Глава 11

Наши тайные встречи с Арисом продолжались ещё несколько ночей подряд. Каждый раз, как на иголках. Мне приходилось врать Эзре и Гаю, увиливать от расспросов и просить Селин прикрыть меня. Ей тоже пришлось соврать: якобы у меня появился парень, не из охотников, и я не хочу пока рассказывать о нём.

К моему удивлению, Арис больше не прикасался к метке. Он будто ждал, пока я сама захочу этого контакта. Вместо близости он сосредоточился на обучении, и в его подходе было что-то почти священное. Он учил меня чувствовать потоки магии, направлять их, не теряя себя. Мои силы, наконец, перестали вырываться наружу, будто дикий зверь. Потоки стали спокойнее, гибче и почти послушными.

Я научилась вызывать разряды молний, не теряя над ними контроль. Могла заряжать технику, не сжигая аккумуляторы. Мелочи, но для меня это было как научиться дышать заново. С каждым успехом росло и моё понимание: всё, чему меня учили о вампирах, не было полной правдой.

Арис, по крайней мере, был другим. Холодный, расчётливый, да. Но не жестокий, не бездушный. В нём было что-то человеческое, неуловимое, но притягательное. С каждым днём моя ненависть к нему ослабевала. Мы больше не препирались. Я даже начала ловить себя на мысли, что скучаю по его голосу, когда он долго молчит.

Он оказался хорошим учителем. Терпеливым, внимательным, уверенным. И он знал, как управлять эльфийской магией. Иногда мне даже казалось, что он не просто направляет, а управляет моими потоками, проникая в меня через метку. Не вторгаясь, нет, наоборот, почти невесомо, как будто прислушивался к каждому моему колебанию. Это было лишь ощущение, почти догадка… но она не покидала меня.

— Ты быстро учишься, — похвалил меня Арис.

На самом деле, похвала из его уст была редкостью. Обычно, если у меня что-то получалось, он просто молча кивал в знак одобрения.

Сегодня мы были не возле озера, где занимались впервые. Арис телепортировал нас в другую часть леса. Я точно раньше здесь не бывала, но было очевидно, что мы далеко от моего дома. Где-то за деревьями я слышала плеск волн, значит, побережье было совсем рядом.

— Попробуй сегодня сконцентрировать атаку на-а… — он оглядел пространство, задержав взгляд на одном из деревьев, — вон том.

Он указал на массивный дуб с толстым, покрытым мхом стволом.

— Попробуй расколоть его надвое. Ну, или хотя бы поджечь.

«Так, ну… Это не должно быть сложно. Просто увеличить заряд удара и направить его точно в центр. В теории — легко».

Я окунулась в свои резервы, зачерпывая как можно больше силы, и на всякий случай потянулась к магии Ариса. Разряды уже струились по рукам, готовые сорваться в любой момент. Всё тело будто бы вот-вот должно было воспламениться, горло обожгло, в глазах вспыхнул белый свет. Я взяла куда больше силы, чем рассчитывала.

И Арис, и я заметили это слишком поздно.

Как только я разжала кулаки, магия вырвалась наружу.

— Стой! — крикнул Арис.

Но уже ничего нельзя было изменить.

Молния рванула в сторону с оглушительным треском, не просто расколов, а разорвав дерево вдребезги. Щепки и огромные обломки полетели во все стороны, словно стрелы. Арис с криком возвёл вокруг нас защитный купол, но опоздал на долю секунды. Один из осколков успел впиться мне в плечо.

Я вскрикнула от боли, мир перед глазами поплыл. Белое свечение рассеялось, и из глаз брызнули слезы.

Арис мгновенно оказался рядом, успев подхватить меня прежде, чем я рухнула в траву.

— Не шевелись, обломок довольно глубоко вошел в мышцу, — его голос звучал непривычно тихо, почти шёпотом.

— Я в порядке, — это была откровенная ложь. Сердце бешено колотилось, предательски сбивалось дыхание, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки от волны тошноты.

— Хватит играть в героиню, Лия, — его слова обожгли сильнее самой раны.

— Это просто... — я запнулась.

Что сказать? Просто царапина? Бывало и хуже? Всё звучало бы жалкой попыткой сохранить лицо.

Он не стал ждать объяснений.

— Мой дом близко. Тебе нужен покой. Настоящий.

— Я не могу... — я прикусила губу до боли.

Пойти в его логово? Немыслимо. Но и вернуться домой в таком виде тоже не вариант. Я с ужасом представила, как придётся самостоятельно вытаскивать этот проклятый щеп из плеча. Однако ещё невыносимее была мысль, что он увидит меня беспомощной... Слабой.

— Это не предложение, — его пальцы осторожно обследовали кожу вокруг раны. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не вскрикнуть от новой волны боли.

Я молча кивнула, слов больше не осталось.

Арис легко подхватил меня на руки, одной поддерживая под колени, другой прижимая к груди. Его шаги были быстрыми и чёткими, будто вес моего тела ничего для него не значил.

— Держись, — пробормотал он, когда я невольно вскрикнула от толчка при движении.

Тени деревьев скользили над нами, сливаясь в тёмные пятна перед глазами. Я чувствовала, как тёплая влага растекается по руке, слышала ровный стук его сердца сквозь ткань рубашки.

— Почти на месте, — его голос прозвучал где-то над головой, странно приглушённым.

Последнее, что я помню перед тем, как сознание начало уплывать, резкий свет фонарей у ворот и холодный камень ступеней под его ногами...

***

Стоило мне снова открыть глаза, я поняла, что немного дезориентирована и даже не сразу осознала, где нахожусь. Тело утопало в прохладе чёрного шёлка, натянутого на огромную кровать. Комната тонула в полумраке, и только лунный свет, словно жидкое серебро, лился сквозь высокое окно, рассекая пространство.

За дверью слышались шаги, быстрые и нервные. Стук открывающихся и захлопывающихся шкафов, глухой звук падающих предметов. Кто-то явно что-то искал.

Я приподнялась на локтях и тут же замерла: боль в руке, ещё недавно резкая и острая, теперь стала лишь глухим эхом.

Не успела я толком осмотреться, как дверь резко распахнулась. В комнату ворвался Арис, сжимая в руках небольшой чемоданчик — походную аптечку. Его взгляд сразу метнулся ко мне, оценивая состояние.

— Я отключилась? — голос прозвучал хрипло, будто в горло насыпали песка.

— Ненадолго, — он бросил аптечку на край кровати и подошёл ближе. — Но это даже к лучшему. Ты не видела, как я вытаскивал обломок.

Я села, предоставляя ему лучший обзор на рану.

— Может, лучше включить свет? — я огляделась, ища взглядом лампу или светильник.

— Не стоит, мне и так хорошо видно, — отрезал он. Голос был ниже обычного, грубее.

Он аккуратно перехватил мой локоть, приподняв, чтобы лучше рассмотреть повреждение чуть ниже плеча. Кожа натянулась, и из раны снова побежал тёплый ручеёк крови. Я стиснула зубы и постаралась не выдать, насколько больно. Терпеть я умела. Оставалось надеяться, что снова не потеряю сознание.

Арис бережно промывал рану, тщательно проверяя, не осталось ли мелких щепок.

— К сожалению, порез глубокий. Скорее всего, понадобятся швы.

Он поднял на меня взгляд. Его глаза цвета густого вина блестели в полумраке, и в них отражалась злость.

Интересно, на что он злится?

На то, что я оказалась никудышной ученицей? Или на то, что поставила нас обоих под удар?

Мы продолжали сидеть молча. В глазах Ариса можно было заметить, как клубились мысли, будто тени, сплетающиеся в глубине его сознания. Внезапно он встал, подошел к столику с графином и налил в стакан воды. Хрусталь тихо звякнул, а свет от камина скользнул по прозрачной поверхности.

— Я хочу, чтобы ты кое-что выпила.

Он пристально посмотрел на меня, а я — на воду в его руке. В его взгляде было что-то неуловимое, заставляющее сердце биться чаще.

— Ладно, — пожала я плечами, — это же просто вода. Я не против.

— Нет, не просто.

Он неторопливо поднес палец ко рту. Я заметила, как удлинились его клыки, когда он резко прокусил подушечку большого пальца. После чего просто капнул собравшуюся кровь в стакан. В полумраке комнаты было почти не видно, как алая капля растворилась в воде, окрасив ее в едва уловимый розоватый оттенок.

Арис уверенным шагом подошел ко мне и протянул стакан прямо к моим губам. И тут я очнулась. Резко дернувшись назад, я попыталась отпрянуть, чтобы эта жидкость не попала мне в рот.

Я смотрела на Ариса с немым ужасом. Это же кровь вампира! Даже малая капля могла обратить человека в монстра или, что еще хуже, привязать его к тому, кто поделился своей сущностью.

— Нет! — вскрикнула я.

Арис нахмурил брови, изучая мое выражение лица.

— В чем дело? Ты же согласилась.

Я переводила взгляд со стакана на вампира, который не видел ничего плохого в том, что предлагал. Его спокойствие лишь усиливало дрожь в моих пальцах.

— Я… я не хочу быть вампиром. Я не могу им быть. Я же охотник, и во мне эльфийское наследие!

Вампир еще сильнее потупил взгляд, а затем снова глянул на стакан и… засмеялся. Внезапно и так по-доброму, будто мое заявление было самой забавной шуткой в мире.

— Лия, это… — он потряс стаканом, отчего вода в нем заволновалась, — не обратит тебя.

Его смех, чистый и звонкий, как колокольный перезвон, разлился по комнате, заполняя всё вокруг. Я опешила. Совершенно не такой реакции я ожидала.

Как это «не обратит»? Все ведь знают: кровь вампира — ключ к обращению. Глоток, и ты уже не совсем человек, а... привязанный. Низший вампир, прислуга своего «родителя», лишённый воли, навсегда связанный с тем, кто дал тебе свою кровь.

Мой растерянный взгляд, похоже, привёл Ариса в ещё большее веселье. Он, кажется, находил в моём замешательстве искреннее удовольствие. И, если быть честной, меня это даже не злило. Потому что, о, боги, когда он смеётся, он не просто красив. Он неотразим.

Я тряхнула головой, пытаясь собрать разбегающиеся мысли.

— Но… ведь именно так и появляются привязанные, — неуверенно произнесла я. — После того как выпивают кровь вампира.

— Не совсем, — с лёгкой усмешкой протянул он. Его голос всё ещё звучал с оттенком веселья, а на губах играла широкая, лукавая улыбка. — Чтобы стать привязанным, пары капель недостаточно. И даже просто выпить кровь мало. Нужно умереть, когда в твоих венах всё ещё течёт кровь будущего господина. Только тогда начинается настоящее обращение. Медленное, болезненное… И да, у низших оно куда дольше и тяжелее, чем у тех, кто обращён высшим вампиром.

Я нахмурилась, обдумывая услышанное.

— Я всегда думала, что все вампиры обращаются одинаково. А потом, со временем, низшие могут стать высшими, если выживут.

Арис снова протянул мне стакан. Жидкость внутри мерцала в мягком свете луны.

— Прошу, — сказал он тихо, — выпей. Клянусь, это не обратит тебя.

Несмотря на голос разума, я снова послушалась. Снова поверила. Подняла бокал и, не отводя от него взгляда, осушила до дна.

Вкус был почти незаметным — вода с лёгкой, металлической горчинкой, будто где-то на дне растворилась капля меди. Первые секунды не произошло ничего. Ни жара, ни холода, ни предсмертных судорог, которые я себе, конечно же, нарисовала заранее.

Но Арис продолжал пристально смотреть на мою рану.

Я не выдержала и опустила взгляд вслед за ним...

— Ох, чёрт, — вырвалось у меня.

По моей коже пробежал разряд, будто ток, заставляя каждый нерв трепетать. Рана на плече затягивалась прямо на глазах, оставляя после себя лишь розоватый след новой кожи. Но волны жара не утихали, они накатывали с новой силой, разбиваясь о скалы моего самоконтроля, угрожая снести последние преграды.

Я чувствовала небывалое возбуждение. Из памяти еще не стерлось воспоминание об укусе того вампира, как эндорфины, блуждающие по крови, разжигали огонь в жилах. Теперь все ощущалось в тысячу раз острее. Кожа горела, мучительно чувствительная к малейшему дуновению воздуха, а между бедер пульсировало влажное, ненасытное тепло.

Я резко вскочила с кровати и шагнула к окну, стараясь скрыть дрожь в коленях. Но Арис уже заметил перемену во мне.

— Лия, ты в порядке? — его голос прозвучал настороженно. — У крови бывают побочные эффекты, но ты выпила всего каплю, да еще и разбавленную водой.

Пока он говорил, низ живота скрутило таким сильным спазмом, что я невольно вскрикнула. В следующий миг Арис уже был рядом, его руки обхватили мои плечи, разворачивая к себе.

— Скажи, где болит? — его пальцы впились в мою кожу, а взгляд метнулся вниз, проверяя, нет ли новых ран.

Я лишь отрицательно мотнула головой, сжимая зубы. Говорить было стыдно, но тело не слушалось.

— Это… не боль.

Сердце бешено колотилось, а между ног разгорался нестерпимый огонь. Я знала это чувство, но никогда еще оно не накатывало с такой яростью. Кровь Ариса пробудила во мне что-то дикое, неудержимое. Я буквально превратилась в зверя в течке, каждое прикосновение его пальцев к моей коже лишь разжигало желание.

— Тогда что? — он заговорил низким, охрипшим голосом, от которого по коже побежали мурашки.

Я не ответила, но мое тело говорило за меня, бедра непроизвольно сжались, а грудь тяжело вздымалась.

Арис замер, и вдруг его взгляд потемнел. Он почувствовал.

— О… — его пальцы сильнее сжали мои плечи. — Так вот что делает с тобой моя кровь.

Он будто боролся с собой, сдерживая порыв провести ладонями по моему телу. Я это чувствовала — напряжение в его пальцах, медленный вдох сквозь стиснутые зубы. И уже была готова умолять, чтобы он не сдерживался.

— Ты дрожишь, — прошептал он, склоняясь ближе. Его губы почти касались моей кожи — шеи, линии скул… дыхание холодом скользнуло по раскалённому телу.

Я задыхалась. Его близость должна была облегчить жар, но каждое прикосновение лишь усиливало пламя.

— Арис… — имя сорвалось с моих губ хрипло, почти беззвучно.

Я сама потянулась к нему, прижалась, как будто только он мог удержать меня от распада. Голова кружилась, всё внутри гудело. Я вцепилась в его рубашку пальцами готовая ее порвать, пытаясь притянут еще ближе.

Он не отстранился. Его руки заскользили по моим и вот уже оказались на моей талии, прижали сильнее, и на мгновение я почувствовала, что он вот-вот сорвётся. Между нами не осталось воздуха, только жар и натянутое напряжение. Я чувствовала запах магнолии, моря и сигаретного дыма.

Я выгнулась к нему навстречу ожидая того, чего жаждала. Глаза закрылись сами собой. Всё тело пульсировало, между бёдер стало влажно, и я не могла, не хотела, это остановить. Только он. Только сейчас.

Но вдруг он замер.

Как будто что-то в нём сломалось. Его пальцы дрогнули и, спустя долю секунды, он разжал хватку.

— Нет, — выдохнул он резко, его голос едва походил на человеческий. — Не так. Не сейчас.

Он отступил на шаг, будто вырывая себя из-под заклинания. В его взгляде было всё — и желание, и ярость, и сдержанность, которой он, казалось, больше не в силах подчиняться. Но я решила заставить его забыть о ней.

С неимоверной силой я впечаталась в его губы, так что в висках застучало. И Арис не смог не ответить. Мы целовались яростно, с голодом, которого я не узнавала в себе, зубы царапали его нижнюю губу, язык жадно исследовал каждый изгиб.

Арис застонал прямо в мой рот, его пальцы вцепились в мои бёдра, прижали к себе так сильно, что я почувствовала всю его эрекцию сквозь одежду.

— Ты вся горишь… — он оторвался на секунду, чтобы провести языком по моей шее, и я вздрогнула, когда его клыки слегка зацепили кожу.

Мои пальцы вцепились в его волосы, не давая отстраниться.

— Не останавливайся.

Он послушался. Его ладонь скользнула под мою рубашку, обжигающе холодная на раскаленной коже. Я выгнулась, когда его пальцы нашли жесткий сосок, сжали его — сначала нежно, потом с возрастающей силой.

— Арис…

Он снова поймал мои губы в поцелуй, одновременно толкая меня назад, к кровати. Мы рухнули на покрывало, его тело прижало меня к матрасу. Твердое бедро впилось между моих ног, и я застонала, не в силах сдержаться.

— Так лучше? — прошептал он, двигая бедром, создавая сладкое трение.

Я могла только кивнуть, цепляясь за его плечи. Одежда мешала, слишком много слоёв между нами. Мои пальцы дрожали, расстёгивая его рубашку, но он перехватил мои запястья и прижал к подушке.

— Не так быстро, — его губы скользнули к уху, зубы сжали мочку. — Мы не должны спешить… и вообще не должны этого делать.

Но его рука продолжала двигаться вниз, скользя по животу к краю джинсов, вопреки его же словам. Я задержала дыхание, когда пальцы слегка надавили туда, где пульсировало влажное тепло.

Прежде чем я успела поддаться этому прикосновению, он вдруг замер.

— Нет… — Арис отстранился, его глаза горели в полумраке. — Не так.

Я хрипло застонала от разочарования. Хотелось сказать: мы уже так далеко зашли, мы должны закончить. Но он лишь провёл большим пальцем по моей нижней губе.

— Когда это случится, ты будешь трезва. И скажешь «да» без помощи моей крови.

Я не хотела его слушать. Я хотела, чтобы мы продолжили. Мне нужно было это испытать. Но на задворках моего сознания всё же билось понимание, что я бы пожалела об этой ночи. Мой первый раз не должен быть таким. И мне оставалось только жалобно всхлипнуть. Всё, что я смогла выдавить:

— Помоги.

Даже не знала, о чём прошу конкретно, но, кажется, Арис всё понял. Он рывком поднял нас и усадил меня к себе на колени. Одна рука легла мне на спину, скользнула вдоль позвоночника, чертя невидимую дорожку от лопаток до поясницы. Пальцы были прохладными, но в них таилась сила, которая успокаивала и будоражила одновременно. Вторая рука опустилась к талии и неторопливо, с точной выверенностью начала расстёгивать мои джинсы.

— Обними меня. Я сниму твоё напряжение и станет легче.

Молча кивнув и обвив его шею, я постаралась больше не двигаться, хотя тело само стремилось ближе. Арис что-то ещё шептал мне на ухо, аккуратно пробираясь пальцами к моему лону. Но я больше не слушала. Я полностью сосредоточилась на ощущениях его рук. Он касался сквозь ткань так, будто знал каждый изгиб, знал, где жар сильнее всего. Его ладонь легла точно между бёдер, и я задохнулась, когда пальцы осторожно раздвинули мокрые складки и скользнули туда, где пульсировало желание. Движения были медленными, почти дразнящими, словно он намеренно изучал каждую мою реакцию.

Я затаила дыхание, когда его пальцы скользнули внутрь, уверенно и точно. Ни слов, ни взглядов — только дыхание и движение. Он не торопился. Каждое касание было внимательным, он хотел, чтобы я чувствовала все.

Я прижималась к нему сильнее, вцепившись в ткань его рубашки. Бёдра непроизвольно дёрнулись навстречу его ладони. Пальцы скользнули глубже, надавливая ровно настолько, чтобы свести с ума.

Я тихо застонала, не в силах сдержаться. Он продолжал двигаться, чуть усиливая нажим, то ускоряясь, то замедляясь, точно чувствовал отклик моего тела.

Магия между нами снова ожила. Я ощущала её в каждом нервном окончании, в каждом дыхании, в каждой волне жара, прокатывающейся по позвоночнику. Искры клубились, овивая нас, будто сплетая в узел. Я слышала треск электричества.

Он держал меня крепко, надёжно, но не сдерживал. Его рука на моей спине двигалась медленно, словно считывая ритм моего сердца. Я чувствовала, как приближалась к пику.

— Да, вот так, моя девочка, — в его голосе появились низкие ноты, и по плечам пробежала едва ощутимая дрожь. — Еще немного.

Я выгнулась, вцепившись ногтями в его плечи, когда волна прошла сквозь меня, с силой вырвавшаяся из самой сердцевины. Бёдра дёрнулись в ответ на нарастающее трение, и я вскрикнула, не в силах сдержать звук. Внутри всё сжалось, сгорело, и тут же разлетелось на горячие пульсации, которые захлестнули целиком. Влажное тепло между ног вспыхнуло острой дрожью, мышцы сжались в судороге.

Я прижалась к нему не в силах дышать. Он не отпускал, его пальцы медленно отступили, оставляя за собой пульсирующее послевкусие.

— Всё хорошо, — прошептал он мне в волосы. — Ты должно быть невероятно сладкая.

Моё тело обмякло в этих объятиях, пока его пальцы продолжали вырисовывать круги по моему клитору, продлевая волны удовольствия. Эти размеренные движения почти убаюкивали, стирая грань между реальностью и ощущениями. Всё напряжение, которое копилось во мне, вышло наружу и забрало с собой всю боль.

Сознание медленно возвращалось ко мне, постепенно вырисовывая полную картину произошедшего.

Арис осторожно извлёк пальцы из-под пояса моих джинсов. Я не сводила с него взгляда, затаив дыхание, наблюдала, как он подносит руку к губам.

И, не сводя с меня своих алых глаз, начал по одному облизывать пальцы, на которых ещё оставался вкус моего тела. Он закрыл глаза, наслаждаясь, и в его горле прозвучал негромкий, едва уловимый звук, похожий на довольное урчание хищника.

Моё лицо залило жаром, а щёки горели так, будто я вдохнула пламя вместо воздуха.

— Как я и сказал… сладкая, — прошептал он, проводя языком по последнему пальцу, словно смакуя остатки греха.

Я до сих пор сидела у него на бёдрах, застывшая в мгновении покоя и обмякшая, как после долгой бури. Арис бережно приподнял меня, помогая устроиться чуть удобнее, и его руки не прикасались к телу, а словно ласкали мою суть, мою душу, мою незащищённость.

Между нами не осталось ни страха, ни фальши. Только трепетное молчание и пульсирующее напряжение, которое казалось живым. Его ладонь легла мне на щёку, а большой палец с нежностью провёл по коже под нижней губой. Я взглянула ему в глаза, впервые не пытаясь скрыться.

Когда он наклонился, я не отстранилась.

Его поцелуй оказался не жадным и не страстным. Он был осторожным. Почти робким. Таким, от которого сердце начинает болеть приятной тяжестью. Я закрыла глаза, позволив себе раствориться в этом прикосновении. Это было больше, чем физическое влечение. И пугающе реальнее.

Но в этот момент во входную дверь забарабанили с такой яростью, что казалось, её вырвут с корнем. Вслед за этим раздался почти рёв, а не голос:

— Аргирис!

Это заставило меня вздрогнуть и мгновенно отстраниться, будто в меня плеснули ледяной водой.

Арис успел перехватить меня за запястье, не дав вскочить. Его взгляд оставался спокойным, но по моей коже уже прокатился холод страха. Нас могли увидеть вместе. Могли всё понять. Сообщить моим родителям.

Боже… Ну и дурацкая же мысль! Я даже не знала, кто стоял за дверью, а паника уже подступала к горлу.

— Тсс… — прошептал Арис, притягивая меня ближе. — Никто тебя не тронет.

Он и представить не мог, чего на самом деле я боялась.

Он осторожно снял меня со своих бёдер и с какой-то удивительной нежностью усадил меня на кровать. Встав, без спешки застегнул мне джинсы. Мельком одарил меня коротким, проницательным взглядом, а потом молча направился по длинному коридору к входной двери.

Я вскочила и подбежала к дверному проёму, прячась за косяком, но не в силах оторвать взгляда от того, что происходило.

Арис отворил дверь.

— Аргирис, прости, что без предупреждения, — с порога заговорил мужчина, тяжело дыша. — Но мне срочно нужен Гарри. Я не могу до него дозвониться.

Незнакомец буквально влетел в дом, стараясь отдышаться. Я видела его впервые, но была уверена, что запомнила бы это лицо, если бы встречала раньше. Высокий, мощный, с длинными волосами и короткой бородой, он буквально излучал силу. В его движениях сквозила дикость, неукротимая природа.

Перед Арисом стоял оборотень.

Не знаю, как объяснить, но их всегда можно узнать. Даже без трансформации. Аура, хищная пластика и животное чутьё. Всё внутри подсказывало: он один из них.

— Гарри сейчас не в городе, — спокойно сказал Арис, облокотившись о дверной косяк. — Но если это что-то срочное, я могу помочь.

— Ох... тогда, наверное, не стоит... — оборотень замялся, но не развернулся. Его ноздри едва заметно подрагивали.

Он вдруг умолк и, прикрыв глаза, глубоко вдохнул. И в тот же миг резко повернул голову — прямо в мою сторону. Я едва не вскрикнула от неожиданности, но отступать уже не имело смысла. Он меня почуял. Увидел. Прятаться было бесполезно.

Его взгляд метнулся от меня к Арису, затем обратно. Оборотень снова втянул носом воздух, как хищник, учуявший добычу.

— Варг, — голос Ариса оставался спокойным, почти ленивым, — не обращай внимания на мою гостью. Ей можно доверять. Ну так что, нужна моя помощь или нет?

Оборотень по имени Варг, поморщился, словно каждое слово вампира резало его по живому. В его выражении появилось что-то дико-противоречивое: смесь отвращения, боли и, возможно, ярости.

Внезапно, без предупреждения, он двинулся прямо ко мне. Его шаги были быстрыми, точными, полными хищной решимости. Он шёл уверенно, как лавина, не сбавляя шага. Его глаза метались от моего лица к открытой двери спальни, затем обратно. Варг был зол. Нет... взбешён.

— Что ты с ней сделал? — голос прозвучал как удар, глухо, яростно, срываясь на рычание. — Ты... ты серьёзно, Аргирис? Она же... совсем ребёнок!

— Варг, остановись, — спокойно сказал Арис, но взгляд его стал холодным, как лёд. — Ты ошибаешься.

Но Варг не слушал. Он уже стоял передо мной, глядя сверху вниз. Его широкая фигура тенью нависла надо мной, а из глаз буквально лилось негодование.

— Ты в порядке? — спросил он резко, склонившись ко мне ближе, словно проверяя, не ранена ли я. — Он тебя тронул? Заставил?

Я инстинктивно попятилась назад, сбитая с толку и всё ещё растерянная.

— Нет! — выдохнула я, голос дрожал. — Всё хорошо. Он... ничего плохого не сделал.

— Запах говорит обратное, — прошипел Варг, и его губы скривились. — Секс. Страх. Ты вся пропитана этим. Она дрожит, Арис!

— Она дрожит, потому что ты вломился сюда, как дикарь, — голос Ариса звучал всё ещё сдержанно, но угрожающе. — Убери от неё руки.

Оборотень встал между мной и Арисом, закрывая меня от вампира.

— Я защищаю её, чёрт тебя подери! — зарычал Варг, и его ладонь почти легла мне на плечо, как будто он собирался увести меня силой.

— Мне не нужна защита! — выпалила я, отступая. — Вы ошибаетесь! Никто меня не насиловал!

Он замер, будто не веря. Его рука опустилась, но взгляд не потеплел.

— Но ты испугана.

Я медленно кивнула, всё ещё запыхавшись.

— Да. Но не из-за него... — я сглотнула и отвела взгляд. — Я испугалась, что нас кто-то увидит. Когда вы ворвались в дом Ариса, я подумала, что это может быть... кто-то, кто знает моих родителей. — Последние слова сорвались с губ почти шёпотом, и щеки вспыхнули. — Боже, как же стыдно...

Варг отошёл на шаг, качнувшись, будто от пощёчины. Его пыл поутих, но на лице отразилось разочарование.

— Сколько тебе лет? Ты же знаешь, кто он?

— Она не твоя забота, Варг, — перебил Арис, подходя ближе.

Варг бросил на него тяжёлый, тёмный взгляд.

— Я думал, ты лучше. Неужели я ошибался.

В этот момент во мне уже вспыхнула ярость. Что бы здесь ни случилось, и как бы я себя сейчас ни чувствовала, Арис точно поступил правильно. В то время как мой разум сходил с ума, а тело требовало, чтобы его взяли, он смог, не подорвав моего доверия, исправить ситуацию. Хотя я чувствовала, как ему было нелегко отказаться от меня. И потому меня ужасно разозлил тон этого оборотня. Да кто он такой, чтобы осуждать Ариса, не зная всей ситуации?

Я обошла Варга и загородила от него вампира, сложив руки на груди, чтобы казаться чуть устрашающе. Хотя это было сложно, учитывая, что Варг возвышался надо мной на две головы как минимум.

— Не смейте строить выводы о том, чего не знаете. Арис поступил порядочно со мной этой ночью и предыдущими тоже. — Не совсем ложь. Арис всегда дразнил, но точно не принуждал. — Наши отношения с ним вас не должны касаться. Потому прошу придержать свой язык, когда в ваш явно испорченный мозг в следующий раз придет подобная мысль. Это оскорбляет не только его, но и меня — охотника, который вполне может постоять за себя, когда дело касается домогательств. И для справки: мне восемнадцать! Идиот.

У оборотня буквально отвисла челюсть от моей тирады. А краем глаза я заметила, как Арис опустил голову, пряча улыбку и пытаясь не рассмеяться от того, как я защищала его. Но если честно, сейчас я защищала нашу репутацию. Мне точно не хотелось быть в чьих-нибудь глазах жертвой насилия. Уж лучше пусть знают, что я добровольно легла в постель к вампиру, чем это.

Видимо, понемногу приходя в себя, Варг посмотрел на вампира, долго обдумывая следующие слова.

— Аргирис, я бы хотел… кхм… извиниться. Видимо, я пришел к неверным выводам. — Он на секунду потупил взгляд, но тут же, уже более уверенно, поднял его на меня. — И вы, мисс, примите мои извинения. Надеюсь, вы поймете, что я думал, будто помогаю вам.

Оборотень говорил искренне и явно умел признавать свои ошибки. Что ж, он прав, он всего лишь думал, что мне нужна помощь. В этом не было ничего дурного. Так что мой гнев стих, и я опустила руки из защитной позы.

— Тогда и вы простите меня, мистер Варг. — помолчав немного, я добавила, — И за идиота тоже.

— Отлично, значит, мы разобрались в ситуации, — сказал Арис, подойдя ко мне вплотную и по-хозяйски обняв за талию. — А теперь, Варг, скажи, тебе еще нужна моя помощь?

***

Немного сомневаясь, Варг всё же сказал, что не откажется от помощи, и мы все вместе перешли в кабинет Ариса, чтобы обсудить дело оборотня. У него сбежал какой-то пленник, и необходимо было быстро отыскать его, пока тот не пересек границу города. Я не вдавалась в подробности, Арис лишь сообщил мне, что это был шпион ведьм.

Перед тем как отправиться по следу, Арис настоял на том, чтобы перенести меня с помощью магии ближе к дому. Я не возражала. Как выяснилось, дом Ариса был еще дальше от моего дома, чем его клуб, вверх по побережью. Поездка на машине заняла бы часа три, не меньше.

Еще раз попрощавшись с Варгом и договорившись обращаться друг к другу на «ты», я и Арис растворились прямо из его кабинета. А в следующую секунду я уже стояла на дороге, в двух домах от собственного.

— Иди быстрее. Я подожду, пока ты зайдёшь.

Меня это, признаться, тронуло. Будто я и правда возвращалась со свидания, не просто жаркого, опасного, пронизанного магией, а почти обычного, человеческого, где мужчина галантно провожает девушку до самого крыльца. Хотелось ответить коротко, по-настоящему, но что бы я ни придумала, всё казалось не к месту. В голове крутилась только одна мысль: а что, если он уже жалеет? Если считает, что всё, что произошло между нами, было ошибкой?

Я опустила голову и, не поднимая взгляда, кивнула, уже собираясь отвернуться, как вдруг он резко перехватил моё запястье. Я не успела ни подумать, ни вздохнуть, как оказалась повёрнута лицом к нему, и в следующий миг его губы жадно накрыли мои. По телу прошли молнии, буквально. Они побежали по коже, по спине, зацепились за запястья и сконцентрировались внизу живота. Его поцелуй не был долгим, но он вырвал из меня весь воздух. Врать себе было бесполезно: мне нравился Арис. Нравилось, как он смотрел, как касался, как молчал. И, безусловно, я не была против того, что он делает сейчас.

Когда он отстранился, в уголках его губ дрогнула едва заметная улыбка. А в его волосах, плясали мои молнии. Он коротко сказал:

— Между нами точно есть искра.

Я не удержалась и улыбнулась в ответ, по-настоящему. Приподнялась на цыпочки, коснулась его губ быстрым, лёгким поцелуем и, не оборачиваясь, побежала вниз по улице, ощущая, как щеки горят, будто всё происходящее и правда было не просто игрой магии, а чем-то настоящим.

С трудом открыв дверь, я бесшумно проскользнула внутрь, убедившись, что весь дом спит. На цыпочках взлетела наверх и, оказавшись в своей комнате, первым делом подошла к окну. Улица тонула в сером предрассветном тумане, на другой стороне уже никого не было. Я прижалась лбом к стеклу и невольно улыбнулась. Боже, я сошла с ума.

Сбросив одежду, наскоро ополоснувшись и накинув только бельё и тонкую майку, я рухнула в кровать, всё ещё ощущая вкус поцелуя, ощущение его рук на себе, и будто бы жар этих моментов всё ещё был под кожей. Погасив светильник, случайно задела висящий на нем кристалл. Он закачался, отбрасывая мягкие блики на потолок. Несколько секунд я просто лежала, вглядываясь в них, не отпуская из головы то, что произошло. Всё казалось неправдой, воспоминанием, которое тело впитало лучше, чем разум. Я чувствовала, как веки тяжелеют, и почти погрузилась в сон, когда кристалл вдруг вспыхнул ослепительным светом на всю комнату.

Я вскочила на постели и резко обернулась.

На второй половине кровати, распластавшись на простынях, лежал мужчина. Обнажённый по пояс, со спутанными серебристыми волосами и окровавленной раной в боку. Его грудь тяжело вздымалась, а на алебастровой коже были заметны капли пота.

— Рен!

***

Как только Арис переместился обратно в свое поместье, Варг уже шёл к нему по газонной дорожке. За спиной у него болталась небольшая сумка, видимо, с магическими кандалами и цепями.

— Необходимо поспешить, я и так потерял много времени.

Арис молча кивнул. Схватив Варга за предплечье, он окутал их красным маревом магии, и в следующий миг они уже стояли возле особняка стаи.

Варг указал на окно на первом этаже:

— Отсюда она сбежала.

— Как давно?

Оборотень посмотрел на часы на запястье.

— Уже около часа.

Вампир кивнул и, недолго думая, призвал свою магию. Густая багровая дымка обвила его пальцы, лёгким ручьём опускаясь к ногам и стекаясь по земле, туда, где, по предположению Ариса, должна была ступать нога ведьмы.

Прошло несколько минут, мучительно долгих для Варга, прежде чем на земле начали проявляться туманные следы. Вереницей тёмных пятен они уходили в сторону леса, пересекая аллею.

Оборотень вздохнул с облегчением — теперь у него был след. Стоит приблизиться достаточно близко, и он уже сможет учуять её.

— Стоит поспешить, Варг.

И они двинулись по следам. Теперь, немного расслабившись и имея чёткий след, Варг снова мысленно вернулся к сцене, произошедшей в доме древнего вампира. Всю дорогу, поглядывая на Ариса, оборотень задавался вопросом. Ему всегда казалось, что вампир был далёк от земных потребностей, а если и предавался им, то уж точно не в обществе такой юной девушки, да ещё и охотницы. Что же их связывало?

Арис прекрасно чувствовал любопытство волка. И наконец, не выдержав, сказал:

— Если тебе что-то интересно, просто спроси. Я считал, что в нашем союзе есть доверие.

Варг немного смутился, но в следующий миг задал тот самый вопрос, который его волновал:

— Она... твоя женщина?

Для волков избранница значила многое. Они могли иметь множество любовниц, но со временем всегда выбирали одну — ту, которую называли своей. И после этого ни одна другая волчица их не интересовала.

Арис знал их законы и прекрасно понял подтекст вопроса. Вампир серьёзно задумался над ответом. Да, возможно, поначалу его влекло к Лии лишь потому, что она была своего рода запретным плодом... и, конечно, до боли напоминала Диялу. Но сейчас он уже давно не обманывал себя. Его притягивала именно Лия — её характер, идеалистические мысли и даже острый язычок. Она идеально ему подходила.

И Арис ответил:

— Моя.

Волк всё понял. И беспокойство его, наконец, отпустило.