Глава 40

Несколько дней спустя, когда мы с Мэтью вернулись с прогулки, Софи сидела за кухонным столом с полудюжиной тыкв. В Мэдисоне похолодало – чувствовалось, что не за горами зима.– Ну как? – Софи повернула к нам тыкву, над которой работала.Обычная хеллоуинская поделка превратилась в нечто особенное: около рта складки, на лбу морщины, глаза косые, общий эффект – жуть во мраке.– Замечательно! – одобрил Мэтью.– Я не совсем уверена насчет глаз. – Софи критически прикусила губу.– По крайней мере, это глаза, – засмеялась я. – Сара обычно протыкает отверткой три дырки, и все тут.– В Хеллоуин у колдуний полно дел, на детали времени не хватает. – Сара вышла из буфетной, работа Софи ей тоже понравилась. – Но в этом году нам все соседи будут завидовать.Софи, застенчиво улыбаясь, взялась за следующую тыкву.– Эту я сделаю не такой страшной: зачем доводить малышей до слез?Всю неделю Сара и Эм не покладая рук готовились к ежегодному осеннему сборищу мэдисоновского ковена. Предусматривалась еда, напитки (включая знаменитый пунш Эм, благодаря которому в июле родился по меньшей мере один младенец) и разные штучки, чтобы занять детей и не пускать их к костру после охоты за сладостями. Ловить зубами яблоки, к примеру, куда веселей, если плоды заколдованы.Поначалу тетушки собирались все отменить, но Мэтью их разубедил.– В городе удивятся, если вы не станете праздновать Хеллоуин.Не только Сара и Эм – мы все пребывали в подвешенном состоянии и отсчитывали часы до заветной ночи.Прошлым вечером Мэтью пересказал свой план: первыми уедут Натаниэль и Софи, за ними Маркус и Мириам. Он полагал, что так наше с ним исчезновение будет не столь заметным, и обсуждению план не подлежал.Маркус и Натаниэль, выслушав его, переглянулись. Даймон поджал губы и покачал головой, вампир уставился в одну точку, на скулах у него заходили желваки.– А кто же конфеты раздавать будет? – спросила Эм.– Мы с Дианой, – вызвался Мэтью.Маркус и Натаниэль выскочили из комнаты, едва дождавшись, когда все пойдут спать. Заявили, что съездят за молоком, сели в машину Маркуса и умчались.– Не надо все время командовать, – упрекнула я Мэтью, глядя им вслед. – Они оба взрослые, а Натаниэль женат и скоро станет отцом.– Если не командовать, по их милости завтра сюда примчится вся вампирская рать.– Тебя все равно здесь не будет. За командира остается твой сын.– Как раз это меня и тревожит.Настоящая наша проблема заключалась в угрозе тестостеронового взрыва. Как только Мэтью с Натаниэлем оказывались в одной комнате, тут же сыпались искры, а разводить спорщиков по углам в переполненном доме было не так-то просто.В очередной раз они повздорили, когда нам принесли посылку с многочисленными красными надписями «БИОЛОГИЧЕСКИ ОПАСНЫЙ МАТЕРИАЛ».– Что за черт? – спросил Маркус, держа коробку кончиками пальцев.Натаниэль с тревогой поднял глаза от ноутбука.– Это мне, – ответил Мэтью, забрав посылку.– У меня жена беременна! – взвился Натаниэль, захлопнув компьютер. – Как ты мог притащить это в дом?– Это прививки для Дианы, – едва сдерживая раздражение, сказал Мэтью.Я отложила журнал.– Какие прививки?– Без вакцинации ты в прошлое не отправишься. Пошли в буфетную.– Скажи сначала, что там внутри.– Вакцины от столбняка, тифа, полиомиелита и дифтерии. А также другие прививки, которых у тебя, скорей всего, нет, – новая одноразовая от бешенства, от разных вирусов гриппа, от холеры. Ну и оспа, конечно.– Оспа?Ее перестали прививать школьникам еще до того, как я родилась, значит у Софи и Натаниэля тоже иммунитета нет.Мэтью решительно поднял меня с дивана:– Пойдем, я сказал.– Будешь меня колоть прямо сейчас?– Лучше укол сейчас, чем оспа и столбняк завтра.– Минуту! – Голос у Натаниэля звенел от гнева. – А как же Софи с ребенком? Оспа заразна.– Объясни ему, Маркус, – приказал Мэтью, пропуская меня вперед.– Это же вакцина, не настоящая оспа, – стал успокаивать Маркус. – Софи будет в полном порядке, только к Диане пусть не притрагивается.– Ладно, не буду, – улыбнулась Софи.– Ты всегда делаешь то, что он тебе велит? – презрительно спросил Натаниэль у Маркуса. – Собирайся, Софи, мы уезжаем.– Остынь, Натаниэль. Разговоры об отъезде нервируют и дом, и ребенка. Мы остаемся.Натаниэль злобно посмотрел на Мэтью и сел.В буфетной вампир заставил меня снять флиску и водолазку, протер мне левую руку спиртом. Дверь скрипнула, вошла Сара.В спор между Мэтью и Натаниэлем она не вмешивалась, но на посылку смотрела не отрываясь.Мэтью уже вскрыл клейкую ленту. В пенопластовом контейнере обнаружилось семь пузырьков, упаковка с таблетками, что-то похожее на соль и странный металлический инструмент с двумя остриями. Мой муж преобразился в отстраненного врача, которого я уже наблюдала в Оксфорде, и моральная поддержка со стороны Сары была весьма кстати.– Я приготовила тебе старые рубашки, – сообщила она. – Белые, чтобы кипятить можно было. И белые полотенца. Грязное оставь наверху, я сама постираю.– Спасибо, Сара, это значительно уменьшит риск заражения. – Мэтью выбрал один пузырек. – Начнем со столбняка.Я морщилась при каждом уколе. На третьем меня бросило в пот, сердце стучало как бешеное.– Сара, не стой, пожалуйста, за спиной, – попросила я.Она отошла и принесла мне запотевший стакан с ледяной водой. Я зажала его в руке, стараясь не смотреть, что там делает Мэтью.Он снова воткнул в меня иглу. Я подскочила.– Последний, – утешил Мэтью, высыпал похожие на соль кристаллики в очередной пузырек, встряхнул и дал мне. – Холерная вакцина принимается орально. Осталась только оспа, а таблетки будешь пить на ночь.Я проглотила противную на вкус жидкость, Мэтью распечатал прививочный инструмент с двумя остриями.– Знаешь, что писал Томас Джефферсон Эдварду Дженнеру? – Голос вампира звучал гипнотически. – Что его вакцина – самое ценное изобретение в истории медицины. – Мэтью протер спиртом мою правую руку и проткнул кожу. – Открытие Гарвея в области кровообращения наш уважаемый президент расценил лишь как «значительный шаг вперед». – Рука Мэтью круговыми движениями втирала в меня вирусы.Отвлекающая тактика сработала – я слушала, почти не обращая внимания на его манипуляции.– Джефферсона можно понять, ведь благодаря вакцине Дженнера оспа со временем сделалась лишь отголоском истории. Вакцина избавила род человеческий от одного из самых опасных врагов. – Мэтью убрал пузырек и инструмент в специальный биоконтейнер. – Ну вот и все.– Ты и Джефферсона знал? – Я уже вообразила себе путешествие в Виргинию восемнадцатого века.– Не так хорошо, как Вашингтона. Тот был солдат, за которого говорили его дела, а Джефферсон сам любил поговорить, хотя до человека в нем достучаться было непросто. Я бы ни за что не явился к нему без предупреждения, да еще и с пытливой образованной девицей вроде тебя. – Он наложил на место прививки водонепроницаемую повязку. – Это живой вирус, поэтому не развязывай руку и не подпускай к себе Софи с Натаниэлем.Мэтью тщательно вымыл руки в горячей воде.– Долго мне так ходить?– Нарыв должен созреть, а после зарубцеваться. Никому нельзя дотрагиваться, пока совсем не заживет.Я осторожно надела через голову растянутую домашнюю водолазку.– А теперь поговорим о вашем с ней путешествии в отдаленное прошлое, – нахмурилась Сара. – В детстве она и правда это проделывала, но задача все равно не из легких.Мы впустили в буфетную топтавшуюся у двери Эм, и я созналась:– Не только в детстве, совсем недавно тоже.– Когда это? – удивился Мэтью.– Сначала на подъездной дорожке, когда ты звонил Изабо, потом после мучений со свечкой, когда я сразу переместилась в сад. Оба раза я делала шаг и оказывалась там, где хотела.– Да, похоже на путешествие во времени, – задумчиво протянула Сара. – Уходила ты, правда, недалеко, и ноши при тебе не было. – Она окинула взглядом Мэтью, и на ее лице отразилось сомнение.– Можно к вам? – постучала в дверь Софи.– Можно, Мэтью? – спросила Эм.– Да, только пусть Диану не трогает.Софи вошла, сложив руки на животе.– Все нормально, – жизнерадостно сказала она. – Если Мэтью будет чем-то связан с местом их назначения, то он станет для Дианы не обузой, а помощью.На пороге появилась Мириам:– Что тут у вас интересного?– Обсуждаем путешествие во времени, – сказала я.– Как будешь тренироваться? – Мириам, пройдя мимо Софи, заботливо отодвинула ее к двери.– Для начала Диана отправится на пару часов назад, – стала объяснять Сара. – Потом чуть дальше. Время и расстояние будем увеличивать постепенно. Потом отправим с ней Мэтью и посмотрим, что из этого выйдет. Поможешь ей, Эм?– Чем смогу... Стивен рассказывал, как это делается. Заклинаниями он не пользовался, хватало одной его силы. Нам, пожалуй, лучше поступать так же, учитывая, что Диана давно уже путешествует во времени, а с колдовством у нее трудности.– Может, пойдете в амбар и попробуете? – предложила Сара. – А вернется она сюда.Мэтью двинулся было за нами, но тетя остановила его.Лицо мужа снова сделалось пепельным – он даже в другую комнату не хотел меня отпускать, не говоря уже о другом времени.В амбаре все еще пахло когда-то давным-давно собранным хмелем.– Замри! – велела Эм, встав напротив. – Ни о чем не думай.– Прямо как мой учитель йоги. – Я приняла знакомую позу горы.– Я всегда думала, что у йоги много общего с магией, – улыбнулась она. – Теперь закрой глаза и представь себе буфетную. Надо, чтобы тебе хотелось быть там, а не здесь.Я восстановила в памяти Сарину мастерскую – мебель, запахи и всех, кто там был.– А ты как же, Эм?– Зависит от того, когда ты вернешься. Если до того, как мы ушли, я буду там, если после, то здесь.– Это против законов физики.Я побаивалась нагружать вселенную многочисленными Дианами и Эм – или, хуже того, Сарами и Мириам.– Забудь о физике. Помнишь, что папа тебе написал? «Тот, кто не испытал ощущения тайны, кажется мне мертвецом».– В общем-то, да, – нехотя согласилась я.– Пришло время ступить в неизведанное, Диана. Чудо и магия, принадлежащие тебе по праву рождения, только того и ждут. Ну? Где тебе хотелось бы оказаться?Заполнив сознание образами, я занесла ногу... и опустила ее в том же амбаре.– Не вышло, – запаниковала я.– Ты слишком сосредоточилась на деталях. Думай о Мэтью – ты ведь хочешь быть рядом с ним? Магия живет в сердце, не в голове. Это не то что произносить слова и делать нужные пассы – ты должна чувствовать.– И желать.Я вспомнила, как сняла «Ноутс энд квайериз» с полки, как Мэтью впервые поцеловал меня в колледже Всех Душ. Услышала его рассказ о Томасе Джефферсоне и Эдварде Дженнере.– Нет! – В голосе у Эм звенела сталь. – О Джефферсоне не надо. Думай о Мэтью.– Мэтью...Сосредоточившись на его холодных пальцах, голосе, на близости, наполняющей меня чувством кипучей жизни, я занесла ногу... и стукнулась о бочку в углу буфетной.– А вдруг она заблудится? – беспокоился Мэтью. – Как нам ее вернуть?– Да вот же она, – показала в угол Софи.Мэтью, резко повернувшись ко мне, шумно выдохнул.– Долго меня не было? – Я испытывала легкую дезориентацию, но в остальном чувствовала себя хорошо.– Минуты полторы, – ответила Сара. – Вполне достаточно, чтобы Мэтью запсиховал.Он прижал меня к себе, уперся подбородком в макушку.– Ну слава богу. Как скоро я смогу путешествовать вместе с ней?– Не будем забегать вперед, – осадила его Сара. – Продвигаться надо медленно, шаг за шагом.– А где Эм? – огляделась я.– В амбаре, сейчас придет, – радостно прощебетала Софи.Эм, порозовевшая от холода и волнения, пришла через добрых двадцать минут. Увидев меня рядом с Мэтью, она испытала заметное облегчение.– Молодчина, Эм! – Сара, обычно не выражавшая своих чувств на людях, поцеловала ее.– Диана подумала о Томасе Джефферсоне, и я испугалась, что ее занесет в Монтиселло[72]. Но потом она сосредоточилась на своих чувствах, начала расплываться по краям и вдруг пропала.В тот же день я под руководством Эм прогулялась несколько дальше – к завтраку. С каждым следующим днем путешествия удлинялись. Отправляться в прошлое с помощью трех предметов было гораздо легче, чем возвращаться в настоящее. Второе требовало предельной сосредоточенности и четкого понимания, где и когда нужно очутиться. Пришло время взять с собой Мэтью.Из-за дополнительной нагрузки Сара настояла, чтобы мы ограничили переменные.– Отправляйся из того же места, куда хочешь вернуться, – посоветовала она. – Тогда придется думать только о возвращении в определенное время, а о месте не заботиться.Вечером я увела Мэтью в спальню, не сказав, что его ждет сюрприз. Фигурка богини и золотая серьга из куклы Бриджит Бишоп лежали на комоде перед фотографией моих родителей.– Мне, конечно, очень хотелось бы побыть здесь с тобой, но ведь ужин скоро, – заметил Мэтью, хотя глаза у него подозрительно блестели.– Время еще есть. Сара говорит, мы уже можем попутешествовать вместе, – отправимся в первую ночь, которую здесь провели.– Ту самую, когда в комнате вспыхнули звезды?Вместо ответа я поцеловала его.Он выглядел довольным и чуточку смущенным.– Что мне делать?– Ничего. – Это для него в путешествии будет труднее всего. – Закрой глаза, расслабься и предоставь остальное мне, как любит говорить Мэтью Клермонт, – злорадно ухмыльнулась я.Он переплел свои пальцы с моими:– Колдунья.– Ты ничего не почувствуешь. Это быстро. Просто сделай шаг, когда скажу. И не отпускай мою руку.– Ясное дело. – Он еще крепче стиснул ее.Я вспомнила, как мы тогда впервые остались наедине после моего похищения. Как нежно и гневно он прикасался к моей спине. Установив прочную связь между собой и той ночью, я шепотом сказала:– Пошли.Мы вместе шагнули вперед, но путешествие вдвоем отличалось от обычного: я впервые осознавала, что со мной происходит.Прошлое, настоящее, будущее сплетались вокруг в паутину света и красок. Нити медленно, почти неощутимо двигались, порой едва заметно соприкасались и вновь невесомо разлетались, словно подхваченные ветерком. Эти прикосновения – а их были миллионы – вызывали эхо, порожденное звуком, которого не улавливал слух.Очарованные безграничными возможностями, мы могли легко потерять крученую, красную с белым нить, ведущую в нужное время. Я заставила себя идти строго по ней, и моя босая нога ступила на половицы.– Ты говорила, все произойдет быстро, – хрипло сказал Мэтью. – Мне так не показалось.– Да, на этот раз все вышло иначе. Видел огни?– Нет, вокруг был сплошной мрак. Я медленно падал куда-то, и только твоя рука удерживала меня. – Он поднес мою ладонь к губам.В комнате пахло чили, за окнами было темно.– Можешь сказать, кто сейчас есть в доме?Мэтью закрыл глаза, принюхался, блаженно вздохнул:– Сара, Эм, мы с тобой. Никого из молодежи.Хихикнув, я притянула его к себе.– Если сюда поселить еще кого-нибудь, дом лопнет, – сказал Мэтью и уткнулся носом мне в шею, но тут же отпрянул. – На тебе повязка – значит мы, отправляясь в прошлое, остаемся такими же, как в настоящем, и помним, что с нами случилось. – Его пальцы забрались под мою водолазку. – Насколько точно мой умелый путешественник во времени это самое время определяет?Назад мы не спешили, но вернулись еще до того, как Эм накрошила салат.– Путешествия во времени тебе на пользу, Мэтью, – всмотревшись в его спокойное лицо, сказала Сара и в награду протянула бокал вина.– Спасибо, Сара. Я в надежных руках, – отозвался вампир, отсалютовав мне.– Рада слышать, – сухо обронила она тоном моей призрачной бабушки, бросая нарезанный редис в необъятную миску.– Откуда вы ее взяли? – Я заглянула в миску, надеясь, что никто не заметит моих припухших губ.– Дом выдал, – ответила Эм, взбивая веничком соус. – Любит, когда столько народу надо кормить.На следующее утро дом дал понять, что ожидает еще кого-то.Мы с Сарой и Мэтью обсуждали, где побывать в следующий раз – в Оксфорде или Сет-Туре, – когда Эм, войдя с охапкой собранного для стирки белья, доложила:– Сюда кто-то едет.Мэтью отложил газету:– Вот и хорошо, мне должны кое-что доставить.– Это не доставка, и никого еще нет, но дом уже приготовился. – Эм скрылась в прачечной.– Еще одна комната? Где? – крикнула ей вслед Сара.– Рядом с Маркусом, – отозвалась Эм из недр стиральной машины.Мы стали делать ставки, кто это может быть: от Агаты Уилсон до друзей Эм из Черри-Вэлли, любивших заявляться без приглашения под Хеллоуин.В то же утро кто-то властно постучал в парадную дверь. На пороге стоял небольшого роста человек с умными глазами, знакомый всем по выпускам новостей и фотографиям в рубрике светской хроники. Легкое прикосновение его взгляда отмело последние сомнения.Загадочным гостем оказался Хэмиш Осборн, друг Мэтью.– Вы, должно быть, Диана, – сказал он без предисловий, растягивая гласные на шотландский манер.Темный деловой костюм в узкую полоску сидел на нем безупречно. Комплект дополняли бледно-розовая рубашка с тяжелыми серебряными запонками и галстук цвета фуксии, вышитый черными мушками.– Да, это я. Здравствуйте, Хэмиш. Мэтью ждет вас? – Я пригласила его войти, но он не спешил.– Вряд ли ждет. Где он?– Хэмиш! – Мэтью двигался так быстро, что меня даже овеяло ветерком. – Вот так сюрприз!– Кстати о сюрпризах. Когда я поступал в... эту вашу семейную фирму, ты клялся, что этого... – Хэмиш потряс конвертом со взломанной черной печатью, – никогда не случится.– Было дело. – Мэтью опустил руку, которую даймон так и не пожал.– Вот и видно, чего стоят твои обещания. Из этого письма и разговора с твоей матерью я уяснил, что возникли серьезные осложнения. – Хэмиш мельком посмотрел на меня.– Да, – поджал губы Мэтью, – но ты ведь девятый рыцарь – тебя это не коснется.– Ты назначил девятым рыцарем даймона?! – Мириам вышла из столовой вместе с Натаниэлем.– Кто он вообще такой? – Натаниэль держал в горсти костяшки для скрэббла.– Хэмиш Осборн, а вы кто? – Таким тоном он, вероятно, разговаривал с мелкими клерками.Только новой порции тестостерона нам и не хватало.– Да так, никто, – беззаботно отозвался Натаниэль, прислонился к косяку, пропуская вперед Маркуса.– Зачем ты здесь, Хэмиш? – Задав свой вопрос, Маркус увидел письмо и понимающе протянул: – А-а...Усопшие Бишопы стекались в гостиную, дом ерзал на фундаменте.– Может быть, зайдете все-таки? Дом беспокоится, видя у себя на пороге гневного даймона.– Входи, Хэмиш. – Мэтью попытался силой втащить его в холл. – Маркус и Сара еще не весь виски прикончили. Нальем тебе стаканчик и посадим тебя у огня.Но Хэмиш не сдвинулся с места.– От твоей матери, которая гораздо охотнее отвечает на вопросы, чем ты, я узнал, что тебе нужно кое-что привезти. И решил выручить Алена, поскольку все равно к тебе собирался – спросить, какого черта происходит. – Он предъявил нам пузатый кожаный портфель со сложным замком и небольшой чемоданчик.– Спасибо, Хэмиш. – Мэтью, несмотря на дружеский тон, был явно недоволен тем, что его распоряжениями пренебрегли.– Хорошо, кстати, что французам наплевать на британское национальное достояние. Представляешь, сколько бумажек пришлось бы оформить, чтобы вывезти это из Англии? Если бы я вообще получил разрешение на вывоз, что очень сомнительно.Мэтью, забрав у Хэмиша портфель, наконец-то втащил друга в дом.– Маркус, познакомь Хэмиша с хозяйками, а я займусь багажом.– А, это вы, – расцвела вышедшая из столовой Софи, ее живот выпирал из-под майки с эмблемой Университета Северной Каролины. – Совсем как Натаниэль – я настоящая недотепа рядом с вами обоими. Ваш портрет на моей керамике тоже имеется.Хэмиш смотрел на нее, польщенный и растерянный одновременно.– В доме есть еще кто-то? – спросил он меня, склонив голову набок, точно любопытная птичка.– Полно народу, только вы их не увидите, – сообщила Софи.– Пойдемте, представлю вас тетушкам, – торопливо вмешалась я.– Колдуньям?Невозможно было догадаться, о чем он думает, – лицо даймона не выражало ничего, почти как у Мэтью.– Да, именно.Мы с Маркусом познакомили Хэмиша с Эм. Она тут же принялась суетиться, но рассердила его гораздо меньше, чем я или Мэтью. Сара только-только вышла из буфетной, услышав шум.– Вот у нас и составился тайный круг, – сказала ей Софи, беря свежевыпеченное печенье из сложенной на кухонном столе горки. – Три колдуна, три даймона, три вампира, итого девять.– Похоже на то. – Сара посмотрела сперва на Хэмиша, а потом на Эм, метавшуюся по кухне, словно обезумевшая пчела. – Не думаю, что наш новый гость будет пить чай или кофе, Эм. В столовой еще остался виски?– У нас с Дианой эта комната именуется штабом. – Софи фамильярно взяла Хэмиша под локоть. – Хотя вряд ли получится воевать так, чтобы люди ничего не заметили. Больше мы нигде не помещаемся, а там в самый раз – иногда и привидения протискиваются.– Привидения? – Хэмиш ослабил узел галстука.– Все в столовую, – распорядилась Сара, взяв его под другой локоть.В штабе пахло горячим воском. Когда все разместились вокруг стола с излюбленными напитками в руках, слово взял Мэтью.– У Хэмиша есть вопросы к нам, у Софи и Натаниэля тоже. Думаю, говорить буду я, поскольку это касается меня и Дианы.Он набрал побольше воздуха в грудь и начал рассказывать про «Ашмол-782», рыцарей Лазаря, взломы в Оксфорде, Сату и Ла-Пьер и даже про ярость, охватившую Болдуина. Не забыл упомянуть тряпичную куклу, серьгу и кувшин с портретом.– Мэтью Клермонт, – прошипел Хэмиш, когда дело дошло до путешествий во времени и необходимых для этого трех предметов, – значит, я вез из Сет-Тура именно это? Диана знает?– Пока нет, – немного смутился Мэтью. – Узнает на Хеллоуин.– Да уж, на Хеллоуин поневоле придется, – безнадежно вздохнул Хэмиш.Разговор получился не из легких, но напряжение только дважды чуть не вылилось в открытую стычку – между Мэтью и Натаниэлем, само собой.Первый раз, когда Мэтью стал объяснять Софи, какой будет война: внезапные атаки, заклятая вражда вампиров и колдунов, страшные смерти. Одни создания будут использовать против других магию, заклинания, грубую силу, скорость и сверхъестественное коварство.– Войны теперь ведутся не так, – заявил Натаниэль.– В самом деле? – вскинул бровь Мэтью.– У нас не тринадцатый век – теперь принято воевать на компьютерах, а не схватываться врукопашную. – Он показал на буфет, где стоял его ноутбук. – С ними можно одолеть врага без крови и выстрелов.– Век, может, и не тринадцатый, но некоторые бойцы еще помнят те времена и склонны из сентиментальных побуждений убивать врага по старинке. Предоставь это мне и Маркусу.Натаниэль покачал головой и уставился в стол.– Еще замечания будут? – зловеще промурлыкал Мэтью.– Ты ясно дал понять, что намерен действовать, как сочтешь нужным, – что ж, будь по-твоему, – ответил на вызов Натаниэль. – Имей только в виду, что враг современными методами не станет пренебрегать. И с людьми тоже надо считаться – они заметят, если на улицах начнутся бои колдунов с вампирами.Ко второму столкновению Мэтью с Натаниэлем привела уже не война, а кровь. Началось все достаточно невинно, когда Мэтью упомянул об Агате Уилсон и колдовской наследственности Софи.– Нужно обязательно проверить ДНК ваших родителей – и ребенка тоже, когда он родится.Маркус и Мириам кивнули, остальные слегка опешили.– Натаниэль и Софи ставят под сомнение твою теорию о происхождении даймонов, – догадалась я. – Раньше ты считал, что причиной их рождения являются непредсказуемые мутации, а не наследственность.– Слишком мало фактов. – Мэтью разглядывал Хэмиша и Натаниэля с бесстрастием ученого, изучающего два свежих образца. – Мои выводы вполне могли быть неверными.– Случай Софи наводит также на мысль, что даймоны связаны с колдунами теснее, чем мы полагали. – Черные глаза Мириам уставились на выступающий под футболкой живот Софи. – Никогда не слышала, чтобы у колдуньи рождался даймон, а уж чтобы даймон произвел на свет колдуна...– Так я и позволил банде вампиров брать кровь у Софи и ребенка! – едва сдерживаясь, выпалил Натаниэль.– Диана здесь не единственная, кого Конгрегация хочет обследовать. – Мирный тон Мэтью Натаниэля не успокоил. – Твоя мать послала вас сюда как раз потому, что предчувствовала недоброе. В один прекрасный день твои жена и ребенок могут исчезнуть, и больше ты их не увидишь.– Хватит! – резко сказала Сара. – Незачем их пугать.– И не трогай мою семью, – тяжело дыша, добавил Натаниэль.– Я для них не опасен, – ответил Мэтью. – Опасность исходит от Конгрегации, от войны, которая того и гляди вспыхнет между нашими тремя видами, – а опаснее всего притворяться, что никакой опасности нет.– Они придут за нами, Натаниэль. Я видела, – решительно сказала Софи; ее сосредоточенное лицо напомнило мне Агату Уилсон.– Почему же ты мне не сказала?– Я хотела сказать Агате, но она испугалась и велела мне замолчать, а потом назвала имя и возможный адрес Дианы. – К Софи вернулся ее обычный рассеянный вид. – Хорошо, что мать Мэтью жива, – ей мои работы понравятся. Ее портрет на них тоже появится. Можешь взять у меня кровь когда хочешь, Мэтью, и у ребенка тоже.Это заявление положило конец спорам. Мэтью, обсудив все, что полагал необходимым, взял со стола конверт, запечатанный черным воском.– Осталось уладить лишь одно дело. Хэмиш, это тебе.– Э нет. – Тот скрестил руки на груди. – Отдай Маркусу.– Ты девятый рыцарь, но в то же время сенешаль ордена и мой заместитель. Мы должны соблюдать протокол.– Кому и знать, как не Мэтью, – заметил Маркус. – Он единственный Великий магистр в истории ордена, уходивший в отставку.– Дважды уходивший, – уточнил Мэтью.– К чертям протокол! – грохнул кулаком по столу Хэмиш. – Выйдите все, кроме Натаниэля, Мэтью и Маркуса. Пожалуйста, – спохватившись, добавил он.– С чего это? – заартачилась Сара.– Вы тоже останьтесь, – поразмыслив, разрешил Хэмиш.Впятером они до вечера затворились в столовой. Один раз измотанный Хэмиш выглянул и попросил сделать сэндвичи (печенье, пожаловался он, давно закончилось).– Неужели только мне одной кажется, что мужчины там курят сигары и говорят о политике? – Я старалась отвлечься, то и дело переключая старые фильмы на вечерние телепрограммы.Эм и Софи вязали, Мириам решала задачу из книги «Дьявольски заковыристое судоку», делая на полях пометки.– Что ты там пишешь, Мириам? – спросила Софи.– Считаю очки.– О чем же они говорят? И кто побеждает? – Я позавидовала острому вампирскому слуху.– Составляют планы военных действий. Кто побеждает, Мэтью или Хэмиш, судить пока рано. Маркус и Натаниэль тоже предложили кое-что ценное, Сара отстаивает свою точку зрения.Уже стемнело, и мы с Эм готовили ужин, когда совещание наконец завершилось. Натаниэль и Софи тихо разговаривали в семейной. Мэтью поцеловал меня и сказал:– Мне надо сделать пару звонков. – Его напряженное лицо не вязалось с мягкостью тона.Видя, как он устал, я решила повременить с вопросами и ответила:– Да, конечно. Не торопись, с ужином мы не меньше часа провозимся.Он поцеловал меня еще раз, покрепче, и вышел через заднюю дверь.Сара устремилась следом, чтобы выкурить сигаретку.– Мне надо выпить, – простонала она на ходу.В клубах Сариного дыма я едва различала Мэтью, шагающего через сад к хмелевому амбару. К моей шее прикоснулся взгляд Хэмиша.– Вы уже совсем поправились? – спросил он.– А вы как думаете?Хэмиш с самого начала не скрывал своей неприязни ко мне – ну и я не стану с ним церемониться.Мы оба видели белый блик в темноте – это Мэтью запустил руку в волосы и скрылся в амбаре.– «Тигр, о тигр, светло горящий в глубине полночной чащи», – процитировал Хэмиш Блейка[73]. – Эти стихи мне всегда напоминают о нем.Отложив нож, я повернулась к нему:– Что у вас на уме, Хэмиш?– Вы уверены в нем, Диана?Эм вытерла руки о фартук и вышла, грустно посмотрев на меня.– Да. – Я смотрела ему прямо в глаза, стараясь взглядом выразить, что доверяю Мэтью всецело.Хэмиш спокойно кивнул:– Я все думал, останетесь ли вы с ним, узнав, кем он был, кем остается до сих пор, но вы, похоже, не боитесь держать тигра за хвост.Я молча взяла нож и принялась резать овощи.– Будьте осторожны, – придержал мою руку Хэмиш. – Там, куда вы отправитесь, Мэтью станет совсем другим.– Ничего подобного. Мой Мэтью останется точно таким же.– Ошибаетесь.Хэмиш знал Мэтью гораздо дольше, чем я, а еще знал, что́ лежит в кожаном портфеле, и потому догадался, куда и в какое время мы отправляемся. Я знала только, что мы должны перейти в прошлое до 1976 года – туда, где Мэтью играл с кем-то в шахматы.Хэмиш вышел на крыльцо к Саре – теперь в небо поднимались две струйки дыма.– Как там, порядок? – спросила я вернувшуюся Эм.Мириам, Маркус, Натаниэль и Софи смотрели телевизор в семейной.– Да. А ты как?– Отлично.Я всматривалась в темный сад, поджидая Мэтью.