08

Гладкие ладони скользят по накачанной груди, медленно распаляя огонь желания в теле, иногда задевая набухшие соски. Страстные поцелуи обжигают и лишают разума. Каждая клетка напряжена до предела, они трепещут под тонкими пальцами, словно под воздействием какого-то дурмана. Запах заполняет легкие, аромат ладана, мускуса и амбры стал его воздухом и смыслом… — ЕБАТЬ!!! — застонал Том, проснувшись и обнаружив, что тело мокрое от пота, а возбуждение уже сильно упиралось в боксеры. Его кожа будто горела, но в голове были одни лишь мысли о Билле и о том, как он его трахает.Его скручивало от желания оказаться под ним, почувствовать его каждой клеткой своего тела, просто потерять контроль.Том сжал руки в кулаки и поднялся на ноги. Ему нужен душ. Ледяной. Чтобы хоть немного стало легче, чтобы хоть на секунду забыть о том, что у него течка через…Парень посмотрел на часы и застонал ещё раз.Через шесть часов. Блять, как же он ненавидел это состояние.По закону подлости или же по желанию какого-то уёбка, его течка всегда начиналась в полночь, именно в тот момент, когда заканчивался последний день отсрочки, минута в минуту, секунда в секунду.— Прямо как Золушка, ебать её три раза… — сухо усмехнулся Том, вставая под тугие струи ледяной воды.Он упёрся в стену руками и глубоко задышал.Его тело горело, а из заднего прохода начала течь смазка, вызывая противный зуд между ног и стекая вниз по внутренней стороне бёдер.Том тяжело задышал, как только его глаза чуть прикрылись.Его фантазия тут же нарисовала манящую, но пока недоступную, картину.…легкой, кошачьей поступью Билл прошёл по холодному кафелю и встал у него за спиной, ещё не подходя и не касаясь, но уже сжигая. От его стройного и гибкого тела шёл жар и запах, который волнами окутывал его и возбуждал.Неторопливо, медленно он провёл кончиками пальцев по спине Тома и остановился на пояснице, а именно на крестце.Том нетерпеливо застонал и попытался самостоятельно прижаться к пылающей коже Альфы, но сильный толчок в поясницу пригвоздил его к стенке душа и заставил непроизвольно расставить ноги шире.Почувствовав горячую, пульсирующую плоть у своей дырочки, парень затаил дыхание. Билл что-то взял с полки, очевидно, крем, выдавливая себе на руку немного. Эти сволочные тонкие, длинные пальцы прошлись между половинок, и один мягко проник внутрь, пока только на одну фалангу. Не спеша палец начал двигаться, потихоньку растягивая. Чтобы отвлечь, Билл станет целовать его шею, лопатки и позвоночник. Второй палец проскользнёт в него через некоторое время после первого и заденет простату…Том замотал головой, страдальчески застонав.Ему нужен Билл. Срочно. Сию же секунду.Иначе он сдохнет от перевозбуждения и собственных фантазий.Его запах за считанные минуты заполнил замкнутое пространство ванны и душа, он делал воздух приторно-сладким, что вызывало лёгкую тошноту.Том зашипел, когда струя воды со всей силы ударила в его возбуждённый член, который с каждой секундой становился всё больше и грозился взорваться от скопления спермы. Он тихо вскрикнул, когда ноги стали подгибаться, и начал падать от головокружения. Ухватившись за поручень, Том восстановил равновесие и тряхнул головой, выключая душ и выбираясь из кабинки.Его тело дрожало, а рассудок мутнел с каждой секундой и грозился помахать ему ручкой, как вдруг в тишине дома раздался звонок телефона.Внутри парня всё сжалось в один сплошной комок нервов, а во рту всё пересохло от… страха и ожидания?Телефон продолжал звонить до тех пор, пока Том не поднял трубку.— Да…— Глубоко вздохни и выдохни, — прозвучал знакомый сексуальный голос Билла на другом конце телефона. Он был хрип и хладнокровен.Том закатил глаза от дрожи желания, что прошла сквозь его тело и раскаленной иглой впилась в мозг.— Каулитц… — гортанно застонал он и послушно вздохнул, — где ты?Судорожный вздох на другом конце его очень порадовал.— На паре, скоро к тебе поеду.Том лениво улыбнулся и положил руку на свой член, с силой его сжимая.— Боюсь, к тому времени я мало что буду соображать. Так что советую поторопиться.— Не указывай мне, Лис, — рвано выдохнул Билл, очевидно тоже не брезгуя рукоблудием.Том ухмыльнулся и провёл кончиком языка по губам, начиная бесстыдно водить вверх-вниз рукой.— Ты не на паре, Бил-л-л… — жарко застонал он, прикрывая глаза. — Я знаю, что ты сейчас пытаешься решить ту же проблему, что и я… Так где же ты? ..Последовал ещё один вздох.— Сучёнок ты, знаешь? Я только что вышел из аудитории.— И принялся дрочить прямо в коридоре? — ехидно спросил омега, вновь застонав от болезненного возбуждения. — Хотел бы я это видеть…— Увидишь, — прошипел Билл и куда-то зашёл, так как Вэйсу стало слышно его учащённое дыхание, — как только поимею твой сладкий зад, специально устрою показательную дрочку.— Со стриптизом в придачу? — сдавленный стон и быстрое движение на члене, хриплое дыхание и полузакрытые глаза.— А как же, сразу же после тебя.Том сглотнул и откинул голову назад, продолжая держать телефон в одной руке, а другой дрочить.— Блять, Каулитц, как же я хочу, чтобы ты сейчас был здесь и вставил мне по самые яйца, — его похотливый голос пронёс ток через всё тело Билла и вызвал очередной прилив возбуждения.— Через полчаса я буду у тебя. Подожди немного, — скрипучим голосом проговорил Альфа и отключился.А Том довольно улыбнулся и облизнул губы, в очередной раз выдыхая жаркое дыхание и лениво двигая рукой на члене. Да, это мало поможет, но хоть немного сбавит сжигающее внутри желание отдаться. Парень закатил глаза, вспоминая голос Альфы, от которого у него колени подогнулись, а тормоза сорвало напрочь. Да, он чувствовал себя похотливой сучкой, но сучкой, у которой был хозяин. И, блять, ему это нравилось! У него рвало крышу от одной только мысли, что Билл его трахнет. И плевать сейчас на то, что он признаёт свою сущность, он просто хотел, чтобы Каулитц пришёл, нагнул и выебал его до потемнения в глазах.Когда напряжение чуть ушло, Том набрал номер Альфы и хрипло выдохнул:— Где ты сейчас?— Дверь открой и узнаешь где, — последовал ответ севшим голосом, а после Билл отключился.Том не мог поверить в это.Он бросил взгляд на часы и застонал. Час. Ровно час.Он встал и, пошатываясь, пошёл в коридор, даже не потрудившись накинуть на себя хотя бы полотенце, оставшись абсолютно нагим.Ещё не дойдя до двери, Том почувствовал запах Альфы. Он просочился в замочную скважину и достиг носа парня, проникая глубоко в него. Он окутал омегу и стёр всё лишнее с поля его зрения, оставив только эту жалкую деревянную преграду и Альфу, что был за ней.Том вдохнул в себя блаженный аромат, который пробрал его до дрожи во всём теле, и резко открыл дверь, застывая.— Билл, — едва слышный стон при виде Альфы, что стоял на его пороге и опирался руками на проём двери.Каулитц медленно поднял голову и обнажил зубы в усмешке.— А вот и я, дорогой мой лисёнок. Впустишь?Крылья его носа трепетали, тело было напряжено, а в глазах цвета обсидиана плескалась похоть.Том не смог сказать и слова, так как дар речи пропал, только отошёл в сторону, впуская Альфу в свой дом.Билл захлопнул дверь, и Том понял — назад дороги нет.

Билл стоял перед обнажённым Томом и едва держал себя в руках, отсчитывая последние секунды самообладания. Что он пережил за этот день, пока не увидел своего омегу, не пересказать словами. Но как специально память услужливо напомнила все ощущения и пытку возбужденным голосом Тома.Весь день Альфа был как на иголках, так как чувствовал, что должен быть в доме омеги, а не здесь, в институте, среди стада любопытных овец. Но он понимал, что если сейчас сорвётся к нему, что-то обязательно пойдёт не так. Все видели, что он в неадекватном состоянии, но решили не трогать его. И только Густав сделал приятный подарок Биллу, который явно мучился неизвестностью, а именно достал номер телефона Тома. Сказать, что Билл был рад, — это ничего не сказать. Он был на седьмом небе.И пока лектор неизвестно где пропадал, он позвонил Тому.Только от произнесённого хриплого «да…» Билла бросило в жар, а возбуждение моментально разлилось по телу. То, что он начал разговор в аудитории, было его ошибкой, так как любопытные глаза и уши сразу же заметили и услышали учащённое дыхание и лихорадочный блеск в его глазах. Но ему на это было глубоко плевать. Всё же, чтобы не искушать судьбу, он вышел в коридор, до сих пор наслаждаясь звуками похотливых слов и низкого голоса омеги. Его невероятно заводил этот звук и лишал контроля. Он знал, что Том онанирует, так как мог различить стоны ожидания и удовольствия. Поэтому и сам не брезговал, проведя пару раз по своему члену рукой.Но последняя фраза омеги добила его окончательно, и у него сорвало тормоза. Резко отключившись, он вернулся в аудиторию и под тихий шёпот студентов буквально вылетел из института, заскакивая в свою машину.А уж когда Том сам позвонил ему и севшим голосом спросил, где он, последняя крупица контроля исчезла и её заменила похоть.И вот теперь он стоял напротив своего омеги, ловя каждое его движение, каждый взгляд, каждый вздох, и не думал отступать назад.Медленно он подошёл к парню и провёл носом по его шее, чуть рыкнув от остроты вожделения, что пронзило его в тот момент.— Сладкий мой лисёнок… — хриплым, возбуждённым голосом проговорил Билл и вдруг толкнул Тома в стену, грубо набрасываясь на его губы.Вэйс успел только рот шире открыть, когда инстинкты взяли верх над ним, и застонал сквозь поцелуй, отвечая.Жадно, больно сдавливая, руки Билла прошлись по обнажённому телу омеги и остановились на упругой заднице, проводя пальцами между половинками.Из горла Тома вырвался очередной стон. Он ненадолго оторвался от губ Альфы, чтобы глотнуть воздуха, и принялся срывать с него одежду.— Смазка есть? — севшим голосом проговорил Билл, захватывая кожу на шее губами и иногда зубами, пока омега расправлялся с его рубашкой.— Долго искать… — выдохнул Том, снова захватывая губы парня в короткий, но не менее жаркий поцелуй.Билл закатил глаза, отвечая и кусая его за верхнюю губу.— И так ты меня ждал… — Альфа мотнул головой, нехотя отстраняясь от пылающего тела. Он скинул полурастёгнутую рубашку на пол и достал из кармана брюк тюбик смазки. Бросив взгляд на Тома, который голодными глазами впивался в него, он ухмыльнулся, облизнув губы.— Ты сейчас такой горячий, лисёнок… — Билл подошёл к омеге и провёл языком по его шее, чем вызвал сдавленный стон, — …пошли…Он последний раз поцеловал ключицы и положил руку на талию, поддерживая парня и ведя его в спальню.— Билл… только… без ванильности… — прохрипел Том, уже слабо контролируя себя.— Томми, ты не поверишь, но сюси-пуси и нежности как раз таки не моё, — с рокотом в груди проговорил Билл и просто швырнул омегу на большую постель.Минута понадобилась Альфе, чтобы раздеться окончательно и резким движением перевернуть Тома на живот и раздвинуть ноги. Сам Вэйс чуть ли уже не всхлипывал от боли, которую причиняло возбуждение, и в то же время ему хотелось как можно дольше продлить эту пытку.Билл провёл языком по позвоночнику, неторопливо ведя вниз, и начал водить собственной рукой по каменному члену и яичкам омеги. Тома подбросило вверх, когда кончик языка прошёлся между половинок и коснулся розового девственного колечка.— Да… ещё… прошу… — заскулил он, несознательно выпятив зад и шире расставив ноги. Билл усмехнулся и сжал член в своей руке, тут же проникнув в анальное отверстие кончиком.Несмотря на то, что он сказал, что не любит нежный секс, он прекрасно понимал, что первый раз должен быть не грубым, но и не ласковым.Том застонал от острого сжигающего наслаждения, что пронзило его. Каждое прикосновение, каждый вздох и звук Альфы отдавался в нём взрывом блаженного огня, который буквально выжигал его.Несознательно он сильнее прогибался в спине и водил бёдрами, не в силах справиться со своим естеством.Билл осторожно провёл кончиком языка по шёлковым стенкам прямой кишки, слизывая смазку и вдыхая вкусный аромат. Его ломало, выкручивало каждый нерв от желания оказаться внутри этой поджатой попки.Он легонько укусил уздечку, тем самым заставляя омегу вздрогнуть. Смазав пальцы, Билл медленно ввёл один и начал растягивать девственную дырочку. Он был крупным, поэтому и подготовка была такой тщательной.Том морщился от боли первые минуты, а потом ему стало плевать на неё.Ему казалось, что руки и губы Билла были везде. На его спине, на груди, на внутренней стороне бёдер и пояснице. Он терялся, даже не совсем замечая, что сейчас Альфа одной рукой растягивает его анальное отверстие, другой гладит грудь, иногда зажимая соски между пальцами, а его губы и язык оставляют заметные следы на коже. Он просто растворялся в собственных ощущениях и чувствах.Билл убрал пальцы и, смазав свой член, приставил головку к анусу парня.— Расслабься и ничего не бойся, лисёнок, я не сделаю тебе больно, — прошептал он, захватывая кожу на шее Тома губами и раздвигая половинки в стороны.Медленно, сантиметр за сантиметром, Билл стал входить в узкое горячее отверстие.Том сдавленно застонал, уже самостоятельно насаживаясь на крепкий ствол, не обращая внимания на боль. Она была хоть и заметной, но терпимой, да и зашкаливающее чувство заполненности стирало её напрочь.— Двигайся, Каулитц… — пылко выдохнул он, заведя свою руку за голову и притянув парня к себе. Билл подарил омеге несколько чувственных поцелуев и не спеша вышел, чтобы затем резко войти.Том вскрикнул не в силах сдержаться. Всё его тело сводило судорогой, когда Билл совершал резкие и грубые фрикции. Он терялся в удовольствии и боли, не найдя грани между ними.Темп Билла был хоть и медленным, но чувственным. Глубокие грубоватые толчки выбивали стоны из Тома, расплавляя его сознание на сотни тысяч осколков. Ему казалось, что с каждым толчком его тело сгорало и вспыхивало вновь, каждое движение сводило с ума и дарило непередаваемое наслаждение. Когда Билл стягивал в кулаке его брейды, Том знал — Альфа хочет более грубый, более быстрый темп, который подходит ему. Откуда он это знал, неизвестно, наверно, чувствовал.Поэтому сейчас он приподнялся, опираясь на руки.— Срывайся, Билл, теперь можно, — под писк часов, что говорили о наступлении полуночи, прошипел он, сильно прогибаясь в спине. А после пронзительно закричал, так как Альфа начал вторгаться в него грубыми толчками, проходясь головкой по простате.Билл ничего не говорил, крепко держа омегу за бёдра и с силой толкаясь в него. Только иногда, когда он замедлял темп, он мог позволить себе оставить на безупречной коже укус или засос.Каждый его толчок — крик Тома, каждое прикосновение — его стон.Чуть надавив на поясницу парня, Билл буквально лёг на его спину и ускорил движения, иногда проводя одной рукой по его члену.Тома разрывало от каждой фрикции и хоть малейшего прикосновения к разгорячённой кожи.Он бесстыдно стонал и выгибался под Альфой, совершенно потеряв контроль.Билл проводил ногтями по широкой груди, оставляя кровавые отметины, продолжая грубо двигаться в нём.Но скоро он понял, что разрядка, первая по счёту за эту ночь, уже близка, так как мышцы анального отверстия начали сокращаться.Рывок, ещё рывок, и Билл быстро вышел из постепенно сокращающегося отверстия, прежде чем узел сцепки затянулся. Положив одну ладонь на член омеги, а другую — на свой орган, он стал доводить их до оргазма. Задрожав всем телом, они кончили почти одновременно.Билл с шумом выдохнул и склонился над Томом.— Ну что, монашка моя, с вступлением тебя в лавы грешников.— Вот ты сука, — рассмеялся Том и обвил шею парня руками, понимая, что член снова налит кровью и требует к себе внимания, — блять, опять…— А я тебе зачем здесь, м? — Каулитц выгнул бровь и с легкостью подхватил разомлевшие тело на руки.— Помнишь мою угрозу о том, что я оттрахаю тебя на каждой поверхности твоего дома?— Такое забудешь…— Сейчас как раз напомню, — ухмыльнулся Билл, хитро сверкнув глазами, — видел я у тебя прекрасную барную стойку здесь…— Блять, Билл, хоть живое место на мне оставь со своими экспериментами, — умудрился выговорить Том снова осипшим голосом.— Не беспокойся, сладкий мой, оставлю, — ответил Альфа, сажая его на барную стойку из гранита и тёмного дерева.

Билл провёл носом по ключице парня и облизнулся, задевая языком кожу. Пройдясь вниз по ноге Тома, он сжал пальцы на щиколотке и закинул её на своё плечо, проникая в снова текущее отверстие. Сам омега хватался одной рукой за другое плечо Альфы, прижимаясь спиной к металлическому стержню стойки, и прижимал парня ближе другой рукой, шире разводя ноги.Он выгнулся, когда Билл начал двигаться, сначала размеренно, а после ускоряясь. Альфа притянул его ближе к краю и стал вдалбливаться снизу-вверх, проходясь точно по простате.Том извивался под ним, как змея, и кричал хоть уже не так громко, но хрипло и интенсивно.Резкие, хлёсткие толчки разносили по телу жар и удовольствие от близости.Тела, покрытые потом, скользили друг об друга, только сильнее возбуждая.Билл чуть склонил голову и сорвал рваный поцелуй с губ Тома. Омеге было мало, и он потянулся за ещё одним, несознательно надавив на затылок парня.Каулитц ненадолго замедлил движения и ответил, бесцеремонно врываясь в рот Вэйса. Он властно сминал податливые губы, чуть покусывая их. Они были сладкими и сочными, словно черешня, что немало вскружило голову молодому Альфе. Каждый его толчок сладкой болью отдавался во всём теле и проносил импульсы тока в мозг, вызывая новый прилив желания.Оторвавшись от таких соблазнительных губ, Билл глубоко вздохнул и начал резко двигать бёдрами, входя на всю глубину, чуть ли не разрывая омегу. Но Тому нравился такой расклад, более того, он сам насаживался и жмурился от удовольствия.

За окном было уже позднее утро, но никто из парней не выказывал желания прекратить, продолжая двигаться в едином ритме и темпе. Они были просто не в силах оторваться друг от друга и прервать связь и единение душ. Нет, это была не сцепка, просто неизмеримая жажда и, что ожидаемо, дикая страсть.

Сейчас Билл и Том лежали на ковре в гостиной и неторопливо двигали бёдрами навстречу друг другу. Том, широко раздвинув ноги и закинув обе руки за голову, пытался ритмично двигаться и иногда нагло захватывал губы Альфы своими. Билл же устроился между ног омеги и удерживал одной рукой запястья парня, а другой медленно двигал на члене, покрывая шею и грудь лёгкими поцелуями. Его толчки на этот раз были медленными, но глубокими и сильными.Их запах сливался в единое целое и разбивался на крупицы каждым точным толчком. Эмоции немного улеглись, и теперь спокойно, не совсем привычно, Билл именно дарил наслаждение и …любил? Пока об этом рано говорить. Похоть ушла на второй план, но их возбуждение всё ещё было твёрдым и не желало спадать.Билл засосал губу Тома и лизнул её языком, лениво пройдясь по нежнейшей коже.— Люблю черешню… — выдохнул он, покрывая лицо омеги легкими поцелуями. Он прочертил губами линию скул и носа, едва коснулся глаз и вновь захватил губы чувственным поцелуем.Том лениво ответил и приоткрыл свои хитрые глаза.— Позволь мне к тебе прикоснуться, прошу, — хрипло попросил он, несознательно затянув в глубину своих кофейных глаз.Билл усмехнулся, отпустив одно запястье, тем самым давая омеге чуть воли.— Какой ты покорный сейчас… — прошептал он, пройдясь кончиком языка по ушной раковине, — …такой тихий и послушный… Мне нравится, Томми, очень.Том закатил глаза и провёл раскрытой ладонью по подтянутой груди, узкой талии и стройным бёдрам, перемещаясь на спину и зарываясь в мокрые чёрные волосы. Молча он огладил чёткие черты лица пальцами и задержался на губах.— У твоих губ вкус апельсина или мандарина… — задумчиво пробормотал он. Губы под его пальцами изогнулись в ласковой улыбке.— Так проверь, лисёнок мой сладкий, — игриво проговорил Билл, нагибаясь и накрывая рот омеги поцелуем, позволяя засосать свои губы.Том чуть ли не замурлыкал от наслаждения, когда сквозь поцелуй почувствовал сладковато-терпкий вкус апельсина.

Утро сменил день, день — вечер, а вечер — ночь. Не замечая времени и того, что пару раз трезвонили мобильники, парни продолжали двигаться. В любом месте, на любой поверхности в прекрасном состоянии.Им было уже намного легче, так как течка почти прошла, и остался только след в виде запаха и многочисленных потёков спермы на поверхностях.В ванной, на кухне, в гостиной, в спальне — везде, на каждом шагу была гремучая смесь из их запахов или отметин на мебели.Уже к полуночи парней сморила усталость, и они наконец-то просто заснули. — Лисёнок мой… — прошептал Билл, ласково целуя омегу в висок и крепко прижимая к себе. После он закрыл глаза и погрузился в спокойный сон.