Глава 27

  — Мы слишком легко ушли,  — это первое, что я сообщил обеим девушкам, когда мы попросили высадить нас за Казачьим ериком, поближе к старому кладбищу. Водитель «рафика», молодой татарин, ничего не взял за проезд, хотя нам всё равно нечем было платить. Это вполне по-астрахански, мир тесен, доведётся — отблагодарим…        Под вечер солнце не было таким убийственно сильным, и Сабрина, несмотря на весьма чувствительную боль, сумела вывести нас на один из заброшенных участков кладбища. Здесь росли высоченные тополя и вязы, почва была местами подтоплена, и покосившиеся кресты с полузатопленными оградками выглядели поистине устрашающе. Возвращаться на дачу или ко мне домой было рискованно, а здесь мы могли провести ночь в относительной безопасности. Судя по всему, теперешние Гончие ищут вампиров где угодно, но не в кладбищенских склепах…        — Сиди смирно, у меня почти получилось.  — Сабрина уже битых полчаса ковырялась в замке наручников откопанным ржавым гвоздём.  — Надеюсь, Енот отыщет нас здесь?        — Разумеется, он как-то говорил, что периодически залетает тут к одной Вдове в Белом.        — Ты имеешь в виду призрак Марии Шмит? Роскошная женщина, умерла молодой, и безутешный муж поставил ей памятник, выписанный аж из Франции!        — Да, Капрал ухитрился завязать знакомство именно с ней. Говорит, очень милая особа.        — Но ведь она не вдова, совсем наоборот…        — Не знаю, люди редко внимательны к судьбам привидений. Один парень так её обозвал и смеха ради натёр скульптурному изваянию глаза фосфором, по ночам это производило неизгладимое впечатление…        — Хм, плоские шутки над мёртвыми всегда кончаются плохо.        — Любые шутки!  — поправил я.  — В данном случае Вдова в Белом пришла к юмористу за разъяснениями лично…        — Спартаковская психушка, палата для буйных?!        — Почти угадала, для самых тихих…        Щелчок замка прервал нашу познавательную беседу. Я с наслаждением разомкнул осточертевшие железяки, закинув их подальше в траву. Сабрина толкнула меня локтем, указывая взглядом на Еву. Печальная охотница всё это время сидела невдалеке, на прогретом граните старого надгробия. Её шею и плечи уже вызолотило астраханское солнце, а во всей фигуре ощущалась такая горькая разочарованность неправильностью окружающего мира, что хотелось плакать. Оборотням в этом смысле полегче, чем вампирам, они хотя бы могут повыть на луну. Говорят, помогает, я не пробовал…        — Пойди, отдай ей,  — моя подруга протянула футболку охотницы,  — пусть оденется, замёрзнет ещё…        — Ночи тёплые,  — недоверчиво протянул я.        — Тем более отдай! Быть может, тогда ты будешь чуть меньше пялиться на её голую спину?!        Ого, а моя ревнивица действительно уважает эту девчонку… В любом ином случае при первом же подозрении я получил бы оплеуху, а жертва моего внимания как минимум пять шрамов через всё лицо! Коготки у Сабрины — сами знаете… Я кивнул, взял футболку и тихо опустился на плиту рядом с печальной воительницей.        — Вот… спасибо.        — Не за что…  — безразлично ответила она.        — Я не только об этом, ты спасла нам жизнь.        — Я предала вас.        — Все совершают ошибки…        — Предательство — не ошибка!  — Ева развернулась, так пристально глядя мне в глаза, словно только там могли находиться ответы на все вопросы бытия.  — Вы же ничего обо мне не знаете… Я же с самого начала вас предавала, я шпионила за вами, я делала всё, чтобы привести вас к смерти!        Ей надо было выговориться, откричаться, иначе сердце не выдержит. Взросление порой проходит очень мучительно. Не мне судить или оправдывать её поступки, она сама вынесет свой приговор и сама приведёт его в исполнение…        — Мне говорили: вампиры — это зло! Они пьют кровь, убивают людей, калечат жизни тех, кого превращают в себе подобных тварей. Я видела Сабрину, когда она… Мне казалось, вот оно — самое страшное преступление против человечества! Останови их, прекрати их чёрный путь, сделай же хоть что-то…        Всё правильно, милая… Это наша вина, мы не пытались показаться тебе лучше, чем есть. Мы ничем не облегчали твою задачу, мы обманывали тебя и не понимали, как тебе тяжело между двух огней. Прости нас…        — И я верила, верила им! Я предавала, льстила, лицемерила, вела себя как последняя дрянь и… презирала себя за это. Но ведь всё — ради великой цели! Благой цели! Убей вампира — и жизнь прожита не зря! Господи, кем я стала? Кем я была… как?.. почему так быстро и так легко… но так страшно-о-о!!!        Она ревела у меня на груди, а я, как дурак, озирался на Сабрину. Та только махнула рукой и, прихрамывая, ушла за деревья. Я не пытался успокоить «блудную дочь», любые слова сострадания с трудом находятся у меня в голове. Но руки мужчины порой куда красноречивее слов… Я гладил её по голове, по плечам, вытирая слёзы, словно бы стряхивая, соскабливая накипь горечи и боли. Мне хотелось отдать ей всё то немногое, светлое и чистое, что каким-то чудом ещё сохранилось в моей душе, за один только взгляд зелёных, как тайна, глаз…        — Эй, вы! Есть хотите?        Далёкий голос Сабрины вернул нас к действительности. Охотница смутилась, быстро натянула футболку и виновато попросила у меня носовой платок. Увы, мои карманы оказались пусты…        — Так вы идёте или нет?!  — На этот раз в призыве чётко различались рокочущие нотки. Это не тот случай, когда мою подругу стоит провоцировать на долгие уговоры.        Мы встали и послушно поспешили на зов…        — Вот, смотрите, сколько всего мне удалось насобирать!  — гордо показала Сабрина, демонстрируя почти чистую газету, а на ней шесть куриных яичек, завёрнутых в тополиные листья, полбулки, куски чёрного хлеба, несколько карамелек и два зелёных яблока.  — Сегодня родительская суббота, с утра на кладбище было много народа. Там и ещё есть, но близко подходить к часовне я не могу, голова раскалывается… а они скоро ещё и звонить начнут.        Да, в былые времена колокольный звон убивал вампиров на месте. Сейчас, конечно, многое изменилось, но какие-то традиции настолько укоренились в сознании, что рисковать глупо. В конце концов, мне проще сходить туда самому, благо вид, как у настоящего оборванца…        — Прошу к столу!  — церемонно предложила сиятельная вамп. Никого не пришлось уговаривать дважды. Мы все страшно проголодались и управились, наверное, минут за пять. Сабрина яйца не ела, они «свячёные», только яблоки и хлеб. Так что нам с Евой больше досталось. А после еды всегда тянет поговорить…        Я не помню, с чего мы начали, да и не важно, но постепенно разговор перешёл на события последнего дня. Была, знаете ли, парочка спорных моментов, которые мне хотелось вынести на всеобщее обсуждение. И это показалось интересным не мне одному…        — Я не знаю этого человека. Он позвонил и от имени нашего Ордена приказал открыть дверь.        — И всё?        — Ну, нет… сказал, чтобы потом я позвала вас. То есть сначала позвала, а потом открыла. А что мне оставалось делать? Я же давала присягу на верность и даже помыслить не могла, чтобы ослушаться приказа.        — Голос такой неприятный, словно искусственный, с каким-то металлическим отзвуком. «Храпу не звони…» — вот так, да?        — Ага, похоже,  — подтвердила Ева.  — И ещё, откуда он знал, что именно я подойду к телефону? Ведь трубку кто угодно мог взять, тогда и штурма бы не было. То есть был бы, но… по-другому, не так…        — Что скажешь, Дэн?        — Предположений много, но не хочется строить логическую цепь на основе непроверенных домыслов,  — глубокомысленно протянул я, нежно привлекая Сабрину поближе. Она, едва не мурлыча, устроилась под боком, надёжно зафиксировав мою правую руку у себя на талии.  — Давайте исходить из непререкаемых фактов. В общей сложности было всего три звонка: первый — предупреждение, второй — удивление с оттенком неудовольствия и третий — просьба с ноткой злорадства. Если отбросить эмоциональную окраску данных сообщений, то у нас фигурирует некто — обладающий обширной информативной базой, разветвлённой сетью шпионажа, почти неограниченной властью и крайне неровным дыханием в нашу сторону.        — Щас… минуточку, всё так закручено…  — томно вздохнула гроза вампиров, притуляясь ко мне слева.  — А-а, вот! Тогда всплывает законный вопрос, кого это мы так задели?        — Мы… ты-то здесь при чём?        — Ой, а то, можно подумать, меня не хотели убивать?!        — Справедливо,  — вынужденно признал я. По правде говоря, кандидатура была одна, но выдвигать её не хотелось. Тем паче что всё равно это ничего не решит, а может, даже наоборот — усугубит проблему…        — Я знаю, о чём ты думаешь,  — мрачно буркнула бескомпромиссная вамп.  — И более того, по зрелом размышлении готова поддержать тебя обеими руками. Но, честно признаться, я не вижу смысла во всей этой кутерьме… Ради чего? Почему? Зачем?        — Может быть, он просто хочет, чтобы я наконец сделал выбор. А выбирать особенно не из чего, ибо благодаря его усилиям мне создали весьма специфические условия.        — Вы о ком это?  — вклинилась Ева. Я вопросительно глянул на Сабрину, та кивнула. Что ж, девочка имеет право знать всё, в конце концов, теперь мы в одной связке…        — Начнём с экскурса в прошлое. Давным-давно, на заре времён, все люди и нелюди подчинялись одной централизованной власти — вождю, жрецу, королю или князю. Как и положено, занимали эту ступень самые сильные и могущественные, а остальные служили и подчинялись. Община Лишённых Тени также имела своего короля-прародителя. Впоследствии он был обожествлён и стал, скорее, общепризнанным символом… Мир менялся, ничто не вечно, постепенно трансформировались законы бытия, правила, понятия… Короче, на данный момент есть один старый и влиятельный вампир, которому подчиняются очень и очень многие. Его называют Бароном, и в последние годы он начал проявлять ко мне повышенный интерес. Я ведь урод, монстр, энергетический мутант. Не знаю, какие у него планы, но я ему нужен.        — А Дэн как раз ни в какую не хочет принимать сильную руку именитого покровителя,  — значимо довершила Сабрина.  — Противостояние людей и вампиров иногда обостряется до крайности, иногда сходит на нет, это процесс цикличный. Барон хочет быть уверен, что наш герой-любовник в случае надобности выступит на его стороне.        — Раз он такая шишка,  — подумав, подняла руку Ева,  — так, наверное, и то позорное Соглашение — его рук дело?        — Да.        — Тогда я тем более ничего не понимаю… Если ваш Барон хотел привлечь к себе Дэна, то как же можно было отдать нам (в смысле, охотникам) Сабрину? Ведь вы бы за неё страшно мстили, да?!        — Ты бы мстил за меня?  — нежно протянула моя подруга. Я пожал плечами и признал — да.        — Значит, вы открыто выступили бы против Гончих. Те, защищаясь, усилили бы давление на вампиров, вампиры дали отпор и активизировали нападения на людей с целью восполнения своих рядов, а дальше… Ой, дальше какая-то нерадостная картинка вырисовывается, нет?        — Крупномасштабная война людей и вампиров!  — согласился я.  — Если наши выводы верны, то именно этого он и добивается. На это намекал Бегемот, того же самого боялся Храп. Пусть это банально звучит, но я не хочу войны…        — Гостей принимаете?!  — радостно проорал кто-то за нашими спинами так, что мы едва не подпрыгнули на месте. А может, и подпрыгнули, но невысоко и незаметно…        — Капрал! Чтоб тебе пусто было…  — Естественно, сзади лыбилось наше верное привидение. Никто другой не в состоянии подкрасться ко мне настолько бесшумно.  — Как ты нас нашёл?        — По своим каналам, пара минут на всё про всё, и ё…ма!  — гордо выпятив петушиную грудь, Енот завис белёсой субстанцией на фоне тёмно-синего неба.  — У нас, эфирных существ, уровень мобильной связи круче, чем в космосе. Но я не к тому… Тут это, у…ма, короче, известия х…ма, плохие…        — Докладывай.        — Храп в больницу загремел!  — Мы переглянулись.  — Говорят, вроде порезали его сегодня утром, прямо в отделении. Хмырь какой-то штатский р…ма и п…ма, заточкой серебряной в руку… Дырка плёвая! Никто и не думал, что серьёзно, дубьё ментовское… А он же оборотень! К…ма на т…ма, а з…ма их в у…ма! В Соловьёвскую увезли, на набережную…        — «Храпу не звони, он не приедет…» — процитировал я, Ева и Сабрина понимающе кивнули. Енот ничего не понял, но, покрутившись, снова обратился ко мне:        — Ну, вы чё тут, ночевать, что ли, собрались?        — У меня или у Яраловых нас будут искать в первую очередь. Нам просто некуда идти.        — Паршиво…        — Согласен. Да, я не успел сказать тебе спасибо.        — За какого х…ма?!        — За то, что позвал на помощь Еву и предупредил о том, что с ней хотят сделать «кондоры».        — У меня самой были подозрения,  — отмахнулась охотница, но тут же добавила: — А ещё он вылез из стены и напугал того парня на страже. Одна бы я не управилась.        Все посмотрели на скромное привидение с гораздо большим уважением.        — Да ну… чё вы, так уж… С…ма и е…ма, мелочи…  — попытался покраснеть он, но у бесплотных духов это плохо получается.  — Э, тока вам здесь всё равно оставаться нельзя! Дэн, кроме шуток, в…ма вас тут!        — Кому мы нужны на кладбище?  — бесстрашно фыркнула Ева.        — Вампирам,  — тихо ответила Сабрина, предупреждающе прикладывая палец к губам. Мы замерли…