Глава 36

Рэйко распорядилась, чтобы водитель сгрузил все вещи Ханио у задних ворот, откуда было ближе всего до флигеля. Потом схватила Ханио за руку и повела по выложенной камнями дорожке.

Они прошли через заросший сад к главному дому, где на веранде в плетёных креслах напротив друг друга сидела пожилая пара. Трудно было поверить, что совсем рядом проходит 7-е окружное шоссе с непрерывным потоком машин.

— Ах, Рэйко! Хорошо, что ты пришла.

— Вот, жильца привела.

— Замечательно! Проходите, молодой человек! Правда, у нас тут такой беспорядок.

Женщина, невысокая и элегантная, вежливо поприветствовала Ханио. Сидевший рядом седовласый мужчина, одетый в кимоно, как и его жена, тоже благородной наружности, с улыбкой представился:

— Рад познакомиться. Курамото.

Ханио провели в гостиную, посадили как почётного гостя и подали чай. Оказали приём по старым канонам вежливости.

Гостиная была обставлена по высшему разряду. В большущем шкафу сандалового дерева стояла курительница для благовоний и фигурка попугая, вырезанная из какого-то ценного камня. В стенной нише висело какэмоно[18] с изображением Момотаро[19] и каллиграфической надписью.

— У нашей дочери проблемы с воспитанием. Вы уж на неё не сердитесь, — сказал муж.

А жена продолжила:

— Не без недостатков, конечно, но она очень добрая девочка. Настоящий ангел. Простая, наивная… Ей тяжело в этом мире с такой чистой душой, вот и дошло до снотворных таблеток. Как их? Гимена?

— Гименал,[20] мама! — поправила её Рэйко. Видно было, что эта тема ей неприятна. Мать говорила о дочери не как о взрослой, почти тридцатилетней женщине, а как о девчонке двенадцати-тринадцати лет.

Похоже, она обладала способностью читать чужие мысли.

— Как вы узнали, о чём я думаю?

— Иногда получается. Таблетки, наверное, помогают. Не знаю, как так получается. Обычно-то мои локаторы не действуют.

Исчерпав тему, они замолчали.

Чем больше Ханио думал, тем более странным ему казался этот дом. Зачем Рэйко так шикарно всё здесь обустроила? К чему эта огромная кровать? Откуда такая привередливость в выборе постояльца, желание сдать флигель подороже?

Понятно, ей нужны деньги на жизнь. Но даже если так, всё равно трудно поверить, что подсевшая на наркотики девица будет просто так обивать пороги у риелторши в поисках квартиранта. Она, конечно, малость не в себе, но всё же не сумасшедшая.

Ханио пришло в голову, что он, вероятно, относится к категории людей, которые, выбравшись из одной передряги, тут же попадают в другую. У одинокого человека нюх на одиночество. Как у собаки. Очнувшись в риелторской конторе, Рэйко, должно быть, тут же вычислила Ханио, просветила его насквозь и поняла, что перед ней отнюдь не ординарный практичный и здоровый парень.

Странное дело, но одинокие люди имеют склонность пышно украшать своё жилище. Ханио начал свой бизнес «Жизнь на продажу» в скромной квартирке, но, добившись успеха, захотел сделать передышку и пожить красиво. Флигель Рэйко подходил для этого как нельзя лучше, в том числе потому, что низкий потолок создавал ощущение пышно убранного склепа.

— Хотелось бы немного отдохнуть здесь душой и телом, — сказал Ханио будто самому себе.

— С чего это ты так устал?

— Да так как-то. Устал и всё.

— Как можно устать от жизни, от мысли, что живёшь? Это же ненормально.

— А от чего ещё уставать-то?

Рэйко фыркнула:

— Я знаю, в чём дело. Ты устал от своих попыток умереть.