25

  Ничего не могло продолжаться так, как было раньше - это Айлин отчетливо понимала. На следующее утро у нее открылось кровотечение, но вовремя принятые меры помогли - ребенка удалось спасти. Признаться честно, если девушка потеряла бы этого малыша, то особо не расстроилась бы. Конечно, ребенок не был ни в чем виноват, но постоянные мысли о том, от кого он мог быть, убивали ее. Почему так бывает? Ее сын родился мертвым, а она тогда не испытала и долю того стресса, как сейчас. Зато этот ребенок вместе с ней стойко выдерживал все переживания. Несколько дней она лежала, практически, не выходя из комнаты. За ней следила Суфия, которая помогала всем, чем могла. Керим тоже был частым гостем у нее, что-то говорил, пытался развеселить, будто ничего не было, что сводило ее с ума. Тот браслет так и лежал на тумбочке, она даже не хотела к нему прикасаться, он ассоциировался у нее с тем днем, напоминал ей о ее грехе. Айлин постоянно прокручивала в голове день, когда увидела истинное лицо Селима. Как иногда бывает больно смотреть правде в глаза, как больно видеть, как человек, которого ты считала близким, снимает маску, показывая настоящее лицо. Ее неумение видеть людей сыграло с ней злую шутку. Она боготворила человека недостойного ее, а людей, которые были рядом и заботились о ней, относясь к ней с нежностью и любовью, не хотела замечать. Выдавала желаемое за действительное. Дни проходили, ее живот рос, а вместе с тем росла тоска и боль в душе. Решение она приняла еще давно, осторожно подыскала необходимое место. Айлин собиралась навсегда исчезнуть из жизни Керима и Суфии. Эти двое прекрасно бы жили, если бы не она. Она сама, своими руками, отдавала Керима второй жене. А что было бы с ней? Было не столь важно. Девушка как-нибудь обязательно справится, найдет чем прокормиться, чем содержать себя и будущего ребенка. Так было бы лучше для всех, а для нее особенно. Айлин хотя бы перестала бы чувствовать вину перед мужем, смогла бы спокойно растить ребенка, в другом случае, девушка боялась, что может возненавидеть собственного малыша. Она больше не может жить как раньше и притворяться. За день до ухода, она спрятала немного вещей, которые смогла бы унести без последствий, посчитала все деньги, которые когда-то откладывала на "черный день", будто чувствовала, что он настанет. Ее взгляд упал на браслет, Айлин без раздумий взяла его и вошла в комнату Суфии, считая, что должна отдать его той, кто несомненно заслуживал. - Айлин. Что-то случилось? - девушка игралась со своим сыном, когда первая жена вошла. - Ничего.- печально улыбнулась Айлин. - Я с подарком. Вытяни, пожалуйста, руку и закрой глаза. Удивленная Суфия все-таки выполнила ее требование. Айлин ловко одела на ее браслет, сказав. - Теперь можешь открывать. Суфия открыла глаза, но увидев столь дорогой браслет смутилась, запротестовав. - Нет-нет, я не могу принять такой дорогой подарок! - отказывалась она, но ее глаза восхищенно, завороженно смотрели на вещицу. - Я дарю от чистого сердца. И мне будет очень обидно, если ты не примешь. Тем более я вижу, ты любишь украшения, а я к ним равнодушна. Ты его полностью заслужила. Суфия не стала больше сопротивляться, не отрывая взгляда от браслета. - У меня одна просьба. Сможешь кое что сказать Кериму? - Конечно, но почему не скажешь сама? - Хочу устроить ему сюрприз, и мне нужно твое участие. Завтра с утра или в обед скажи ему, что все, что я тогда сказала, было правдой. А когда он узнает про сюрприз, скажи, что так будет лучше для всех, я поступила верно. Передай дословно мои слова, хорошо? Наивная Суфия не поняла к чему клонила Айлин, поверив ей на слово и не став расспрашивать. Да и все ее внимание было на подарке, который она разглядывала со всех сторон. Айлин еще раз улыбнулась ей, выходя из комнаты. А ночью, когда все уже давно спали, девушка сбежала из собственного дома.

  Со своими скудными финансами, она сняла самый дешевый домик, который смогла найти. 

Айлин прежде, чем выйти куда-либо тщательно маскировалась, чтобы не быть узнанной и найденной. Ее деньги таяли с каждым днем, а новых она не могла никак достать. Иногда она даже воровала, когда точно была уверена, что никто не заметит. Приходилось бережно относиться ко всем запасам, пока еле-еле, но ей на все хватало. Но максимум ей было бы этого достаточно, когда ее ребенку исполнилось бы месяца два, а как бы ей пришлось бы дальше? Как она нашла бы средства на пропитание? Как содержала бы себя и малыша? Обо всем этом она с ужасом думала, не зная даже на что ей надеяться. Роды начались раньше положенного срока, это стало для нее совсем неожиданностью. Она-то думала, что у нее еще есть месяц-полторы в запасе. Айлин была совершена одна, испуганная, не зная, кому обратиться за помощью. Рожать сама она боялась, а вдруг ребенок снова родился бы мертвый? Нужно было, чтобы кто-то был бы рядом. Хотя в этом случае малыш спасся бы от мученической смерти: от голода или холода, когда наступят холода, поскольку надежда найти хоть какие-то средства на пропитание, таяла с каждым днем. Хватаясь одной рукой за живот, а другой опираясь на голые стены. Девушка вышла из дома и и не придумала ничего лучше, как обратиться за помощью к соседям. Благо ей повезло. Дверь открыла женщина, которая выслушав девушку, попросила ту вернуться в дом, а сама тем временем созвала подруг, которые вместе с ней явились к Айлин.Все продолжалось очень долго, девушка потеряла счет времени, лишь ощущала болевые схватки, которым не было конца. Но вот миг, и она слышит плач собственного ребенка. - Девочка. - радостно оповещает женщина, которая непосредственно принимала роды. Айлин берет на руки свою малышку, и эмоции переполняют ее. - В этом мире у меня больше никого, кроме тебя нет. Я всех растеряла, а тех, кто меня любил, отвернула от себя. - говорила она тихо, чтобы слышала все только дочь. - Как назовешь? - спросила ее незнакомка. И тут Айлин задумалась. - Я, наверно, очень плохая мать, но я даже не думала над именем. - в голове всплывали имена, но все было не то, как неожиданно пришло одно. - Ханде, я назову ее Ханде. - Хорошее имя, означает улыбка. - проговорила одна из женщин. - Да. Пусть ее жизнь будет полна счастья и улыбок. - сказала вслух Айлин, не желая, чтобы в будущем дочь наступила на те же грабли, что и она. - Пусть по жизни идет улыбаясь. - еще чуть-чуть, и она бы заплакала, но Айлин сдержалась.Девушка не знала, как отблагодарить женщин, которые так были к ней добры, которые не отвернулись от нее, не спрашивали где ее муж и почему она одна. - Я не знаю, как вас всех отблагодарить. Я вам так благодарна. Если бы не вы, то не знаю, как бы я справилась с этим одна.- Ну что ты, какая благодарность. Любая могла бы быть на твоем месте, рождение ребенка - это чудо, если что, не волнуйся, сочтется все потом, на том свете. Вафа, Гюленай и Тангюль - эти отзывчивые женщины не забросили ее сразу же после первого дня, а навестили еще на следующий, давая советы по уходу за ребенком, помогая матери справиться с дочерью, еще через пару дней они пришли к ней с небольшими покупками.

  - Ну зачем вы тратились? Не нужно было! - слабо возразила Айлин, хотя, если честно, была рада и благодарна, ведь у нее были нелегкие времена, и помощь была, как нельзя, кстати.

- Мы от этого не обеднеем, а тебе помощь нужна. Вон в каких условиях живешь, экономишь на всем, а тебе нужно хорошо питаться, чтобы потом ребенка кормить. - деловито говорила Гюленай, критически осматривая ее помещение. - Знаю. - не стала спорить девушка. - Мне нужно найти подработку, согласна взяться за любую работу. - Что-нибудь придумаем. - отмахнулась Вафа, слушавшая разговор. - Пока тебе не до работы. А, кстати, что же ты не говорила, что у тебя муж есть? Что сбежала от него? Айлин вздрогнула, уставившись на женщину. - С чего вы взяли, что я сбежала? Я незамужняя. - соврала девушка, ни моргнув глазом- Нам-то не ври. - шутливо проговорила Гюленай. - Красавец такой, а ты от него скрываешься. Волнуется, переживает, везде ищет тебя, расспрашивает про тебя. Вчера с мужем Тангюль разговаривал. - кивнула женщина на свою подругу, а та закивала в ответ, мол правду говорит. - Тангюль подслушивала разговор, потом ее муж позвал, стал расспрашивать при твоем муже, не видела ли она где-то девушку беременную, темноволосую, с карими глазами. Тангюль-то сначала отмахнулась, говорит полным-полно таких вокруг, каждая вторая с темными глазами и волосами, а потом, как имя услышала, поняла, что про тебя речь ведет.Айлин похолодела, не ожидала она, что Керим будет так настойчиво ее искать, видимо, не убежать ей все-таки от наказания.- Надеюсь, вы не сказали ему, где я нахожусь? - с волнение в голосе спросила она.- Девочка моя, - отвечала ей снова Гюленай. - Ты мне в дочери годишься, послушай меня, прислушайся. Конечно, я не знаю, что между вами произошло, но он парень хороший, не думаю, что обидит тебя, поговорите с ним, а если что будет, то кричи, мы будем неподалеку, сразу прибежим на помощь.Девушка не успела и возразить, прижимая к себе маленькую Ханде. Если Керим решится ее убить прямо здесь, то она даже не пикнет, только пусть ребенка ее пощадит. Женщины вышли, активно что-то обсуждая, но Айлин ничего не слышала, а когда дверь снова открылась, она с надеждой подняла голову, надеясь увидеть одну из них, которая что-то забыла, желая отсрочить хоть на чуть-чуть нелегкую встречу, но на пороге был тот, от кого она сбежала, тот, кому причинила столько боли, тот, кого она боялась и не хотела видеть, стыдясь смотреть ему в глаза, это был ее муж, ее законный муж, - Керим.