вернула его . — Я сама. Спасибо. — С этими словами я спешно развернулась и направилась к выходу. В спешке  вызвала такси и написала подруге сообщение, извиняясь за внезапное исчезновение, объяснив, что у меня срочное дело.