Глава 37

Я. Убил. Человека. Опять. Мысли о содеянном безжалостно разрывали мой мозг на мелкие кусочки. Это было невыносимо. Моя голова раскалывалась от последних событий. Боль пульсировала у меня в висках. —Джексон, ты хорошо себя чувствуешь? — спросили меня парни.—Да, голова что-то разболелась, — отмахнулся я.—Сходил бы ты к врачу и проверился.—Да, там у них такая медсестра, — поддержал его напарник. — Я бы к ней ходил на процедуры.—Со своим шприцем, — заржал другой в ответ.   Я не слышал и не слушал то, о чём они говорили дальше. У меня в голове отчётливо звучали слова моего отца, которые он однажды произнёс публично: «Убийство — это то, что никогда не обнуляется. Люди, которые замешаны хоть в одном убийстве, никогда не принесут пользы нашему человечеству. Они никогда не создадут в будущем ничего хорошего. А после себя оставят только смерть и несчастья. Я сейчас не говорю об убийствах в целом. Да, есть исключения. Но когда человек убил сначала одного, затем другого, а после уже и десяток человек, то это хуже болезни. Если болезнь можно вылечить, то желание убивать —нет. Я не призываю истреблять таких моральных уродов. Нет. Иначе мы станем такими же. Я прошу Вас задуматься, в особенности тех, кто считает, что люди меняются. Вы действительно считаете, что люди, которые совершили убийство, способны сделать что-то положительное для нашего общества? Вы в этом уверены на все сто процентов?»   Как бы поступил отец, если бы узнал о том, кем стал его сын? Если бы он узнал, что его сын настоящий убийца. Может Хантер прав? Я пытался бороться, но пока что все мои жалкие попытки так и не увенчались успехом. Я должен был что-то придумать и спасти отца Хлои.   Я был зол. На себя. Не существует в мире такой причины, которая могла бы оправдать убийство.   Самое ужасное в убийствах это то, что гибнут двое: тот, кого убили, умирает телом, а тот, кто убил, гибнет душой. Если после одного случайного убийства у человека ещё есть шанс спасти свою душу, то что делать тому, кто убил десяток, сотню, тысячу человек?   Я должен был найти Джеймса. Он единственный человек, который смог сохранить себя и свою душу, работая в «Прометее». Он считал, что это я сильный, ведь выдержал все испытания, которых не смог он, но нет. Как можно сломить человека, если у него нет души, если он и так уже сломлен? Верно, никак.   Словно безумец, я носился по коридорам в поисках Джеймса, но его нигде не было. Мне казалось, если я сейчас не выплесну весь свой гнев и отчаяние, то сойду с ума. Поэтому я пошёл в спортивное крыло, где располагались тренажеры самых разных уровней сложности, бассейн, ринги и прочее.   Я зашёл в одно из помещений, где располагалось несколько рингов, боксерские груши  и другой инвентарь для бокса. На меня косо посмотрели несколько здоровяков. Похоже, что здесь они не любят новичков, но мне плевать.   Я взял свободные боксерские перчатки и принялся вымещать все свои эмоции на боксёрской груше.  Я ненавидел быть злым, ведь то, что злит тебя, имеет над тобой безграничную власть. Есть множество вещей, которые способны меня разозлить, но злость на самого себя всегда самая сильная и жестокая. Раньше я ненавидел злость ещё по одной причине. Истинный источник злобы — это способность чувствовать, а после смерти сестры я не хотел испытывать каких-либо эмоций и чувств.—Что такого тебе сделала эта боксёрская груша? — произнёс женский голос за моей спиной.   Я остановился и обернулся. Передо мной стояла та девушка, к которой я не очень любезно залез в окно. Она была одета в чёрный спортивный топ и такого же цвета лосины. —Ничего. Просто тренировка, — ответил я, поправляя перчатки. —Правда? Не слишком поздно для тренировок? — меня явно не хотят оставить в покое.—В самый раз, — произнёс я, только сейчас заметил, что вокруг уже никого не было.  Похоже, что я слишком увлёкся и не заметил, как несколько часов безжалостно колотил боксёрскую грушу. Но за всё это время мне не полегчало. А тело уже ныло от усталости.—Странный ты, — сказала девушка, изучая меня.—Кто бы говорил. Пришла в ночное время позаниматься и ещё упрекаешь меня в этом. —Только ночью у меня есть время, чтобы уделить его спорту, — ответила она. —Тогда не буду мешать, — понимая, что больше потренироваться мне не дадут, я решил побыстрее уйти отсюда.—Постой, — окликнула она меня, когда я уже был в дверях.—Что ещё? — терял я терпение.—Не хочешь остаться?—Нет, у меня ещё дел по горло, — я вышел.   Нужно найти Джеймса. Мне срочно нужно его найти. Сделав несколько шагов, я чуть ли не лбом столкнулся с Марком. Замечательно. Только его мне сейчас не хватало. —Ты что здесь делаешь в такое время? Комендантский час для кого придумали? — сразу накинулся он на меня.—Голова разболелась. Искал медицинское крыло и заблудился, — спокойно ответил я.—Серьёзно? — Марк скептически посмотрел на меня. — Ты так усердно пытался найти его, что весь вспотел?—Да. Уж очень сильно голова болит, — я продолжал сохранять спокойствие.  Возможно, Марк сделал бы вид, что поверил мне. И мы бы разошлись с ним как в море корабли. Но нет. Этой девушке нужно было выйти.—Стой! Ты забыл... — она запнулась, когда увидела меня и Марка, тот вытаращил на неё глаза. — Футболку.  В какой-то момент я уже не на шутку стал задумываться о том, чтобы вызвать врача, потому что Марк побледнел на три тона.—Да, спасибо, — я забрал свою вторую футболку. —Никки? — Марк поперхнулся. — Ты что здесь делаешь? Да ещё с ним! —Я просто... — замялась девушка.  Я молча переводил взгляд то на одного, то на другого. Они что ... парень и девушка? Или Марк уже до такой степени стал затычкой в каждой бочке?—Иди к себе! С тобой я позже разберусь! — гаркнул на неё Марк.—Ты не так понял...—Живо! — Марк кипел от злости.  Девушка пошла прямо по коридору. Мы молча проводили её взглядом до поворота, пока Марк не впечатал меня в стену.—Какого чёрта?! — выругался я.—Слушай сюда, Джексон, — прошипел Марк мне чуть ли не в лицо. —Если я ещё раз увижу вас на расстоянии меньше, чем пять метров, то я лично тебя убью. Понял?—Господи. Ты рехнулся? Твоя подстилка меня не интересует. А теперь я могу идти? —За языком своим следи, — в глазах Марка полыхала самая настоящая ярость. —Это моя сестра.—Твоя кто? — с насмешкой спросил я. — У тебя остались живые родственники? —Она не родная сестра. Кроме неё у меня больше никого нет.—А вот и ахиллесова пята Марка. Очень занимательно.—Джексон, я серьёзно. Даже не думай к ней приближаться.—Сдалась она мне. Она сама ко мне пришла. Если я захочу сделать тебе гадость, то я найду способ поинтереснее, — ответил я. —Всё. Иди уже, — Марк резко отошёл от меня.—Спасибо за разрешение,  — хмыкнул я и пошёл восвояси, а точнее на поиски Джеймса.