Дополнительная глава. Воспоминание

.

Мы сидели с Каем в небольшой комнате, он набрал мне теплую ванну. Мои руки все еще дрожали, а запах крови, казалось, въелся в кожу. Он помог мне залезть в горячую воду, стянул с меня испачканную кровью рубаху, а потом стал нежно смывать с моей кожи кровь и грязь, я, тем временем, даже не могла пошевелиться. Мои мысли были запутаны, но его руки, полностью истерзанные моей силой, перемотанные наспех белыми бинтами, все равно стирали с меня эту кровь, я видела, что ему больно, смотрела на испарину на лбу, как дергается край его брови, что каждое движение, приносит ему боль, но Кай держал эту чертову губку, сжимал своими изуродованными мной руками и продолжал мыть меня.—Прости, прости меня.—Запищала я, слезы потекли сами собой.—Прости меня, Кай, пожалуйста прости.Он прильнул ко мне и прижал к своей груди, запах цитруса затмил ту вонь смерти, которая исходила от меня.—Ты не виновата, vinous. Тебе не за что извиняться.В его голосе было столько искренности, что это ломало еще сильнее.—Твои руки...—захныкала я.—Шрамы красят мужчину.—Отшутился Кай и обнял меня крепче, но это не помогло, от этого стало лишь хуже. Мой разум разбивался, словно хрустальный графин, а все содержимое вытекало наружу. Голова снова загудела и я услышала этот писклявый голос. —Нет!—закричала я и оттолкнула от себя Кая. Боль разрывала меня изнутри. Я смутно видела, что Кай бежит ко мне снова, но я отталкиваю его и он ударятся еще сильнее, но я знаю, что его не остановит это. Этот голос в голове, хотел добраться до него, хотел навредить ему сильнее.Я стала выбираться из воды, но ноги не держали и я рухнула на пол, Кай подхватил меня в последний момент, а я лишь пыталась отбиться.«Десять, может двадцать, скольких ты убила?»Голос снова затараторил, а где-то на фоне, послышались крики моих жертв, но самое страшное, я видела, как разрываю руки Кая, держащие меня. Кожа, его кожа, его крики... Меня начинает тошнить... он не выдерживает и я срываюсь и бегу на маленькую девочку, секунда и ее нет... ее больше нет. Я пожираю ее плоть, а голос Кая где-то позади... нет. Нет.—Эриса, я с тобой!—голос Кая выводит меня из воспоминаний.—Сколько ей было? Сколько?—туман рассеивается и я начинаю чувствовать все с новой силой. —Эриса...—Сколько ей было, Кай?—я плачу, а стук, вновь забившегося сердца пульсирует в ушах.—Я не...—он отпускает голову вниз и я не выдерживаю... я больше не могу это терпеть ... эта ненависть к себе... я не могу пережить эту вину...—Пожалуйста, забери эти воспоминания!—я слышу свой голос, я чувствую, как слезы катятся по моим щекам.—Я молю тебя, забери это.Его руки обнимают меня, но дрожь по всему телу не унимается.—Пожалуйста, пожалуйста.—Умоляю я, держась за свою грудь, пытаясь вырвать сердце, которое вновь забилось.—Кай, я не могу...я монстр...—я ищу в его глазах страх, разочарование, хоть какой-то ответ, но в ответ он целует меня, губы мужчины очерчивают дорожки по моему лицу, подбирая слезы, успокаивая и даря надежду, в которую, я не верю.—Ты должна остаться...—теперь я слышу мольбу в голосе парня, лица которого не вижу из-за слез, которые не могут перестать литься.—Пожалуйста, ты должна остаться...Его руки сильнее сжимают меня, а голова падает на плечо.—Ты видел, что я сделала.—Заикаясь отвечаю я.—Что я сделала с тобой.—Это не важно.—Голос парня дрожит.—Просто останься со мной. Ты не можешь покинуть меня.—Прости,—я выхватываю шприц с сывороткой и втыкаю его себе в шею, я ввожу весь препарат.—Эриса, нет!—Кай отбрасывает шприц, но уже поздно, я сделала выбор, все мои воспоминания исчезнут, я начну все с чистого листа.—Как ты могла?—Кай обхватывает мое лицо руками.—Обещай, что найдешь меня первый.—Говорю я, смотря в его золотые глаза.—Обещай, что заставишь полюбить меня снова.Лицо Кая перекосила боль, а его глаза налились горькими слезами.—Эриса...—он поцеловал меня, будто, это был наш последний поцелуй, прижал меня к своему телу и практически пожирал меня, а я его. Я не знаю, сколько длился этот поцелуй , но когда я оторвалась от него, мои губы горели от жараЯ стекла на его колени, чувствуя легкую слабость.—Поговорим?—улыбаясь спросила я, а он лишь заплакал сильнее. Капли его залез, падали мне на щеки, от чего в сердце появлялась большая дыра.—О чем ты хочешь поговорить?—взяв себя в руки, с усмешкой спросил он.—Мир исчез,но ведь искусство, музыка и литература еще имеют смысл?—спрашиваю я, чувствуя, как из переполненной ванны выливается вода.—Какая твоя любимая книга?—спрашиваю я.—Я не то что бы любитель книг.—Кай пожимает плечами.—А твоя? Я удивляюсь его ответу подскакиваю, что бы посмотреть в его глаза.—Ты упускаешь возможность, прожить тысячу жизней!—я обхватываю его щеки и смахиваю слезы.—Обещай, что прочтешь, хотя бы одну.—И какую же?—руки Кая сжимают мою талию и он придвигает меня к себе.—Если бы мне сказали выбрать лишь одну книгу, которую я буду читать всю оставшуюся жизнь.—Я задумалась.—Это был бы «Грозовой перевал».—Я смотрел фильм.—Смеется Кай.—Достаточно грустный.—Он про больную, но сильную любовь.—Отвечаю я.—Он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя —одно.Глаза Кая запылали.—Апокалипсис никого не щадит, да?—говорю я,смотря на его боль.—Мне было плевать на апокалипсис, Эриса.—Мои глаза медленно закрываются, но я все еще слышу его голос издалека.—Но сегодня, ты преподнесла к моим ногам разрушение и с этого дня, начался мой личный Судный День.

Продолжение: «Предел».