⚡️Глава 39⚡️

Трейси

Я спокойно мою руки, после чего достаю из своей светло-голубой сумочки косметичку. Я освежаю свои губы нюдовой помадой. Я не отвожу взгляда от зеркала, даже когда дверь в туалет громко захлопывается. Я заканчиваю поправлять свой макияж. Собрав вещи, направляюсь в сторону выхода. Я вздрагиваю, когда ощущаю сзади себя человека. Я перевожу взгляд на зеркало. — Что-то нужно? — не оборачиваясь, фыркаю я. Голова Эвелин склоняется набок, ее взгляд скользит по мне. В ту же секунду, Эвелин обхватывает мою шею холодными пальцами. Моя спина больно впечатывается в стену. — Мелисса говорила что-нибудь интересное? Я вижу, как ее зрачки увеличиваются. Расслабив своё лицо, я слегка приоткрываю губы.— Мелисса не говорила ничего, что тебя бы заинтересовало, — завороженно отвечаю я. Ее пальцы сильнее вонзаются мне в шею. Ее зрачки снова расширяются. Я смотрю только в ее глаза. — С этого дня ты будешь докладывать мне обо всех действиях Мелиссы. Ты поняла меня, Трейси? — Я буду докладывать тебе все, — повторяю я. Ее рука отрывается от моей шеи. Ее острые ногти касаются моего подбородка, слегка приподнимая его. — Папочка бы расстроился, узнав, что ты стала такой, — ее слова режут меня на куски, но на лице полнейшее ледяное спокойствие. — Ты же стала полной противоположностью себя, Трейси. Был бы твой папа жив, он бы не обрадовался этому. Я смотрю на неё из-под опущённых век, мои губы плотно сжаты. Девушка уходит, оставив после себя шлейф духов с запахом роз. — Стерва, — слетает с моих губ, как только Эвелин уходит.____________________________________

Мелисса

— Эй, — я приподнимаю его пушистую головку.       Мой взгляд спускается ниже. Белая шерсть в некоторых местах окрасилась в алый цвет. Кое-где кровь уже успела запечься и стать более темного оттенка. Ксандр устало приподнимает голову. В его голубых глазках мелькает боль, после чего они слипаются.— Не смей, слышишь, — мой голос дрожит, он больше не открывает глаза. — Ксандр, — по моим щекам текут слёзы. Я дотрагиваюсь до его пушистого животика, и котенок вздрагивает. На его ребре небольшой, но глубокий надрез, из которого просачивается свежая кровь. Маленькая лапка лежит в странном положении. Вероятно, она сломана.    Мои клыки удлиняются, под глазами начинают ветвиться вены. — Не отключайся, слышишь, — резким рывком я разрываю клыками свое запястье.    Руку пронзает боль, но я не обращаю на нее внимания. Я открываю котенку рот, после чего пару капель крови падают ему на язык.— Глотай, Ксандр, — мои щеки мокрые от слез.    Я стискиваю руку в кулак, чтобы кровь капала быстрее. Алая жидкость скапливается у котенка во рту, но он не глотает.— Пожалуйста, — я пытаюсь его разбудить, но он не открывает глаз.    Я аккуратно поворачиваю его голову набок, чтобы кровь, скопившаяся во рту, вытекла.    Котенок начинает давиться.— Тише, — шепчу я, когда чувствую дрожь, охватившую Ксандра. — Я не сделаю тебе больно, — по моей щеке стекает слеза.    В уголках его глаз скапливаются прозрачные капельки. Эвелин оставила это маленькое беззащитное животное умирать. Она сломала ему лапку, чтобы Ксандр не мог выбежать на улицу. Все это время котенок лежал и жалобно мяукал, надеясь, что его кто-нибудь найдёт. Он был совсем один, и я это допустила. Мне следовало ещё тогда забрать его с собой. Не оставлять здесь. — Я скоро, — шепчу я, когда котенок перестает задыхаться. Я роюсь в шкафах, ища аптечку. Ксандр жалобно пищит от боли. — Потерпи, пожалуйста. Сейчас я найду аптечку и помогу тебе, — мой голос дрожит. Наконец, я нахожу эту гребанную аптечку. Я открываю ее. Я сразу заметила, что кровь ярко-красная, значит порез пришёлся на артерию. Это значительно ухудшает ситуацию. Мои руки дрожат, я лью на рану хлоргексидин. Дальше я мажу специальный гель. Он поможет защитить рану от бактерий. Ксандр пищит, прозрачные капли начинают скатываться по его шерсти. — Потерпи чуть-чуть, — рыдая, говорю я. Будто поняв меня, котенок перестаёт дергаться. Я быстро забинтовываю рану, потому что кровь все ещё просачивается. Аккуратно перекладываю пушистый комочек в его мягкую лежанку. — Только не засыпай, — я провожу рукой по его шерсти. Я стучу по рулю машины, зелёный все никак не загорается. — Давай же, — мои пальцы впиваются в руль. Я перевожу взгляд на сиденье, где лежит Ксандр в лежанке. Он поднимает на меня свои голубые глаза и мяукает. — Скоро тебе помогут, — шепчу я, а затем загорается зелёный.    Я зажимаю педаль газа в пол. Тут в я вспоминаю ещё кое-что. Эвелин сказала, что кто-то будет следующим. Черт!    Мия.   Одной рукой я достаю из кармана телефон. Я стараюсь не отрывать взгляд от дороги, чтобы никуда не въехать.    Слышаться гудки, но Мия не отвечает. Я перевожу взгляд на свернувшийся пушистый комок. Через бинт проступают алые капли. Его светло-голубая лежанка пачкается кровью. Я чувствую, как к моим глазам опять подступают слёзы, когда я смотрю на это ни в чем неповинное животное. Мия в опасности, Ксандру нужна помощь. Я не могу разорваться. Не могу быть одновременно в двух местах. — Ксандр, — шепчу я, но котёнок больше не реагирует. — Пожалуйста, не спи, — умоляю я. Мои пальцы сильнее сжимают руль. Мне нужно решить, куда ехать. Решить, что выбрать.   Мия или котенок? Внутри все сжимается в узел. Я еще раз перевожу взгляд на котенка, который больше не подает признаков жизни.    Я резко поворачиваю руль вправо и разворачиваю машину в сторону дома подруги.