23

Тишина. С передовой давно иссякли вопли автоматных очередей и летящих немецких самолетов. Среди замшелых троп, сонных деревьев и холода ходила щекотливая тишина, безмолвие. Василе видел в кустах лицо, накрытое тенью, видел два ядовитых отблеска в глазах и слышал хрип из его открытой черной пасти.

Оно готовилось, оно голодно. Обитающее среди русских холодов, могучее и древнее, как сама земля, оно сидело в низине среди голых кустов. Мгновение, и голое темно-серое тело выскочило, рявкнуло по-медвежьи и повалила Василе на землю. Зубы сверкнули желтые, каждый — пика, изо рта несло забродившим мясом. Василе закричал.

Он был готов поверить во все мифы мира в ту минуту, и он поверил. А еще поверил, что его убьют. Секундой позже, когда желтые пики почти рванули кусок мяса на шее, тварь оттащили за длинные сальные волосы и повалили на спину. Василе быстро опомнился и вскочил на ноги, увидел Марко и его знаменитый серебряный стилет, но уже целый меч из средневековых времен. Марко умело занес меч и рубанул по серой шее. Голова откатилась в сторону. Василе обескураженно завалился на зад и рассмеялся.

— Заткнись, — сказал Марко.

— Я..я не могу, — хохотал Василе. — Сзади! — позади кралась еще одна тварь.

Марко обернулся и ткнул мечом в пустоту, тварь ловко приникла на землю и схватила Марко за бедра. Оба упали. Марко оказался на спине, пока чудовище с русских земель налегло с улыбкой сверху и потянулась зубами к лицу. На щеки Марко потекла желтоватая с красными крапинками слюна, оно захрипело, говоря что-то на русском. Василе, сидящий в параличе, упал в обморок. От страха, от шока, от неверия. Но больше он боялся, что останется ужином в том лесу. Боялся, что не станет Марко. Тот стал его надеждой всего за несколько мгновений.

Очнулся он от удара по лицу. Марко велел вставать.