⚡️Глава 55⚡️

Мелисса

Трейси выходит из кухни. — Черт! — ругаюсь я, после чего иду за ней. Девушка начинает судорожно собирать вещи в сумку. — Я уеду отсюда! Сегодня же, — Трейси закидывает первую попавшуюся одежду. — И куда же ты уедешь? — я облокачиваюсь о стену, скрестив руки на груди. — Хоть куда. Плевать! Я не останусь здесь, Мелисса. После того, что Эвелин сделала с Мией... — девушка закрывает глаза. — Я не хочу умирать, — ее голос полон мольбы.    Она распахивает шкаф. — Да... Мне особо нечего терять. Мне не страшно умереть, но не от рук Эвелин... — Трейси выдыхает. — Я помню, как она заставила меня пробежаться по моим воспоминаниям. А для меня вспоминать тот день, когда умер папа, куда хуже смерти. Эвелин наслаждается мучениями. И она с удовольствием помучает меня моим же прошлым перед тем как убить. — Уверена, что Эвелин найдёт тебя, даже если ты уедешь, — признаю я. — Что мне делать, Мелисса? — ее лицо бледнеет. — Если бы я была вампиром, то я бы не боялась, — девушка подходит ко мне и смотрит в глаза.    Я догадываюсь о том, что она собирается мне сказать. — Обрати меня, — просит девушка. — Что для этого нужно сделать, Мелисса? Укусить? Выпить крови? Что? Что мне сделать? — ее желваки сжимаются. Лицо полно ледяной решимости сделать что угодно, чтобы стать вампиром. — Я не буду обращать тебя, Трейси, — мой голос холоден.    На лице девушки вспыхивает гнев. Трейси не выдерживает и закатывает глаза, ее кулаки сжимаются. — Это потому что ты так любишь быть единственной и неповторимой? И мысль о том, что кто-то может быть таким же, не даёт тебе покоя? — лицо девушки искривляется.    Я спокойно жду, когда Трейси закончит на меня злиться. — Я же прошу. Почему для тебя это так трудно? Скажи?    Я молчу. — Тебе совсем плевать что ли? Ты хоть когда-нибудь можешь подумать о других, а не только о себе? — вырывается у девушки, а затем она с ужасом хватается за свой рот. Видимо до нее все-таки доходит осознание того, что она сказала. Ее слова сильно задевают меня. Так сильно, что я направляюсь к выходу. А потом останавливаюсь. — Ты серьезно думаешь, что я думаю только о себе, Трейси? — я разворачиваюсь к девушке.    На этот раз она молчит. Вероятно, все, что у неё накопилось, она уже высказала. — Думаешь, что я просто не хочу, чтобы ты была вампиром? А то, что я просто не могу этого сделать, Трейси. Об этом ты не думала? Ты хоть знаешь, как сейчас трудно стать вампиром? Только у Мейсона получилось меня обратить. Вероятно, он и до этого пытался, но все его опыты заканчивались провалом. Все его жертвы умирали. На их месте могла оказаться и я, но я почему-то не умерла. Я до сих пор не понимаю, почему так вышло. Ты не знаешь ничего, чтобы говорить такое про меня, Трейси. Ты... — мой голос обрывается. — Ты хоть знаешь какого это, когда тебя выворачивает своей же кровью, — к горлу подкатывает комок, мешающий говорить. — Ты закрываешь глаза и думаешь... Я проснусь завтра или нет? И предвкушаешь, как в следующий раз тебя будет рвать уже чем-то похуже крови. — Я не знала, — тихо говорит девушка. — Почему ты считаешь, что вампиры не бояться? — Когда у тебя есть сила, ты перестаёшь бояться. — Когда у тебя есть сила, то на тебе лежит ещё больше ответственности, — парирую я. — Могу доказать обратное. Ты думаешь, что это так круто быть вампиром, но это совсем не так. Ты думаешь, что я сильная и поэтому не боюсь ничего? — я приподнимаю бровь. — Да.— Это не так. Я тоже боюсь многого. То, что я вампир, не спасло меня от издевательств, предательств. Когда я была человеком, у меня было меньше страхов, чем сейчас. Тогда моя жизнь была другой. Кардинально другой. И я жалею, что все сложилось именно так. Что сейчас я боюсь каждую секунду. Боюсь потерять кого-то из близких, боюсь не успеть их спасти. И знаешь, что самое страшное, Трейси? Девушка отрицательно мотает головой. — Это то, что мои страхи реальны. Мия умерла на моих глазах, — мои глаза становятся мокрыми. — Мы в опасности, Трейси. И если ты думаешь, что я знаю, что делать, то ты заблуждаешься. Я не знаю. Я совершенно не знаю, что делать, — мне хочется впиться руками в голову, чтобы унять эту боль. Хочется переключить выключатель и перестать чувствовать что-либо. Хочется, чтобы это все ушло. Чтобы этот дикий страх перестал сидеть внутри меня. Перестал выедать меня изнутри. — Мне жаль... Тогда я многое не ценила, но сейчас этого не вернуть, — с досадой говорю я. — Это спокойствие не вернуть. Так что не думай, что я ничего не боюсь. Потому что страхов у меня явно побольше, чем у тебя, Трейси.    Русые волосы девушки заплетены в две французские косы.— Разбирай вещи, Трейси. Потому что у меня есть идея, — вдруг выдаю я.

***

   Глубокая ночь. Я лежу под одеялом, накрывшись с головой. В моей руке нож. Я отправила Трейси к Хантеру, а сама осталась здесь. В ее доме. Сегодня я разберусь с ней раз и навсегда. Эвелин больше не сможет причинить никому боль.    Я слышу чьи-то шаги. Меня тут же пронзает невидимый холод. Я успокаиваю себя мыслью, что совсем скоро все это закончится. Я медленно выдыхаю, пытаясь восстановить дыхание. Шаги приближаются. Мои руки трясутся, и я не понимаю почему.    Меня резко хватают за горло, перекрывая кислород. Я чувствую грубую хватку больших рук. Точно не женских. Я откидываю одеяло и сталкиваюсь с глазами цвета обсидиана.— Ты... — рычит парень, вжав меня в кровать.    Мое сердце бьется с бешеной скоростью. Его кучерявые волосы спадают ему на лицо. — Мейсон? — хриплю я, меня тут же окатывает волной ужаса.